Чтение онлайн

– Скорее всего они ушли вперед, – сказал Эльдон. – Надежда всегда толкает людей вперед.

– Зачем их оставили? – спросила Энни. – Охранять вещи? Или один из них заболел? Или оба были больны?

– Мак-Клинток определил по остаткам одежды, что один из них был офицером, а другой – матросом, – сказал Эльдон. – Я думаю, что заболел офицер, а матроса оставили для ухода за ним.

Они достигли русла ручья и стали медленно, неуклюже спускаться по откосу. Мороз разукрасил кромку воды ледяным кружевом.

– Я был бы этим офицером, – сказал Эльдон. – Я был бы болен.

Глядя вперед перед собой, он на трясущихся ногах пошел к воде.

– А ты, – продолжил он, – ненавидела бы меня за то, что тебя оставили со мной.

– Я бы вызвалась добровольно, – ответила Энни.

Наклонившись, она заскользила по склону вслед за Эльдоном, зацепилась за какой-то корень, но сумела выпрямиться.

– Я сама бы не возражала, я бы думала, что остальные скоро вернутся с подмогой и принесут пищи.

– А что потом? – Эльдон без сил упал на землю рядом с водой, и Энни присела с ним рядом.

Струи тумана над водой колебались вправо-влево, поднимались и снова падали.

– А потом, – ответила Энни, – я бы постаралась не терять надежды.

– И ты бы сама не пошла за помощью?

– Я бы молилась господу, чтобы он укрепил меня, – ответила Энни.

Она уже коченела, но неожиданно легко переносила это. Мысли в ее голове звенели, как льдинки, а слова текли наружу медленно и густо, словно замерзающая вода. Как просто оказалось представить себя одной из тех двоих на дне лодки, погибающей в окружении бесполезных вещей, без малейшей надежды на спасение. Надеяться оставалось только на господа и силу молитвы.

– А потом мы бы оба умерли, – сказала она, ведь так оно и случилось.

Увы, господь не вознаградил их горячей веры и несгибаемой надежды. Они молились и погибали, и в конце концов погибли в одиночестве, и это было больно и страшно. Откинувшись, Энни легла навзничь на ледяную землю. Всю свою жизнь она искренне молилась и никогда не сомневалась в том, что это необходимо и правильно. Молитва была формой естественного самовыражения ее души. Но сейчас, здесь ей вдруг пришло в голову, что молитва – это всего лишь форма ожидания. Ожидания, что произойдет что-то хорошее. Спасти душу – значит избавить ее от опасности.

– Мне надо было пойти за помощью, – сказала она. – Но сразу, пока еще оставались силы. Я сделала ошибку, что не пошла сразу.

– Это верно, Фелан, – медленно, едва ворочая языком, проговорил Эльдон. – Но тогда я боялся остаться один – боялся зверей или еще чего-нибудь. И я умолял тебя не уходить.

Но Энни не могла с этим согласиться.

– Нет, сэр, – сказала она. – Мне надо было сразу идти назад к кораблю – только так можно было вас спасти.

В этот ранний утренний час среди полного беззвучия клочья тумана обвивались вокруг деревьев и исчезали, а затем возникали вновь, словно пар от дыхания самой земли, словно ее дыхание, повисшее паром в морозном воздухе. Только изредка гулкую тишину нарушал треск – не выдержав холода, лопалась кора на деревьях.

– А перед самым концом, – сказала Энни, – я читала вам вслух «Векфильдского священника».

– О мой боже, – повел рукой Эльдон. – Мне никогда не нравилась эта книга! Этот священник – такой идиот!

– Он хороший и добрый человек, сэр, только очень несчастный, – ответила Энни.

– Там всех женщин украли, кажется?

– Да, их похитили негодяи.

Мир вдруг раскололся перед глазами Энни и завертелся в бешеном ритме.

– Я тоже уже замерзаю, сэр, – сказала она. – Даже без ваших промороженных башмаков.

Она так торопилась, что забыла прихватить хотя бы шаль, и была сейчас в одном тонком ситцевом платье.

– Похоже, мы вправду сейчас замерзнем до смерти, – сказал, неуклюже переваливаясь на бок, Эльдон. – Нам пора двигаться.

Подобрав под себя ноги, он попытался встать. Но его обессиленные ноги подламывались под тяжестью собственного тела, и он упал раз, упал другой.

– Фелан! – воскликнул он с искренним испугом. – Я не могу встать!

Энни обеими руками схватила его ледяные ладони и, опираясь друг на друга, они смогли наконец подняться.

Эльдона охватила настоящая паника.

– Надо поскорей выбираться отсюда, – выдохнул он. – Надо поскорей добраться до дома и согреться.

Они заковыляли вдоль ручья, нашли более пологий подъем и стали взбираться на него, цепляясь руками и ногами. Всю дорогу через поле Энни тянула Эльдона вперед, приняв на себя почти весь вес его тела.

«Действительно, – думал он, – если бы я оказался в лодке, я бы непременно заболел. И стал бы причиной смерти нас обоих».

– Брось меня! – вдруг отчаянно закричал он. – Я хочу умереть прямо здесь!

Это была правда – он уже готов был лечь в снег и, испустив дух, провалиться в темноту. Он чувствовал, что вполне заслужил такой участи за то, что принудил матроса Фелана остаться с ним и тем самым погубил его.

– Но дом совсем близко, – возразила Энни, кивнув вперед.

Дом уже виднелся за полем среди кустов.

– Оставь меня, – просипел Эльдон. – Спасайся!

Энни продолжала тянуть его вперед за рукав сюртука.

– Простите, сэр, кажется, у вас совсем промерзли мозги. Я вынуждена принять командование на себя.

У входа в сад она остановилась перевести дух, прислонив его к воротному столбу. Она прыгала на месте, хлопала руками по бокам, сгибала и разгибала пальцы до тех пор, пока к ним не вернулась чувствительность. Все это время он неподвижно стоял, обнимая столб. За дымкой тумана контуры дома напоминали очертания вмерзшего в лед корабля. Эльдон пробормотал что-то невнятное.

– Что? – спросила Энни.

– Я ненавижу эту книгу, – прошептал он. – Я не стал бы ее слушать.

– Но вы слушали, – твердо ответила она. – Да, сэр. Вы ее слушали.

Около столба были разбросаны камни, собранные пахарями с поля. Их вид кое о чем напомнил Энни.

– Сэр, – спросила она, – у вас есть с собой карандаш и бумага?

– Записная книжка в кармане, – неслышно произнес Эльдон.

Энни поняла его по движению губ.

На вырванном листке Энни написала несколько строк, пользуясь спиной Эльдона как столом, и засыпала записку камнями, придав куче форму пирамиды.

Третьего января 1866 года экспедиция под командованием Эльдона Дашелла и с экипажем в составе Энни Фелан вышла для выяснения последних часов жизни двух людей из команды Джона Франклина.