Чтение онлайн

Музыка стихала, становилась еле различимой. Вверху над головами танцующих появился розовый куст, вспыхнул, расточая пьянящий аромат, а когда сгорел, дождь золотых блёсток плавно опустился вниз, осыпая её волосы, руки, платье.

Музыка смолкла. Призраки попарно подходили к правящим бал, кланялись магистру, прикладывались к руке Демиры и исчезали. Едва державшийся на ногах Арефа с пунцовыми от поцелуев утопленниц щеками подошёл тоже. Испросил у хозяина разрешения удалиться и покинул залу.

Воительница и магистр остались одни. Медленно гасли свечи, погружая залу в полумрак, и девушка увидела, что взгляд и рост колдуна снова стали обычными, исчезли чёрные кожистые крылья, и не мягкие волчьи лапы, а холодные человеческие руки обнимают её. Демира вздрогнула всем телом, ощутив эти ледяные прикосновения, и магистр в ту же секунду разжал объятия.

– Окончен бал, – негромко проговорил он, – свита запомнит его надолго. Они в восторге от тебя, – Арий Конрад помолчал немного и добавил:

– Через мгновение начнёт светать. Хочешь увидеть восход солнца? Он прекрасен с вершины скалы. Пойдём?

Демира кивнула, ощущая странную щемящую тоску в душе от того, что скоро всё кончится, и прекрасный, загадочный демон утром вновь станет нелюдимым чернокнижником, смотрящим на неё, как на союзницу в грядущем походе.

Этот бал сблизил их и затронул в душе её скрытую струнку, внёс странное беспокойство, от которого было светло и печально в душе.

Догорела последняя свеча, погрузив в темноту подземный зал.

– Ты видишь меня? – шёпотом спросил Арий Конрад.

– Нет, – тихо отозвалась Демира.

– А я тебя вижу, – на мгновение в темноте жёлтым блеском сверкнули его глаза, – вот тебе лампада.

Вспыхнул красный свет, осветив лицо магистра, и девушка увидела, что он держит на раскрытой ладони мерцающий язычок пламени.

– И тебе не больно? – изумилась она.

– Нет, – отозвался колдун, – идём. Сейчас взойдёт солнце.

Следуя за ним, Демира прошла по лабиринту коридоров и поднялась по винтовой лестнице на вершину скалы.

На востоке вершины деревьев уже золотились лучами восходящего солнца. Медленно поднимался над лесом край огненного шара, лизнул розовым отблеском верхушку облетевшего дуба, кустарники, позолотил камни скалы, и, торжествуя победу, залил светом весь лес.

Арий Конрад и Демира стояли, пронизанные насквозь живыми, тёплыми лучами, а солнце поднималось всё выше, алым цветом окрашивая небосвод и полупрозрачные перистые облака. Каждая веточка, каждый камень пробуждались ото сна, приветствовали нарождение нового дня. От сотворения мира было так, и Демира, будто вобрав в себя, выпив энергию солнца, порывисто обернулась к Арий Конраду и взяла в ладони его холодные белые руки, стремясь согреть их.

– Не надо, дитя моё, храни в себе своё тепло, – со странной хрипотцой в голосе проговорил магистр. Его глаза цвета расплавленного олова смотрели на девушку холодно, бесстрастно. – Другим дари его, не мне. Жрец Князя Тьмы не может обладать такой роскошью, как горячее страстное сердце.

Последние слова он произнёс почти с издёвкой. Демира опустила руки, сникла и пошла обратно в свою келью, не дожидаясь его.

В то утро Демира спала совсем мало. Её разбудил Арефа, точнее, растолкал бесцеремонно. Сердито приказал выйти из пещеры и раздеться. Демира, ещё во власти сна, пошла за ним, сняла с себя рубаху, ёжась от утренней сырости. Стало быть, нужно так. Лучше не спорить с этими блаженными.

Арефа принёс дубовое ведро с водой и окатил её с ног до головы. Это уже было чересчур! На дворе-то осень стояла поздняя! Лужицы по утрам уже ледком прихватывало!

Демира встряхнулась, как мокрая кошка, и разразилась отборной бранью.

– Молчи, женщина! – резко осадил её Арефа. – Это заговорённая вода, она даст тебе силы. Иди, поешь, через четверть часа выступаем, – и пошёл обратно.

– А ну, стой! – Демира догнала его и схватила за руку. – Ну-ка отвечай мне! – потребовала она. – Рявкаешь пошто на меня, юнец желторотый?

– А зачем ты с ним вчера целовалась? – с обидой в голосе воскликнул юноша.

– Ох! – вздохнула воительница, надевая на мокрое тело рубаху. – Край света! Один блаженный зол на меня за то, что я целовалась с другим блаженным! Не злись, Арефа! Твой хозяин не обладает такой роскошью, как горячее сердце. Он поцеловал меня только, чтобы нечистую силу свою повеселить.

– Да! – отчаянно воскликнул мальчишка. – Мессира не завлечь женскими чарами! Он рождён для великой цели и не станет расплёскивать свою энергию на такие мелочи! Его сердце твердо, как алмаз чистейшей огранки! Ничего постороннего, плотского нет в его кристальных помыслах! И если Арий Конрад на миг потерял крепость духа перед твоей красотой, ты должна была отвратить его от соблазна, а не…

– Ну, хватит! – Демира гневно топнула босой ногой. Кровь бросилась девушке в голову, и она уже не чувствовала холода. – Наплёл тут с утра! Я пришла порождением греха и порока и осквернила трёхсотлетнюю невинность… Постой! – до Демиры вдруг дошёл смысл слов, сказанных Арефой и повторённых ею. – Ты хочешь сказать, твой хозяин за триста лет ни разу…?

– Да, – простодушно подтвердил юноша, – цель мессира, к которой он идёт, столь высока, что сближаться на жизненном пути с женщиной – значит, расплескать его чудесную энергию, сделать трещину в силовом поле. Если он уступит соблазну, то утратит секрет вечной молодости.

– О-о-о, – протянула воительница, – вот как…. Значит, если он с бабой …то всё! И будет тогда, как все мы?

Арефа кивнул в ответ.

– Станет простым смертным?

Юноша опять кивнул.

– Потерять такую силу и такие знания ради плотских утех! – понимающе кивнула Демира. – Я бы тоже ни за что не повелась… Погоди-ка, а с принцессой он тогда как? – вспомнила она. – Ведь ты помнишь условие! Твой хозяин должен лишить принцессу невинности, чтобы открылся вход в скалу Святилища… И что, когда он… то самое… то войдёт в скалу древним старцем?

– Нет-нет, – живо возразил Арефа, – это условие Ангела Света, и секрет вечной молодости мессир не утратит. А вот если с тобой, или с другой какой женщиной, тогда – да. С этого мига его время будет вести свой отчёт согласно летам смертного мужчины, и останется на его век вёсен тридцать или сорок всего.

– Да, есть с чем сравнивать…Двести восемьдесят девять, почти триста лет! – Демира недоверчиво покачала головой. – Ну и ну! А ведь так сразу и не скажешь, что он… Успокойся, глупенький! – утешила она юношу.– Мне не нужен твой хозяин-девственник! Я не стану его с пути совращать! Пошли, поедим – и в путь! – она приобняла Арефу за плечи и повела в пещеру. – Триста лет непорочности! – фыркнула Демира. – Это какая же буря обрушится на лемурийскую принцессу! Да её просто снесёт!