Чтение онлайн

— Спасибо, не стоило…

— Стоило, мне-то лучше знать. В записях я также отметила как лечить ожоги, колотые раны и глубокие порезы. Нити с иглами и запечатанные бинты также прилагаются.

От такого неожиданного состава я несколько опешила, брови сами собой потянулись вверх.

— Это зачем?

— Уж точно не для тебя, Иранон.

Голос Геты прозвучал несколько строже и будто бы недовольно. Похлопав глазами, я подняла голову и, пересекшись с ведьмой взглядом, запоздало вздрогнула, когда догадка наконец-то посетила мой сметенный разум.

— А, ой, я поняла.

— Надеюсь.

— А что, правда пригодится?

— Еще бы.

Поежившись, я невольно ссутулилась, представив, насколько жуткие должны быть раны для использования этих знаний.

— Я точно справлюсь?

Тяжелый вздох Геты отозвался во мне легкой нервной тошнотой, желудок жалобно сжался.

— Конечно справишься, Иранон. К сожалению.

— Спасибо.

От чего-то стало безумно стыдно перед ведьмой, будто я случайно перешла ей дорогу. Захотелось заранее извиниться, оправдаться как-нибудь и сбросить это дурацкое ощущение собственной глупости и наивности перед столь знающей женщиной.

— Может, я могу вам чем-то помочь?

— Помочь? Мне?

— Ну да.

Гета замолчала, сверля меня своим тяжелым взглядом, к которому я за эти три дня уже успела привыкнуть. Я чувствовала, что она не всегда использует свой дар, но, даже замечая такое вторжение в собственную судьбу, переносила все намного легче, без желания вылезти из собственной шкуры.

— Побереги свое время, оно у тебя не бесконечно.

Ведьма забрала пустую тарелку со стола и отвернулась к раковине, оставив меня в смешанных чувствах. Хотелось столько всего спросить у нее и узнать больше о будущем, но я подспудно понимала, Геката больше ничего не расскажет, хоть ты тресни, она и так дала крайне много подсказок и советов, буквально крошками на земле разметив мне жизненный путь.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

Дальнейшие прощания не заняли много времени. Василий, как и обещал, отдал часть домашних запасов, так что почти все свободные полки в доме оказались заняты свертками с копчёностями и банками с огурцами, помидорами, вареньем, салатами и прочим. Демон, про которого я столь легкомысленно забыла, посматривал на меня недобро, явно затаив обиду.

— Вроде бы всё погрузили.

Василий, напоследок окинув взглядом мою комнату, довольно хлопнул в ладоши и вышел на улицу. Гета в это же время вышла из-за ворот дома и, приобняв меня за плечи, внимательно посмотрела на меня.

— Действительно всё, кажется, пришло время прощаться.

Она мягко улыбнулась и погладила меня по голове, с едва заметной тоской в глазах смотрев мои кудри. Ее брат, быстро щелкнув коня по носу, подскочил к нам и, взяв меня в охапку, крепко обнял, покружив над землей.

— Иранон! Обязательно приезжай еще, и лучше всего летом, мы тебя ягодами накормим, в лесу земляника такая вкусная растет, пальчики оближешь. Насобирали бы тебе целое лукошко и трав запас, чтобы магия копилась быстрее.

— Ой-ой, да, я постараюсь…

Вернувшись на землю, я, отчаянно покраснев, одернула пальто. Уезжать и правда не хотелось, я бы осталась тут до осени, плавала в море и наслаждалась танцами у костра, но впереди лежали еще несколько неоткрытых мною стран. Там, за горным хребтом, скрывался целый мир, где я также могла найти подсказки к своему прошлому или найти таких же как я пришельцев.

Поднявшись на ступеньку возле места кучера, я повернулась к провожающим.

— Спасибо вам, и передавайте привет Мому, как проснется, надеюсь, с ним все будет в порядке.

— Будет, если захочет.

Мне показалось, что ведьма на миг бросила взгляд в сторону своего дома, но возня демона отвлекла меня. Подхватив поводья, я последний раз попрощалась с Василием и Гетой и дала знак своему коню. Спустя мгновение колеса домика скрипнули, и я отправилась по новой дороге, что вела на север, мимо Ултара к горам, где прятались развалины древнего замка.

Лес, в этот раз встретил меня легким шелестом и редкими шорохами в глубине чащи. Пахло свежо, по-весеннему, так, будто сейчас все еще было раннее утро. Солнце закрыли облака, но даже так путь впереди хорошо просматривался, будучи как на ладони. Тени скрылись, спрятались под землей в темных норах или забытых пещерах, где пережидали день все ночные страхи. Создалось ощущение, будто все произошедшее тогда, на пути в деревню, мне привиделось от усталости или незамеченной болезни, всякое бывает.

Откинувшись на спинку сидения, я расслабилась, наблюдая за проплывающими мимо темными стволами сосен, взгляд лениво цеплялся за голые кусты, поваленные деревья, мелких белок и зайцев, мелькающих тут и там. Сердцем владело полное умиротворение, напоминавшее подобие транса. Тут было так уютно и просто, будто сама природа желала создать здесь укромный уголок вдали от бед и передряг большого мира.

Спустя пару часов неспешной езды в лесу стало еще тише. Едва не уснув, я постаралась сосредоточиться на том, что вижу, и взгляд случайно зацепился за чуть блеснувший металлический бок вещи, почти полностью скрытой под землей.

Зажмурившись и помотав головой, я вновь уставилась на пейзаж. На миг показалось, что я видела на металле знакомую гравировку, но с моего места сложно было судить. Наверняка это был лишь мох или грязь. Приглядевшись, я внимательнее посмотрела в придорожный овраг и где-то там, среди прошлогодних листьев, отчетливо заметила острие копья.

Насторожившись, я на всякий случай достала трубку и быстро раскурила ее, надеясь, что все еще брежу. Дым и запах сладких трав немного успокоил, но вместе с тем, разрастаясь, будто бы потянулся к лесу. Спустя несколько минут, когда его набралось достаточно много, я дала демону знак остановиться и принялась ждать. Мягкий туман, стелющийся среди сосен, неспешно обретал форму.

Первыми показались именно копейщики. Склонив головы и ссутулившись, они брели вдоль дороги, изредка о чем-то перешептываясь друг с другом. Тяжелые щиты едва не падали из рук, оружие, словно бессмысленный неудобный балласт, без зазрения совести тащилось по земле. Дым очертил на доспехах знаки отличия целестинцев.

— Боги…

С ужасом продолжив наблюдать, я увидела, как туман отпустил копейщиков и показал новых людей. Эти были мечниками, измученными, уставшими. Они брели по лесу, изредка поднимая голову к небу и безмолвно открывая рот то ли в крике, то ли в мольбе. Резко очерченные черты лица и впалые глазницы делали воинов похожими на мертвецов, но их грудь вздымалась при вдохе, и конечности шевелились, как у обычного человека.

— Что это?

Те, кто не смог выйти из чащи.

— Это мертвые?

Не совсем, я не принимал их память, они просто стали частью леса, и здесь жизнь для них продолжается, пока остаются хотя бы крупицы сознания этих людей.

— А тела?

В земле.

Поежившись, я заметила, как туман вновь изменился. В отчаянной попытке увидеть больше, я сунула руку в мешок на поясе и высыпала в трубку немного золотого песка. Послышался тихий, но опасный треск. Магический дым, и без того неестественно плотный, льющийся вниз из чаши, словно ручей, заполонил собой все пространство на дороге и волной пролетел к соснам, огибая стволы и заполняя пустоты чьих-то потерянных душ. За считанные секунды все пространство заполонили воины и путники разных мастей, слепых, не видящих ничего перед собой и мерно бредущих в лесу, словно огромная призрачная армия.