Чтение онлайн

– Благодарю Вас, господин, вы спасли мою жизнь, – обратился он к Ларсу Нансену. Чернокожий говорил на английском языке, но мы все прекрасно понимали его.

– Теперь ты свободный человек, ступай, – по-дружески сказал норвежец.

– Я бы хотел отплатить Вам тем же, – продолжил великан.

– Почему тебя держали в кандалах было понятно, но мне не было понятно то, за что тебя наказывал капитан? – с подозрением спросил Ларс Нансен.

– Он не наказывал меня, а просто бил за то, что я черный. Так он показывал свою силу перед командой. Он купил меня на Гуаме у араба Аль-Джасима, который привез меня из Южного Судана, моей деревни, которую он сжег и разграбил, заковав в цепи оставшихся в живых, включая меня. Так он поступил и с другими ближайшими поселениями, после чего мы шли пешком очень долго. Я услышал от одного араба, что с начала пути наша колонна насчитывала 620 человек, в конце же пути – половину от того числа. Я видел, как мой народ страдал, как варварски с ним обращались. Тех, кто не мог идти, убивали на месте, не важно, будь то мужчина или женщина. Вскоре Аль-Джасим взял меня и еще несколько чернокожих крепких мужчин и отвез на Гуам, где он продал меня капитану Шелдону. Капитан давал мне самую трудную работу. Ежедневно он порол меня розгами, бил по спине, по голове и в живот палкой. Каждый день я хотел взять его и разорвать на части, но моя совесть и положение не позволили мне сделать этого. Однажды он бросил меня в трюм и, напившись вместе с командой, забыл про меня на несколько дней. Все это время я не пил и не ел. А когда он вспомнил обо мне, то долго смеялся вместе с командой над моими страданиями. Вчера мы причалили к порту, где Вы спасли мне жизнь. Я вижу, что вы добрые люди, и хочу отплатить вам той же монетой. – Весь рассказ этого бедняги мы слушали с тяжестью в сердце, его история произвела на нас огромное впечатление.

– Как тебя зовут? – спросил капитан Туле.

– Оливер О’Нейл, – произнес тот.

– Мы отправляемся в экспедицию на Южный полюс, Оливер. Там суровый климат, ледяной ветер срывает кожу с лица. Там очень опасно, и мы не знаем, что будет ждать нас впереди, ведь там, куда мы идем, до нас еще никто не был, – сказал капитан.

– Этого я не страшусь, господин. Я готов на всё ради того, чтобы отплатить вам за добро, – гордо ответил Оливер О’Нейл.

– На наше судно требуется повар. Ты готов принять на себя эти обязанности? – поинтересовался капитан.

– Готов, господин, – с благодарностью ответил великан.

– Замечательно. С завтрашнего дня, ты заступаешь на службу под моим начальством на шхуну «Гефест», остальное тебе разъяснят завтра. А пока ты можешь остаться у меня, мой дом большой, и там хватит места для такого здоровяка, как ты. – Предложил ему дядюшка. Тот кивнул в знак согласия, и мы отправились по домам. День выдался насыщенным.

Я пришел домой, лег на кровать и заснул сном младенца.

Прошла неделя после последней встречи с моими друзьями, и я начинал беспокоиться, вдруг что-то пошло не так и шхуна затонула. Все мои вещи были собраны, особое внимание я уделил теплой одежде и обуви, ведь кто знает, насколько низкие температуры ждут нас на Южном полюсе. Я вышел на улицу и тут же поймал свободный экипаж. На погрузку всех моих вещей потребовалось довольно много времени. После чего карета направилась в сторону порта. Через час я был на месте. Меня встретил матрос Том Блэк. Он был крепкий малый, хотя и небольшого роста.

– Доброе утро, господин доктор, – радостно поприветствовал меня матрос.

– Доброе-доброе, – улыбаясь, ответил я. Он взвалил на себе несколько сумок и рысцой направился к пирсу, где уже стоял «Гефест». Взяв одну сумку, я тоже направился к шхуне. Она была великолепна. Ее корпус выкрасили в черный цвет, из-за чего она выглядела красивее, чем, когда стояла на стапеле.

Я поднялся на борт, где меня встретил Ларс Нансен, одетый как настоящий моряк. На нем был черный двубортный пиджак с медными пуговицами.

– Здравствуйте! – произнес он специально с сильным акцентом и улыбнулся широкой улыбкой, слегка поклонившись.

– Приветствую Вас, господин Нансен, – поздоровался я. – А где капитан?

– Капитан на юте, 4 – показал он на верхнюю палубу. – Он ждет Вас.

Я поднялся на ют и увидел там дядюшку, стоящего у фальшборта 5 , облокотившись на него, он смотрел вдаль, а затем повернулся ко мне. На дядюшке красовался черный сюртук с позолоченными пуговицами.

– Дорогой племянник, – начал он, – рад видеть тебя.

– И я тебя, дядя, – сказал я. – Как же долго шла неделя.

– Долго? По мне так мы только вчера разговаривали об отплытии, а сегодня, погляди, мы стоим на плавучем судне, которое понесет нас в море навстречу приключениям. Мы отплываем через час, пока ты можешь устроиться в каюте – она напротив моей – и осмотреть свой кабинет. А, впрочем, Томас сейчас покажет тебе. – И он позвал матроса. Тот, услышав приказ, поспешил ко мне. Я подал ему сумку, и он провел меня в мою каюту. Она была довольно просторной. Здесь располагался письменный стол с электрическим светильником, широкая кровать, над которой была полка с книгами. Внутренняя обшивка каюты была из темно-красного дерева, с противоположной стороны от стола стоял шкаф для одежды и комод для всякой утвари.

Оставив вещи в каюте, я пошел осмотреть лазарет. Он находился в соседней каюте и был в два раза больше, чем мой кабинет. Там располагались три койки с чистыми белыми простынями и теплыми одеялами, огражденные ширмой. Слева от входа стоял хирургический шкаф, где находились лекарства и травяные настойки. Все эти флаконы и бутылки были тщательно подобраны и описаны мной в письме к дядюшке, когда я составлял список нужных мне медикаментов для экспедиции. Я также учел инструменты и расходный материал, по возможности я просил найти некоторые виды растений (полынь, багульник, тысячелистник, эвкалипт) и запастись медом и чесноком – самыми лучшими природными антибиотиками. Помимо всего прочего в каюте имелись два больших окна, но то было не стекло, а какой-то иной очень прочный прозрачный материал. В качестве ночного освещения на потолке были закреплено множество небольших электрических ламп, ярко освещающих каюту. Стены были выкрашены в белый цвет, что делало комнату еще больше. Это был настоящий медицинский кабинет.

Выйдя из лазарета, я хотел пойти осмотреть другие помещения шхуны, как вдруг в темном проходе я наткнулся на огромного человека, это был Оливер О’Нейл. Я сильно испугался, так как не ожидал его встретить. Я машинально схватился за сердце и немного нагнулся, оперевшись другой рукой на колено.

– Господин доктор, – произнес басом кок, – с Вами всё в порядке? – Он говорил медленно и размеренно.

– Да, мой друг, все хорошо, просто я не ожидал тебя здесь увидеть.

– Капитан попросил меня сходить за Вами, чтобы показать камбуз 6 .

– Очаровательно. Что ж, не будем терять время. Вперед. – И мы вышли из узкого прохода, где коку явно было тесно, и он шел боком, чтобы случайно не снести фонари, которые светили очень тускло, поэтому в проходе было мрачно.

Мы прошли через всю нижнюю палубу и вышли прямиком в столовую, где располагался большой деревянный дубовый стол на десять человек, а также прикрученные к полу скамейки. Больше ничего в этом помещении не было, кроме небольшого окна, выходящего в камбуз и служащего для выдачи пайка. Сам камбуз был небольшой, что являлось для кока проблемой, из-за его огромного роста.

– Здесь довольно тесно, – прокомментировал я, оглядывая «кабинет кока».

– Жаловаться не приходится, господин доктор, мне здесь уютно, всё под рукой. – Оливер О’Нейл не проявил никакого недовольства, ведь теперь он больше не был рабом, и более того, он имел ответственную должность на корабле, от него зависел весь экипаж «Гефеста». Он это знал, и ему нравилось быть тем, кем он являлся. Тесный камбуз никак не мог огорчить великана, и он радовался тому, что имел.

После осмотра камбуза, я захотел посмотреть на кают-компанию 7 . Я поднялся на шкафут 8 , где погрузка подходила к концу, и матросы Блэк и Джеймс Ален завершали ее проверкой такелажа 9 . В корме 10 было два входа. Я немного удивился, ведь обычно на кораблях всего один вход – в кают-компанию. В этот момент ко мне подошел дядя, положил мне руку на плечо и сказал: