Чтение онлайн

Вижу, как по лестнице замка поднимается наш воевода. К отцу его не пустят, а к Диону он пойдет вряд ли после случившегося. Значит, это мой гость! Приоткрываю дверь и возвращаюсь к окну.

— Мэрел, — разворачиваюсь я к бесшумно прибирающей мои покои девушке. — Подойди сюда, Мэрел…

Она застывает, опуская глаза.

Да, я не выношу женщин. С этими мокрыми лягушачьими пастями между ног. Фу… Но отец слишком старонравен, чтобы признать право мужчин на то, чтобы не касаться женщин и принимать удовольствия друг от друга.

Нет, я понимаю, что наследника придется зачать и терпеть некоторое время женщину в своем ложе. Но не для удовольствия же? Однако, пока я еще не лорд, чтобы сыскать расположения отца, мне нужно быть таким же как и он — дамским угодником и хорошим воином. Нельзя, чтобы отец поверил в «сплетни» о том, что мне больше по нраву мужчины. И мокрым лягушкам, я предпочитаю тугие дырочки юных мальчиков. Пока что он эти сплетни пресекает в корне и так должно быть и дальше, если я хочу надеть его корону.

— Мэрел… подойди…

Нерешительно делает несколько шагов в мою сторону.

Беру за руку, подвожу к окну. Ставлю её ладони на подоконник.

— Не надо… пожалуйста…

— Почему? Разве я не нравлюсь тебе?

Я нравлюсь всем женщинам. Почему бы ей быть исключением?

— Я невеста. У меня на днях венчание…

— Ты невинна? — глажу её бедра.

— Да.

— Я оставлю тебе твою невинность, Мэрел… И я возьму тебя так, что ты точно не понесешь от меня… И прилично заплачу тебе… дам целый золотой… Но… ты должна будешь разнести среди прислуги, что я отличный любовник и не даю тебе прохода.

Поглаживая бедра, задираю ее юбку.

— Быть может я смогу сделать всё это и так… просто за золотой?

— Нет. Мне нужны не только сплетни, но и свидетели, глажу я ее крепкую круглую попку.

— Но мой будущий муж…

— Ты оправдаешься перед ним своей невинностью, сославшись на злые языки.

Попка у неё замечательная, без грамма лишнего жира. Почти как у мальчика. И я представляю, что это мой оруженосец, а не женщина. Достаю член, несколько раз проводя по нему рукой. Он послушен моим фантазиям.

— Нужно расслабиться, будет чувствительно и немного больно. Потерпи…

Под её вскрик вхожу сначала в её попку пальцем. И делаю несколько медленных движений глубже. По ее коже идет дрожь, она истерично надрывно дышит. Да… Ощущения очень острые! И это самый мой любимый момент — первое проникновение! И даже с женщинами, которых я вынужден брать, чтобы поддерживать свою репутацию угодника, он, надо признаться, доставляет мне удовольствие.

Однако долго играться мне некогда. Мой свидетель, должен быть уже близко.

— Расслабься… еще… Погладь себя здесь… — кладу ее руку на промежность.

У женщин нет члена, но то место, где он должен быть тоже очень чувствительно.

Вдавливаюсь медленно головкой.

— Больно… — испуганно дышит Мэрел.

— Терпи… и продолжай ласкать себя. Не напрягайся… Сейчас будет гораздо приятнее.

Слышу за дверью тяжелые шаги.

Укладывая Мэрел лицом на подоконник под ее шокированные вскрики и попискивания начинаю двигаться свободно.

Шаги затихают. Я чувствую, что на нас смотрят и беру ее чуть жёстче, ускоряясь и закрывая глаза. В моих фантазиях не она, а вчерашние забавы с моим чувственным мальчиком. Я помню его горячий рот… И это воспоминание толкает меня на вершину блаженства. В тугой попке Мэрел становится скользко от моего семени.

Выхожу.

Опускаю юбку. Кладу перед ее лицом золотой.

— Исчезни.

И когда она выбегает из комнаты, то натыкается на нашего воеводу.

Отлично…

POV Коста Лакаст

Нора, забравшись с ногами, сидит на окне. Она проводит здесь большую часть своего времени. Я пристроил туда рейку, чтобы она не выпала. Дерево к камню мне не прикрепить, поэтому я немного усложнил конструкцию рейки и сделал её из гибкой лозы, чтобы она как распорка вошла в выбитые пазы в стенах окна.

— Угодник, Палач, Тупица, Шут, Ягнёнок… — зажимает она пальчики.

Да, отец не называт нас по именам. Не считает нужным запоминать такое количество отпрысков. Видимо, надеясь, что наши ряды продолжат редеть.

— Ягнёнок… Шут… Тупица… Палач… Угодник…

Еще раз повторяет Нора, считая теперь в другую сторону.

— Я скучаю по Новелу, — сжимает она свой безымянный палец.

Новел был ей нянькой. Мать мало занималась ей.

— Зачем отец заставил его ехать на ту охоту.

— Он хотел научить его убивать. А Новел… И отец счел, что если Новелу будет угрожать опасность, он сможет убить, защищая себя. Но Новел не смог. И леопард загрыз его на смерть. Воины сказали, что отец запретил им вмешиваться.

— Я его ненавижу.

— Я тоже его ненавижу, Нора.

Но я его боюсь. Боюсь, что он поступит со мной также как поступил с Новелом. Потому что он стыдится меня также, как стыдился его.

— Я его убью. Когда я смогу, я убью его! — с ожесточением бьёт она ладошкой по стене. — Как убить? Научи как мне его убить.

Вся шутка в том, что в глазах отца кривое перевернутое зеркало. И Угоднику совсем не угодны дамы. Палач — единственный наш защитник. Тупица дерзает думать, что он наследник изобретательного ума своего деда. Шут был философом. А Ягнёнок… Ягнёнок точит свои еще маленькие, но уже острые зубки.

— Не уезжай, Коста…

— Я не могу остатья, Нора.

— Ты же не вернешься?

— Нет.

Мне не вернуться. Войско поддерживает не меня. И отец не позволит, чтобы Капитул поддержал меня, как наследника. Ему есть чем надавить на них.

Наша лока единственная, где делают лучшую сталь, добавляя в плавленную руду специальные шлаки. Мы можем сделать сталь твердой, можем вязкой, а можем упругой. Закаляя её в масле мы можем оставить ее вязкой внутри, чтобы мечи не ломались и очень твердой снаружи, чтобы заточка была максимально острой. Сравниться оружием с нами могут только Ким-цы. Но у них нет таких богатых рудников, как у нас. Ни с углем, ни с железной рудой. А без угля нужной температуры огня не достич. Да и владея секретами изготовления мечей, Ким-цы не владеют секретами изготовления брони. Они не умеют строить оружие, которое убивает толпы — катапульты, например, многострельные арбалеты…