Чтение онлайн

Пертурабо необратимо разрушил неприступную оборону Замкового Камня, но впоследствии Дети Императора возвели свои, вполне надежные укрепления. Теперь связанные между собой пушки, размещенные по окружности стыковочных уровней, простреливали ближний космос пересекающимися лазерными лучами. Их поддерживали противокорабельные торпеды, что оставляли за собой светящиеся следы.

Звездолеты Пятого легиона ныряли и петляли сквозь шквал снарядов. Сначала последовательными волнами атаковали перехватчики, которые закладывали виражи и кренились, заходя для обстрела орудийных площадок. Пилоты безумно близко прижимались к бронированным стенам цитадели и, проносясь вплотную к округлым адамантиевым пластинам, выпускали ракеты из роторных установок. Вскоре внешняя оболочка станции запылала, в вакуум рванулись трескучие языки пламени из горящих складов с боеприпасами и перебитых топливопроводов.

За истребителями, ослабившими оборону врага, последовали тяжелые десантные корабли с пехотинцами на борту. «Громовые ястребы», «Грозовые птицы» и «Огненные хищники» прорывались через неприятельские заслоны, паля из болтеров, и врубали посадочные двигатели. Многие были разбиты на куски залпами со стационарных позиций, но десятки достигли цели, пробившись в тень великанских доков.

Проникнув внутрь, «Огненные хищники» ответили из собственных орудий ближнего боя. Вражеские укрепления мгновенно исчезли в дрожащих волнах неоново-белого пламени. «Громовые ястребы» промчались сквозь вихри обломков, спустились вдоль колоссальных стыковочных платформ и высадили отделения прорыва. «Грозовые птицы», которые превосходили их в броневой защите и боевой нагрузке, продвинулись еще дальше, выдерживая по пути к целям сосредоточенный огонь неприятеля. В глубине плацдармов транспорты изрыгнули штурмовую бронетехнику, боевые машины пехоты и самоходные орудия.

Выгруженная артиллерия начала обстрел, наращивая интенсивность. Под его прикрытием мобильные отделения Белых Шрамов устремились вперед из точек высадки сквозь грохочущие шквалы вражеских снарядов. Они пробили первые кольцевые переборки, зачистили стрелковые ячейки и развили наступление, позволив другим отрядам выдвинуться на передовую для участия в штурме. Из распахнутых пастей транспортов спускались все новые тяжелые орудия, и вскоре захватчики ответили на залпы из глубины пустотного порта беспощадным огневым валом. Все их удары были мощными, быстрыми, скоординированными, какими всегда славился Пятый легион. Годы упорной гражданской войны, впрочем, умерили безудержный пыл чогорийцев.

Они стремительно захватили четвертый и пятый доки — самые дальние от центра железные щупальца, вытянутые в пустоту, — заняли посадочные зоны и создали там опорные пункты. В третьем доке вскоре вспыхнула жестокая битва: окопавшиеся Дети Императора остановили продвижение лоялистов, дав им свирепый отпор. Сражение быстро перекинулось на ремонтные верфи, предназначенные для космических левиафанов. Дульные вспышки и всполохи разрывов озарили гигантские гравикраны и выгрузочные станции, огромные переходные мосты и грейферные ковши, но ненадолго. Облака дыма, ползущие в локальной атмосфере доков, затянули все вокруг.

Когда изменники перебросили дополнительные силы в пятый док, угрожая правому флангу наступления Белых Шрамов, к штурму, как и планировалось, присоединился второй эшелон верных легионеров. На врагов ринулись дикие наездники Чогориса, отделения на гравициклах и спидерах, которых при первом ударе держали в резерве. Летающие машины с визгом проносились над горящими причалами, мимо идущей в атаку пехоты и дальше, в темную пасть цитадели.

Тяжелые транспорты, преодолев ореол противокорабельного огня, доставили подкрепления на растущие плацдармы. «Лэндрейдеры», тяжко рухнув из грузовых клетей в трюмах «Громовых ястребов», катились по палубам доков и рассекали неприятельские ряды лучами лазпушек. Боевые танки «Сикариец»[11] с рокотом набирали полный ход и, опасно раскачиваясь, крушили дымящиеся руины стационарных укреплений. Новые отряды штурмовых спидеров, сброшенных с десантных судов, немедленно устремлялись в атаку, петляли и закладывали виражи под вражеским обстрелом.

Довольно скоро линия фронта достигла Внутренних доковых ворот, шести увенчанных аквилами порталов под готическими арками, в каждый из которых мог пройти пустотный корабль эскортного типа. Находились они глубоко в недрах Замкового Камня. Сейчас врата пылали, их уносящиеся ввысь столпы трескались, а внешние противовзрывные створки озарялись красными вспышками непрерывных минометных залпов. Как только Пятый легион приблизился к цели, на лоялисгов обрушились все наземные подразделения, собранные для защиты ворот. Там были тактические отделения Детей Императора при поддержке батальонов смертных солдат из предавших полков Армии, а также поспешно развернутые танковые взводы и бронированные шагоходы. Опустошители в шлемах с ляписной отделкой заняли господствующие позиции по обеим сторонам порталов и быстро превратили их в огневые мешки, заваленные остовами подбитой техники. Закаленные в боях пехотинцы Третьего легиона пробились навстречу передовым братствам Чогориса, и в тени колоссальных ворот закипела рукопашная схватка. Под свист и грохот артобстрела испытанные клинки и болтеры собирали жуткий урожай в кровавой симметрии взаимоуничтожения.

Здесь воины Кагана показали себя лучше всего. Пробиваясь к аванзалам[12] самого Замкового Камня, они захватывали по пути орудийные позиции и обращали пушки против отступающих изменников. Фаланги «Лэндрейдеров», с рыком катившиеся через поле битвы, давили тела убитых и расстреливали тех, кто бежал из круговорота резни. За ними всё новые пехотные отряды проникали через бреши в обороне врага и сжигали из огнеметов то, что пощадили залпы лазерных пушек. Штурмовые отделения взмывали над тлеющими палубами на струях жаркого пламени из прыжковых ранцев. Обрушиваясь на заваленные трупами платформы, они разили неприятелей цепными мечами и выстрелами из болт-пистолетов.

Но в тот момент, когда авангардные отряды почти захватили первые из Внутренних ворот, на палубы обрушились ледяные копья света, который разорвал плоть реальности и обрел физическое воплощение в молниях и ураганном ветре. Металлическое покрытие превратилось в пыль. Круговые ударные волны, с гулом проносясь над полем боя, сбивали воинов с ног и раскачивали бронированные шагоходы. Остатки эфирной материи сверкали змеящимися разрядами, зеленоватые облака плазмы отражали огни пожаров.

Из сердца неестественной бури выступили легионеры в фиолетовом и золотистом, которые спокойно рассредоточились по фронту, двигаясь целеустремленно и неспешно. Они явно не пытались избежать встречи с колоннами бронетехники, что надвигались на их позиции.

Вновь прибывшие носили древнюю символику Кемоса, хотя и в более изысканном исполнении, чем их братья из тактических отделений, а доспехи воинов переливались, словно окруженные тошнотворной дымкой варпа. Каждый из них держал на весу органную пушку, которая соединялась с броней цепями и лоснящимися кабелями. Все как один гротескные мутанты-какофоны заняли назначенные им позиции, опустили стволы орудий, выбрали цели и выстрелили.

Нечто, порожденное ими, не имело права называться звуком.

В наречиях смертных не было слов, подходящих для описания того, что обрушили на врагов последователи Фулгрима, ведь их инструменты сверхощущений не просто терзали слух адскими муками. Сфокусированные волны массового акустического залпа промчались через искусственную атмосферу пустотного порта искажающим реальность вихрем, который разрывал вещество на молекулы. Атакующие отделения мотоциклистов Пятого легиона отбросило назад, далеко от распыленных укрытий. Белые Шрамы, оказавшиеся рядом с какофонами, погибли мгновенно — превратились в вихри крови и осколков брони. Посадочные платформы трещали и безумно кренились, их гравикомненсаторы завывали, сражаясь с чудовищным напором шумового урагана.

Бронетанковые соединения забуксовали, встали за развалинами укреплений и открыли огонь из всех орудий по авангарду Детей Императора. Тактические отделения второго эшелона пошли в наступление под ненадежным прикрытием танков, шлемы бойцов автоматически приглушали калечащий рев над полем битвы. Но в случае прямых попаданий не спасало и это: звуковые пушки раздирали силовую броню на куски, осколки линз засыпали глаза, внутренние органы лопались, и легионеры впадали в кому от страшных ран.

Штурмовые отделения Третьего легиона перешли в контратаку под прикрытием всепоглощающего психозвукового вала, который катился впереди них. Белые Шрамы отступали, теряя братьев на только что отвоеванной территории. Их наступательный порыв выдохся при столкновении с ужасной мощью столь необычного оружия. В расколотые плиты рокрита и адамантия по-прежнему вонзались, распадаясь, эфирные копья, приносящие свежие отряды элитных воинов.