Чтение онлайн

И это Рей, который сейчас долбит топором кончик железного бревна и при этом мурлычет себе под нос какую-то дурацкую мелодию. Со стороны выглядит так, будто ему вместо игрушки дали настоящий инструмент, и он пока не решил, играет или работает.

Кейн как-то обмолвился, что парень не так прост, как кажется. Мол, строит не по книжкам, а по какому-то собственному чутью, и результат получается такой, что опытные мастера чешут затылки. Кейн вообще редко кого хвалит, а тут прямо несколько раз упомянул, и каждый раз с такой задумчивой миной, будто сам себе не верит. Мол, что какой-то редкий у этого паренька путь, не должно быть так. Но раз есть, значит стоит приглядывать за ним и поддерживать его по мере сил.

Вельт, тот и вовсе чудил. Уже раза три звал охотников на рыбалку, причем не на рыбу, а на болотную тварь. Желающих, правда, так и не нашлось, потому что нормальные люди на нормалную рыбалку ходят.

Так что Рей, конечно, парень толковый и с идеями, и это Фальк готов признать без всякого стеснения. Но сегодня его явно понесло. Какой домик, зачем домик? В шалаши не наигрался еще? Или теперь тут придется дежурить и ждать, пока лиственница сама от скуки упадет? Потому что других объяснений у Фалька не было, а те, что были, звучали еще глупее.

И ведь главное, что ничего все равно не сработает, на этот раз Фальк уверен в этом и ни капли не сомневается. Лиственница как стояла, так и будет стоять, ей плевать на домики, бревна и все остальное, у нее ствол в два обхвата и ветви, которые хватают все, что шевелится.

Фальк видел эту тварь в прошлый раз, когда они сюда приходили на разведку, и уже тогда понял, что топором ее не возьмешь и силой не свалишь, разве что всей деревней навалиться, да и то не факт. А Рей пришел вчетвером и строит избушку, ну конечно, гениальный замысел, как только никто раньше до такого не додумался.

Единственное, что по-настоящему беспокоило – это чтобы никто не пострадал. Рей мелкий совсем, а лезет к этой дряни с упрямством, которое пугает больше, чем сама лиственница. Если дерево его покалечит, староста с Фалька шкуру спустит, потому что именно его и Тарна приставили присматривать, а не ворон считать. Да и жалко пацана, если уж начистоту, он конечно бывает невыносим со своими затеями, но без него в деревне стало бы заметно скучнее и заметно хуже.

– Повыше чуть! – крикнул Рей, и Больд послушно подтянул бревно, которое и без того висело на добрых полтора локтя от пола.

Это было железное бревно, которое Рей перед этим кромсал топором добрых полчаса, обтесывая кончик до чего-то остроконечного. По форме получилось острое ровное лезвие как у топора, но и на этом он не остановился.

Потом еще столько же выжигал на нем руны, водил пальцем по темному дереву, и от пальца оставались тусклые линии, похожие на разогретые добела царапины. Фальк к рунам относился с настороженным уважением, потому что не понимал в них ровным счетом ничего, а все, чего не понимаешь, лучше уважать на расстоянии.

И вот теперь это обтесанное рунное бревно висело в середине домика на веревках, закрепленных за коньковую балку, и лениво покачивалось взад-вперед. Фальк смотрел на это и перебирал варианты: жердочка для каких-нибудь строительных нужд, сушилка для мяса невиданной конструкции, или может Рей просто решил соорудить себе качели с крышей и двое взрослых мужиков при полном вооружении этому ассистируют.

Тарн, видимо, думал о том же, потому что покосился на Фалька и еле заметно покрутил пальцем у виска.

– Не-а, – одними губами выдавил Фальк, хотя и сам не был уверен.

Рей тем временем закончил с подвеской, проверил узлы, навязал дополнительные веревки враспор, чтобы бревно вбок не качалось, удовлетворенно хмыкнул и вылез из домика.

Потом схватил топор и опять пошел рубить, навалил бревен потолще, обрубил ветки и начал перетаскивать их к лиственнице, точнее не к ней самой, а к ее корням, которые торчали из земли причудливым узором и время от времени шевелились, напоминая о том, что подходить все-таки не стоит.

– Больд, раскидай их по корням, через пару шагов друг от друга! – указал в сторону лиственницы, – и чтоб поперек лежали, хорошо?

Здоровяк радостно кивнул и принялся швырять бревна. Первые два легли удачно, а вот третье прилетело слишком близко к стволу, и лиственница отреагировала мгновенно. Ветка хлестнула сверху и отбросила бревно шагов на пять, оно кувыркнулось в воздухе и воткнулось в землю торчком.

Четвертое тоже отбила, но потом, видимо, устала от бессмысленности занятия и перестала обращать внимание. Бревна ведь не живые, Основы в них нет, а корни потом вытолкнут весь этот мусор, просто не сразу. В общем, получилась кривоватая дорожка из бревен, каждое примерно в двух шагах от предыдущего, от края поляны до самого ствола.

Фальк перевел взгляд с дорожки на домик, и в голове что-то начало складываться в неприятную картину. Нет, не может быть. Он же не собирается…

– Все, заходите, – махнул рукой Рей, и Фальк, если честно, не знал зачем полез внутрь. Наверное, из того же любопытства, из-за которого кошки лезут в мешки, а потом орут, когда мешок завязывают. Тарн забрался следом, и оба присели на корточки, потому что иначе в скаты крыши упираешься макушкой.

Тесно, темно, посередине покачивается подвешенное бревно, и в целом обстановка располагает к тому, чтобы задать один конкретный вопрос.

– Ну и? – Фальк не выдержал. – Чего мы тут, качаться на бревне будем, как три дебила?

– В общем и целом да, ты прав, – ухмыльнулся Рей с таким видом, от которого у Фалька по спине прошел холодок. – Больд, толкай нас! Вот прямо к стволу!

Фальк открыл рот, чтобы возразить, но Больд уже уперся лапищами в заднюю стенку, крякнул негромко, и домик тронулся с места. Точнее не тронулся, а рванул, потому что когда Больд толкает, у него нет режима «потихоньку».

Конструкция подпрыгнула на первом бревне, перескочила на второе, загрохотала по третьему, и Фальк вцепился в подвешенное бревно обеими руками, потому что больше хвататься тупо не за что. Рей прижался к полу и, кажется, ухмылялся, а Тарн ругался сквозь зубы, но слов за грохотом было не разобрать.

Домик мчался по бревенчатой дорожке, подскакивая и раскачиваясь, и Фальк успел подумать только одно: если он выживет, то убьет Рея собственными руками, а Больда попросит подержать.

Тяжелый глухой удар швырнул их вперед, лязгнули зубы и что-то хрустнуло то ли в стене, то ли в позвоночнике. Домик врезался в ствол лиственницы и замер, а сверху тут же обрушился град ветвей. Они молотили по крыше, скребли по стенам, но половинки бревен держали, крыша не проламывалась, и скаты отводили удары вбок, как, видимо, и задумано. Снизу заскрежетали корни, пытаясь подцепить пол, но тот оказался слишком плотным, бревна пригнаны без щелей и поддеть нечем.