Чтение онлайн

– Жду вас через две недели с контрольным анализом крови, и тогда наверняка уже сможем послушать сердечко. А вы, Кристиночка, берегите себя! Теперь только положительные эмоции!

Всю дорогу до дома Кристина изображала обиженную гордость и просила вернуться, а еще лучше снова жениться на ней.

– Ты же не собираешься делать процедуру установления отцовства собственному ребенку?
– не увидев от меня реакции, выпалила, - тогда я дам ему свою фамилию!

– ЧТО?
– от моего ора бывшая жена, за сутки уже забывшая, как это бояться ставшего шелковым Олега Шамаева, забилась в угол и разревелась, схватившись за живот. Разумеется, меня сразу захлестнуло ощущение того, какое же я мудачье. Резко зарулив на обочину, я притормозил и повернулся к бывшей:

– Прости, прости, не плачь. Успокойся, навредишь малышу. Кристина, ребенок будет носить мою фамилию, и я женюсь на тебе снова, - последнее обещание далось с большим трудом. И от этого было еще хреновее. Вместо нежности и умиления Кристина вызывала во мне раздражение и злость, которые я с большим трудом пытался держать в себе.

– А домой вернешься?
– снова всхлипнула бывшая, - я хочу, чтобы малыш чувствовал, что папа рядом.

– Вернусь, только не нервничай.

Это стало отправной точкой. Жена, опасающаяся меня целый год брака, и привыкшая прогибаться под мой непростой и диктаторский характер, теперь внезапно поняла, что при помощи малюсенького эмбриона в своем животе может управлять мной. Она не просто поняла, она начала этим пользоваться на полную катушку.

В течение двух следующих недель капризы сменились настоящими истериками, а подступивший токсикоз вообще все усугубил. Красивое кукольное лицо бывшей то и дело перекашивало от слез, а обиды и ревность заставили меня отменить две командировки подряд.

– Кристина. В первую очередь ты вредишь ребенку, а еще злишь меня. Ты же понимаешь, что так не может продолжаться вечно?
– как можно терпеливее и ровнее начал я, при этом внутренне испытывая дикое раздражение, и желание как следует встряхнуть ее.

– Ты нас не любишь!
– всхлипнула она и отвернулась.

– Я не люблю тебя, - исправил я и сразу пожалел о сказанном, потому что бывшая пустилась в рёв.

– Прости. Люблю и тебя и малыша, - практически проскрипел зубами и обнял стройную соблазнительную фигуру, сморщившись от сладкого парфюма. Кристина мигом утерла слезы и хищно улыбнулась, приникнув к моей груди.

Придется засунуть свой поганый характер подальше и потерпеть, потому что по вине этой истерички, реагирующей на каждое слово слезами, страдает мой собственный долгожданный ребенок.

Но как же это будет сложно...

Глава 6

Вечер тянулся удивительно медленно. Обычно в это время я уже отправлялся домой или под теплый бок к какой-нибудь девушке, но сегодня хотелось остаться в баре подольше. Как будто нахождение здесь могло успокоить и привести меня в чувства, а главное оттянуть встречу с Кристиной. Подумать только, Олег Шамаев боится ехать домой. Такое было в последний раз лет пятнадцать назад, когда отец нашел припрятанный мной косяк...

Я посмотрел на двоих самых близких школьных друзей и невольно вспомнил, сколько всего нас связывало. Первые драки, двойки, девчонки и, наконец, секция по боксу с любимым тренером, который выбил из нас всю дурь. Половину жизни вместе.

Мы часто собирались втроем и выпивали после тренировок. Роман всегда был любимцем женщин, и к нему клеились в начале, потом ко мне, как к отбитому и привлекающему внимание охотниц за брутальными злыми на вид дядьками. А Серега - шут и балагур, всегда сам курсировал по заведению между понравившихся девиц и тоже не знал отказа.

Этим вечером в нашей привычной мужской компании было не до женщин. Между нами как будто повисло какое-то непонятное напряжение. Обычно редко пьющий Мороз, сегодня приговорил уже половину бутылки, полностью отказавшись от еды. Я тоже был чернее тучи, и только Серега старался спасти вечер своим позитивом и шутками.

– Зря не жрешь ничего, Ромыч, тебе же на службу завтра. Развезет, да и башка потом как чумная будет.

Мороз ничего не ответил, рассеянно глядя куда-то в зал. Он явно думал о чем-то своём, но вместо того, чтобы поделиться с нами мыслями, плеснул себе еще виски и почти залпом осушил стакан.

– Как там Ксюша?
– вдруг спросил Кравцов, напустив на себя невинный вид.

Но от этого, казалось бы, простого вопроса Роман взорвался так, что на нас стали оборачиваться посетители с соседних столиков.

– Как там Ксюша, тебя волновать не должно, - рявкнул он и я сразу уловил в его тоне угрозу. Кадык на шее Мороза задергался, а челюсти сжались. Роман злился, причем не на шутку. Он был просто в бешенстве от невинного вопроса. Похоже, она допекла его похлеще, чем меня моя бывшая.

– Да, ладно тебе, друг, я просто спросил, - стушевался Сергей, не ожидавший такой реакции. Он даже поднял ладони в примирительном жесте, но Мороз просто отвернулся в сторону танцпола, на котором крутились девушки. Кравцов тем временем повернулся ко мне:

– Ты-то хоть рычать не будешь, Шамай, если про Кристину спрошу?

Я невесело ухмыльнулся, и моя гримаса в этот момент больше напоминала вымученный оскал, чем улыбку счастливого мужчины в ожидании потомства:

– С ней всё хорошо. Охерела в край. Месяц беременная, а мозг мне имеет так, как будто уже футбольную команду родила.

– Так может, у неё там двойня или тройня?
– хмыкнул друг, с аппетитом уплетая мясную нарезку.

– У неё наглость и симуляция по каждому поводу, а не двойня. Я за все полтора года знакомства от бывшей столько гонора не видел, сколько за эти несчастные четыре недели. Сам знаешь, Кристина меня и так всегда раздражала, а сейчас, честно говоря, держусь из последних сил. Ни нежности, сука, ни умиления... Просто, млять, бесит она меня до дрожи.

Произнеся вслух то, что накопилось, я даже вздохнул с облегчением и впервые за месяц не почувствовал себя мудаком.

Черт возьми, да я такой!

Да, я терпеть не могу женщину, которая ждёт от меня ребенка, и еле сдерживаюсь, чтобы хорошенько её не встряхнуть. Но при этом я безумно хочу стать отцом, поэтому на корню душу в себе любое проявление гнева по отношению к бывшей. В общем, ситуация патовая.

– Мда... Помню, она лишнее слово сказать боялась и в рот тебе заглядывала. Распустилась. Я вообще думал, что ты после той истории с охранником, бывшую в лесу прикопаешь, а она сучка, вывернулась и пузом тебя привязала.