Чтение онлайн

— Скоро не нужно будет проходить шахты и копать карьеры, — восторженно докладывал телезрителям диктор. — В будущем не потребуются и обогатительные фабрики с металлургическими комбинатами. Институт физики надвремени предложил уже сейчас использовать новый способ для добычи драгоценных и редких элементов. И это обещает потрясающую рентабельность!

На экране замелькали кадры с взволнованными лицами брокеров — на фондовых биржах началась паника из-за резкого падения цен на драгоценные металлы. Тим поморщился и решил связаться с Сержем:

— Секретарь, соедини меня с Сергеем Прозоровым.

— КОМАНДА ПРИНЯТА, МИНУТКУ… ГОВОРИТЕ.

— Алло, Серж. Поздравляю! Институт опять «засветился» на экранах телевизоров!

— А, это… — Серж явно думал уже о чем-то новом и почти забыл о «давнишнем» интервью.

— Объясни, я не понял, как, например, можно добывать железо, не выкапывая руду из земли? — поинтересовался Тим.

— Это так же просто, как ты на моей кухне отделял соль от сахара, — пошутил старый друг.

— Ну, в той куче крупинки соли и сахара были сами по себе. А, насколько я помню химию, железо в руде находится в химическом соединении с другими элементами. Вдобавок горная порода хорошо спрессована, — высказал свои сомнения Тим.

— Это хорошо, что спрессована, — пояснил Серж. — Чем меньше геологических нарушений, тем лучше. А по поводу химической связи — так в «воде надвремени» концентрация энергии почти на четыре порядка выше! Поэтому и нет проблем разложить вещество на атомы. Проблема в недостаточной концентрации на Земле «воды надвремени» и в утилизации ее после использования. Из-за этого пока придется ограничиться драгоценными металлами…

— Боишься создать новый вид загрязнения окружающей среды? — понял Тим. — Ой, извини, ко мне один из твоих консультантов пожаловал! — Тим глазами показал на кресло мужчине средних лет в строгом костюме.

— Понял. Ответ на твой вопрос — да… — начал закругляться Серж. — Кстати, Тоня сообщила, что завтра она возвращается. Прилетай. Поболтаем.

— Хорошо, до встречи!

— АБОНЕНТ ОТКЛЮЧИЛСЯ, — сообщил «секретарь из перстня».

Тим закончил мысленный разговор, поднялся и протянул руку вошедшему в кабинет. Его отчет о пребывании в прошлом расширился до бесед с историком и социологом. Один из них и сидел сейчас перед циркачом.

— Вениамин Гусев, консультант по истории вневремени, — солидно представился мужчина и разложил на столе несколько толстых тетрадей, исписанных мелким убористым почерком. Тим немного стушевался от такой серьезности и честно признался, что совершенно не интересовался историей в разных стратах. Единственное, в чем он уверен, что в страте-1 нападения фашисткой Германии на СССР произошло в июле, а Берлин капитулировал в апреле, не дожидаясь его штурма. Но историк небрежно махнул рукой на такие глобальные события («Нам это известно», бросил он мимоходом) и стал спрашивать про множество мелочей, которые происходили в родном городе Тима. Последнему этот интерес был не понятен, в конце концов он не выдержал и задал вопрос:

— Скажите, ведь вы сейчас можете вмешаться в прошлое и предотвратить вторую мировую войну. Почему вы этого не делаете?

— Если бы начало второй мировой войны зависело от двух или десятка человек, то проблемы не было бы, — ответил Вениамин Алексеевич. — Беда в том, что ее хотели сотни миллионов человек. В СССР народ мечтал о торжестве коммунизма во всем мире. В Германии народ мечтал о торжестве национал-социализма. И те, и другие были готовы отдать жизни за свою веру. Весь смысл их жизни был в этом горении… Ну а властьимущие мечтали о богатстве и еще большей власти.

— А у Японии не было этих великих идей, — заметил Тим, — но она тоже в эту войну ввязалась…

— И у Японии были проблемы с верой, — слегка стукнул ручкой по столу Гусев. — Для большинства людей того времени «вторая мировая» была войной убеждений. Невинных ягнят не было… Да и позицию ягненка нельзя приветствовать, — развел руками в сером пиджаке консультант по истории.

— А если бы большевики не разгромили церкви, то в СССР не было бы проблем с верой и он не воевал бы с Германией? — продолжал соединять звенья исторических событий в произвольном порядке Тим.

— Это ничего бы не изменило, — отрезал историк. — В Германии, например, церкви фактически благословили войну. А потом, в СССР и не могло быть иначе. Православие вросло в царизм и стало неотъемлемой частью государства, а потому и было разрушено вместе с государством. Собственно, оно нарушило свой же постулат: Кесарю — кесарево, Богу — богово… — хитро улыбнулся Вениамин Алексеевич.

— Но можно было попытаться объяснить это людям, и тогда… — Тим никак не мог поверить, что такие кровавые события, как минувшая война, нельзя предотвратить с высоты приобретенных знаний.

— Бесполезно, — пожал плечами историк. — Вера и разум — вещи не стыкуемые. А посему прогресс идет через «…опыт — сын ошибок трудных», — процитировал он известную фразу поэта Александра Сергеевича Пушкина. От лирики мысль Тима перескочила на физику:

— А еще можно было предотвратить создание ядерной бомбы… — выпалил он.

— Ядерное оружие было создано вовремя! — уверенно качнул головой Вениамин Гусев. — Не раньше и не позже… Благодаря ему человечество перешло от непосредственного ведения войны и тактики к стратегическому мышлению. Это необходимый и закономерный этап развития цивилизации…

— И в результате в Хиросиме и Нагасаки погибли тысячи людей… — возбужденно перебил его Тим.

— Если бы страны не перешли на стратегическое противостояние, то последующие войны унесли бы гораздо больше жизней. Подумайте об этом, молодой человек! — историку явно нравилось пикировать с Тимом.

— А без ядерной бомбардировки было никак нельзя? — Тим подозрительно прищурил глаза.

— Не обжегшись, человек не поймет, что значит горячо, — почти торжествующе проговорил Гусев. — Такова природа «homo sapiens»…

— А какое отношение к необходимости имеют массовые репрессии 30-х годов? — вспомнил Тим другую трагедию целого народа. — Их-то можно было предотвратить?

— Опять же расправы с «врагами народа» хотел не один человек. Ее хотели большинство людей Советского Союза, и зачастую это же множество маленьких людей и попадало под репрессии… Я думаю, репрессии — это закономерная необходимость. После революции народившееся государство должно избавиться от революционеров, иначе оно не сможет перейти в фазу стабильности. Обычно смутьянов посылают на войны, специально развязанные с соседями, а уцелевших добивает государственный аппарат, обвинив, например, в измене, — Вениамин Алексеевич откинулся на спинку стула после долгой фразы и с ожиданием посмотрел на Тима — что-де он на это скажет?

— Но постойте, если бы не было Советского Союза, то, по-вашему, не было бы и войны с Германией?! — не разочаровал его циркач.

— Тогда бы история развивалась несколько иначе, но войны все равно были бы, хоть и по другому поводу. И вооруженное противостояние было даже необходимо, поскольку наметился застой в развитии цивилизации, — довольно улыбнулся Гусев. — К тому же, демократия и социальная защищенность, которой гордятся сегодня развитые страны, во многом сформировались благодаря тому, что существовал СССР…