Чтение онлайн

В поле зрения попала лежащая рядом также связанная Мара. Отдаленно, как за пеленой тумана, вспомнилась вчерашняя ночь. Или не вчерашняя?

За то, что алхимик накачала ее галлюциногенными обезболивающими, она могла только поблагодарить. Потому что вспомнила, что была избита до полусмерти из-за бешеных попыток защититься от насильников. Хотя почему «попыток»? Их ведь в итоге не тронули.

А на то, что Мара теперь осведомлена о ее неприглядном прошлом, плевать. Преступницы они и так обе. Одна из Подземья, а вторая, как выяснилось, травится запрещенными по Скрижали препаратами. В Октароне им обеим самое место.

– Мара, – шепотом, на грани слышимости позвала Тау, но златовласка распахнула глаза тут же, и взглядом, приказывающим заткнуться, указала куда-то ей за спину. Намек предельно ясен.

Со стороны послышались гортанные окрики. И тут Тау чуть не умерла от разрыва сердца, им ответил голос прямо за ее плечом. Он лежал к ней вплотную! Она до крови прикусила себе губу, чтобы не заорать и не дернуться брезгливо. Потому что уже поняла, кто на них напал. Одичавшие.

Группа горланящих одичавших приблизилась к ним. Тау чуть приоткрыла глаза. Обросшие твари, лишь отдаленно напоминающие людей, тащили что-то неопределенное серо-бурого цвета. Снова что-то выкрикнули на своем языке и захохотали. И бросили добычу к девушкам. Точнее, на них.

Тау покосилась на лысую голову упавшего поперек них человека и решила, что для остатков ее душевного равновесия потерять сознание сейчас дешевле всего.

Потому что на ней лежал окровавленный Вечный Странник.

Мор

– Почему мы их не заметили? Как они напали неожиданно?

Кай никак не мог смириться с тем, что их повязали так просто.

– Должно быть, морок болот их скрыл, – скрежетнул зубами Аро, глядя, как один из одичавших укладывается за спиной Тау. Руки с поломанными пальцами тот теперь держал при себе.

Мор зажмурился, уронив голову на согнутые колени. Его мутило от удара по голове, от вони кляпа и от того, что могло быть, если бы Тау не спасла Мару.

Рядом бродил десяток одичавший, косматых сгорбленных монстров с кривыми ногами, руками до земли и злобными взглядами прищуренных глазок. Монстров, некогда бывших людьми, преступниками, бежавшими из Эйя от правосудия.

При воспоминании о том, что они намеревались сделать с Марой, и Тау заодно, перед глазами вставала багровая пелена ярости. Он готов был голыми руками вцепиться в жуткие морды, вырывая языки, выцарапывая глаза. Мор никогда не считал себя излишне миролюбивым, но такой кровожадности в себе не подозревал.

А еще понял, что больше не позволит себе небрежения в сторону Тау. Лишь благодаря ей Мара не пострадала, и этого Мор не забудет никогда. А еще она переставала быть пустотницей, и он против воли относился к ней все более спокойно.

Он не прогадал, когда в качестве условия помощи Синьягилу стребовал с него информацию о способностях участников этого гагатового отряда. Так он узнал, что Тау медленно, но верно превращается в мага, и что Аро обладает способностью пустоту заполнять магией.

– Синьягил так и не объявлялся? – процедил Паладин.

Кай покачал головой. Мор скрипнул зубами, в предательство Синьягила верить не хотелось. Уж больно красноречиво он их убеждал, что они ему нужны. Но сидеть, безвольно ожидая от него спасения – самоубийство. Еще пара дней в Гнусных топях, и их мозги превратятся в кашу.

Одичавшие вдруг оживились, привели нового пленника. А Мору показалось, что Тау дернулась. Живая? На душе стало легче. Не хотелось бы заработать долг жизни перед ней за спасение Мары.

– Кто это? – нахмурился Кай, провожая взглядом нового пленника. – Он кажется мне знакомым.

Мору тоже настойчиво казалось, что он уже где-то встречался с этим человеком. По крайней мере, этот отзвук некоего артефакта Мор уже слышал. Но когда?

Пленник оказался стариком лет под сто пятьдесят. Дряблая сухая кожа, выцветшие глаза, лохмотья вместо одежды. И эта нота, всего лишь намек на артефакт, что при нем некогда был… Воспоминания вспыхнули внезапно: проклятое озеро Белого Сада, темный источник и откровение Тау о посохе Вечного Странника.

– Безымянный, – одними губами прошептал Аро, тоже его узнав.

Кай выругался, Мор скрипнул зубами. Только преследующих его проклятий им сейчас и не хватало! Интересно, как скоро они начнут проявляться.

Одичавшие вновь принялись переговариваться на своем странном, гортанном языке, больше похожем на смесь рычания и лая. Один из них обвел пленников широким жестом, указав куда-то на юго-запад, если Мор еще правильно ориентировался в Гнусных топях. Еще семеро активно закивали, одобрительно ворча.

Трое, по виду старшие в отряде и, кажется, не воины, а (если такое можно сказать об этих обезьянах) ученые, молча покачали головами, не соглашаясь. Тот, что носил на себе больше украшений из когтей и клыков, ткнул скрюченным пальцем в девушек и Безымянного у его ног.

У Мора внутренности свернуло узлом от догадки, что мог означать этот диалог. Их собираются разделить. Видимо проклятия, преследующие Вечного Странника, до них уже добрались. Когда девушек и старика подняли на ноги, прикрикнув на нетвердо стоящую Тау, Мор протестующе захрипел.

– Мор! – завопила в ужасе Мара, осознав, что мужчин собираются оставить. – Аро! Не оставляйте меня!

Мор рванулся к ней, но путы держали крепко, он лишь рухнул лицом во влажный мох. Кляп во рту не давал даже нормально дышать, не то, что говорить. Одичавшие лающе захохотали. Один из них пнул Мора под ребра, но он этого даже не почувствовал. Плевать, все равно через пару мгновений даже синяка не останется! А другой схватил за золотые кудри Мару, заставив ту всхлипнуть от боли. И вот ее боль Мор почувствовал, как свою.

Тау, оскалившись, совершенно по-звериному рыкнула и впилась зубами в кисть одичавшему. Тот зашипел, стряхнул брыкающуюся пленницу и с яростью впечатал кулак ей в затылок. Она прерывисто выдохнула и безвольно осела на землю. Дернулся Аро. Мор обернулся к нему, горячечно сверкая глазами.

«Убей меня!» – хотелось крикнуть ему. – «Ты же охотишься на таких, как я! Я признаюсь в том, что я чудовище, только спаси Мару!»

Но из горла вырывался лишь надсадный хрип. А взгляд у Мора был отнюдь не говорящий, судя по растерянному лицу Аро. Проклятье, он не может себе позволить потерять сестру! Но он позволил. И ее увели.