Чтение онлайн

– Милый, ты так рано... Что-то случилось?

– Случилось, - хмыкнул я, - ты отказываешься ехать на узи, дрожишь при слове "больница" и после истории с охранником вообще не вызываешь во мне ни капли доверия. Поэтому собирайся, Кристина, мы едем к врачу.

Дальше всё было очень предсказуемо. Сначала обморок, потом поток слез и истерика. Но после пары моих матерных окриков жена быстро пришла в себя, а уже через десять минут сидела в машине.

– Милый, я клянусь, что никогда тебе не изменяла. К чему эти подозрения?
– заламывала руки жена, мигом ставшая послушной овечкой, к которой я привык за год брака.

Не удостоив её ответом, я завел мотор, и машина рванула по заснеженной февральской дороге. Всю дорогу бывшая молчала, иногда всхлипывая и украдкой утирая раздражающие меня слёзы.

– Олег, а почему нельзя было сдать ХГЧ в том медцентре, где мы наблюдаемся? Неужели ты считаешь, что я тебя обманываю?
– робко начала было заплаканная бывшая, но под моим бешеным взглядом сразу захлопнула рот.

Даже если она беременна, то демоверсия добренького Шамая, которую бывшая активно тестировала целый месяц, закончилась. Я и так чуть с ума не сошел от её дебильных закидонов и попыток меня вернуть. Тысячу раз прав был Мороз, когда говорил, что я сорвусь.

И я сорвался. Почти.

К моему удивлению, в нужный нам кабинет была небольшая очередь, и Кристина послушно стала в конце, а потом разговорилась с одной из пациенток в очереди и, кажется, немного пришла в себя.

Неужели не боится? Может, у меня правда паранойя, и я зря сомневаюсь? В конце концов, я же не гинеколог и не ясновидящий, чтобы на глаз определять наличие беременности.

Вдруг нежелание бывшей идти к этому врачишке, обусловлено реальной неприязнью?

Размышляя обо всем этом, я лениво скользил по фигуре Кристины. Округлые бедра и плоский живот, скрытые под облегающими брюками - никакого намека на то, что она в положении. Хотя, если верить сроку, то у неё всего месяц беременности. Наверняка еще ничего не должно быть видно. Или уже должно? Устало потер виски и закрыл глаза.

Башку можно сломать: узи, анализы, дебильный ХГЧ, закидоны и истерики. Как же все это сложно... Это вам не многомиллионный контракт с китайцами, гдё все просто и ясно.

Кристина вошла в кабинет забора крови, а мимо, тем временем, проплыла молоденькая медсестра. Она направилась к стойке рессепшена и скрылась за ней. А я вдруг подумал, что все эти медики в последнее время навевают на меня тоску и неприятные ассоциации. Нужно это исправлять, желательно понятным и привычным мне способом.

Поднялся и медленно подошел к убежищу медсестрички, а затем склонился над ней. Смерил девицу внимательным взглядом и мысленно отметил плюсы: стройная, смазливая и с твердой троечкой, гордо выпирающей из белого халатика. Устраивает.

– Я могу вам чем-то помочь?
– проворковала она и стрельнула в меня глазами.

– Номер свой диктуй.

– Вам нужны услуги медсестры?
– кокетливо осведомилась девица и снова прошлась по мне заинтересованным взглядом. Вот он момент истины. Попалась.

Мазнул взглядом по бейджу, гордо прикреплённому на "троечке", и хмыкнул:

– Да.

– Капельницы? Уколы?

– Снятие болезненной эрекции на дому.

– Что вы себе позволяете? Хам!
– раскраснелась девица и даже вся раздулась от возмущения. Только скандала с медсестрой из лаборатории мне не хватало для коллекции. Хотя, ладно, чему быть, того не миновать. Именно поэтому я продолжил:

– Трахнуть тебя хочу, дура. Сиськи зачетные. Номер диктуй, говорю, не тупи.

Я даже на долю секунды замер и подумал, что она из этих "я не такая", которых я терпеть не могу, но девица меня удивила. Она вдруг быстро черканула свой номер на листке и протянула мне, пробурчав себе под нос:

– Извращенец чёртов.

Я засунул листок в карман и боковым зрением успел заметить, что в коридоре появилась Кристина. Она выплыла из кабинета уже в более спокойном расположении духа. Может, правда, гормоны? Иначе, какого хрена у неё смены настроения каждые три минуты? Подплыв ко мне и ревниво глянув на медсестричку, бывшая громко объявила:

– Анализ будет готов к обеду. Поедем, любимый? Мы с малышом устали от твоих проверок.

– Поехали, - согласился я и показал медсестре знак, что позвоню.

До обеда я был как на иголках. Наконец, из лаборатории позвонили и сказали, что результат анализа супруги у меня на почте.

Открыв документ, я признался себе, что ровным счетом ничего не понимаю анализах и в очередной раз прибегнул к помощи всемогущего интернета. Можно было позвонить Троепольскому, но разобраться самому было принципиальным вопросом.

Уровень ХГЧ около пяти тысяч.

Выходит, бывшая всё таки беременна. Как раз пять-шесть недель. От нахлынувшего чувства вины в груди защемило и резко захотелось выпить. Похоже, я переношу свою неприязнь к Кристине на собственного ребенка. Иначе, почему у меня до сих пор ощущение, что она нихрена не беременна? Похоже на попытку принять желаемое за действительное. Только вот ребёнка-то я хочу.

Так. Спокойно. Сначала нужно всё-таки разобраться с докторишкой. От ощущения, что новый врач чем-то обидел мать моего ребенка, резко стало не по себе. Неужели нагрубил? Сам-то я никогда не церемонился с Кристиной до беременности, но это другое. Я - это я, не какой-то там шмыг, без году неделя работающий в мед. центре, который я спонсирую. Возможно, даже запрошу записи с камер наблюдения и устрою этому врачишке. Пальцы переломаю...

Рука сама потянулась к телефону и набрала нужный номер.

– Алло, Троепольский, приветствую. Назови мне фамилию нового врача, который делал Кристине инсеминацию.

– Что-то случилось?

– Она теперь боится ходить ко всем кроме вашей рыбоглазой Юлии Андреевны.

– Странно. Манелов пришел к нам с кипой рекомендаций, толковый, талантливый врач... Я, можно сказать, увел его из под носа у другой клиники. Надо отсмотреть камеры и выяснить. Он принесет извинения...

– Этот утырок обидел мою жену, - безапелляционным тоном произнес я, зная, что Троепольский не будет мне перечить.

Но пауза затягивалась. Видимо, стоящий врачишка, раз он так за него впрягся, но я неуважение спускать тоже не привык.

– Я надеюсь, что меры будут радикальными. Я не намерен этого не спускать.

– Я понял, Олег Аркадьевич. Уволю, - прошелестел товарищ и отключился.

Обиделся. Ну хрен с ним. Не девка, отойдет... Пусть с порога понимают, с кем дело имеют, а то вип клиника, а берегов не видят. Жене там еще восемь месяцев наблюдаться.

В голове вдруг пронеслась мысль, что тогда из-за этого врачишки Кристина, в силу своей истеричности, могла обидеться и вообще уйти с процедуры. Тогда никакой беременности не случилось бы... От этой мысли стало откровенно хреново. Наверно я, всё таки, набью морду этому Манелову.