Чтение онлайн

Поначалу Андрея удивило то, что сооружение с названием, в котором фигурировало слово “Россия”, было не обшарпанным, не потрескавшимся, но потом он понял, что в принципе все въездные ворота в мире пребывали в хорошем состоянии, даже в России: “Нет, уж что-что, а их содержат как надо! Они – первая витрина”.

Других вариантов не оставалось: дальневосточник робко направился к арке. Едва ли не после каждого своего медленного шага он озирался по сторонам. Правда, это давало мало толку, поскольку слева, справа, сзади и спереди густой туман, точно находясь на натянутой привязи, не отступал и не подбирался ближе.

Подойдя к проёму вплотную, по-прежнему не намеренный действовать по чужой указке туманный гость рискнул обогнуть белоснежное сооружение. Попытка не удалась: стелившийся внизу туман скрывал всё те же, уходившие в белое никуда, крутые склоны. Тогда, прежде чем прошагать сквозь арку, бывший студент-архитектор внимательно осмотрел её. Внешний вид являлся простым, лаконичным: скульптуры, барельефы (выпуклые скульптурные рельефы, выступающие над плоскостью менее, чем наполовину. – Прим. автора) и горельефы (выпуклые скульптурные рельефы, выступающие над плоскостью более, чем наполовину. – Прим. автора) отсутствовали. Форма свода, несомненно для Андрея, представляла собой цепную линию (линию, в которую вытягивается цепь, прикреплённая к двум столбам. – Прим. автора). Глядя на неё, владивостокец сразу припомнил, что по дороге, составленной из подобных дуг, можно смело ездить на велосипеде с квадратными колёсами – в точности так же, как на велосипеде с обычными круглыми колёсами по обыкновенной ровной дороге. Яркое воспоминание о студенческом прошлом вызвало у молодого человека улыбку, с которой он и вошёл в арочный проём.

При пересечении невидимой границы ничего не произошло. Белое небо не рухнуло на белую землю, туманный дьявол не захватил повторно свою жертву. Пройдя несколько метров вперёд, приморец обернулся и поразился тому, что клубы тумана уже наполовину поглотили арку. “Странно, как же странно это…” – сделалось не по себе Андрею. Он отвёл глаза и опасливо продолжил путь внутри белёсого пространства с ограниченной видимостью.

Единственная дорожка, покрытая тонким туманным слоем, не меняла ни своего направления, ни своей ширины. Вскоре белоснежное сводчатое сооружение полностью слилось с белой стеной.

Чем дальше дальневосточник продвигался, тем больше ощущал себя ёжиком в тумане – как встреченные им азиаты на площади Борцов Революции. Вместе с тем Андрею думалось, что если бы он наблюдал за собой с высоты, то сходство с компьютерной стратегией получалось бы полным: в игре герой тоже куда-то шёл, и по мере его движения на экране показывались новые участки игрового поля, а пройденные – исчезали. “Да, настоящий виртуальный мир… – подытожил про себя фанат стихий. – Наверное, я всё же сплю, и мне снится компьютерная игра”. Впрочем, несмотря на свою лень, владивостокец мог уверенно сказать, что компьютерными играми не увлекался, предпочитая им активный веб-сёрфинг (лазание по интернету в поисках разнообразной информации. – Прим. автора).

Туманный путь оставался пустынным ровно до того момента, пока из впереди копошившихся клубов не проступил большой белоснежный округлый силуэт. Приморец остановился, прислушался, сосредоточенно посмотрел по сторонам – вокруг всё было так же бело и тихо. Ещё более осторожно, чем раньше, он двинулся дальше, навстречу препятствию.

Вблизи оно оказалось огромным белым камнем. Высотой исполин был примерно по Андреевы плечи, а в обхвате – будто упитанная продавщица из продуктового магазина, расположенного на первом этаже родной пятиэтажки. Камень, как и парадную арку, покрывал золочённый текст. Читая, молодой человек не верил глазам:

Пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что.

Иначе не попасть обратно в земную Россию.

Любитель катаклизмов обомлел.

– Да что за чертовщина творится!? – выругался он, задрав голову куда-то вверх. – Туда, куда, принеси, отнеси! Не попасть!! Что значит “не попасть”?? Что за бред? Когда это всё закончится??

С досады Андрей пнул камень туфлей, вследствие чего настала очередь правой ноги заныть.

– Кх-кх, а ты не кричи, мил человек, и по камню не бей! – вдруг послышался чей-то хрипловатый голос из-за белой глыбы. – Он, конечно, всё стерпит, как бумага, но всё же ни в чём не виноват!

– Это ещё кто? – стал шёпотом задавать вопросы сам себе Андрей, вжав голову в плечи. – Я что, тут не один?

– Не один! – тут же куда бодрее буркнул приморец, едва осознал, что произошло. – Не один!!

В нетерпении владивостокец отошёл на край дорожки и заглянул, насколько это удалось, за глыбу. В считанных метрах от неё стоял невзрачный, приземистый, но крепенький старичок с короткой седой бородой. Одет он был во всё бежевое: от самых бровей вверх тянулся усечённый, не остроугольный, колпак, напоминавший грешневик (старинный головной убор, похожий на короткий цилиндр с узкими полями. – Прим. автора), туловище покрывала подвязанная поясом косоворотка, широкие штанины ниже коленей переходили в онучи (закреплённые верёвками портянки. – Прим. автора), стопы плотно обжимали лапти. Вид незнакомца почему-то вызвал у дальневосточника ассоциацию с футболистом: если бы в Древней Руси играли в футбол, то игрок должен был выглядеть именно так.

– Дед, ты кто? – обыденно обратился на “ты” к пожилому человеку приморец, предпочитавший и в общественном транспорте вместо того, чтобы уступить место пенсионерам, уткнуться в телефон, как делало немалое число Андреевых сверстников.

Не проронив ни слова, неизвестный поплёлся к камню. Старческая непредсказуемость озадачила туманного гостя и нагнала прилично страха.

– Так кто ты? – повторил владивостокец, только уже тише.

Незнакомец снова ничего не ответил. Правда, в этот раз он бросил прищуренный взгляд на вопрошавшего и быстро опустил глаза.

Трижды уточнять одно и то же фанат стихий не решился: он отступил на пару шагов, очень желая при неминуемой встрече сохранить хоть какое-то расстояние до старика.

Поравнявшись же с глыбой, белобородый путник остановился, прислонился к ней рукой, дабы перевести дух, и неожиданно заговорил:

– Интересно, кх-кх, почему большинство выглядывает слева от камня?

Странный встречный вопрос поставил Андрея в тупик. Молодой человек будто набрал в рот воды и не сводил со старца взора.

– То-то же. С собой разобраться не могут, а уже спрашивают у тебя, кто ты такой и откуда. Кх-кх!

Прокашлявшийся старикан выдержал порядочную паузу, словно смакуя, до чего ловко ему удалось вогнать в ступор собеседника, который по-прежнему молчал.

– Ладно, будет с тебя, – удовлетворённо улыбнулся белобородый старик. – Всего понемногу. Рассказываю тебе, кх-кх, кто я. Для тебя, как и для других, как и даже для самого себя, я – имярек. Просто имярек. У меня нет имени, нет фамилии, нет прозвищ. Я сам по себе, кх-кх.

Дальневосточник непонимающе насупил брови.

– Вот тебя как зовут? – поинтересовался незнакомец.

– Андрей… – еле пробормотал любитель катаклизмов, вдруг понявший, как сильно у него пересохло во рту.

– Вот, ты – Андрей, а я – имярек. Я – настолько рядовой житель небесной России, что у меня нет никакого имени. Меня, кх-кх, не узнаешь в толпе. Ты всегда пройдёшь мимо, даже не бросив на меня хоть сколь-нибудь изучающего взгляда. Ты ни за что не зацепишься в моём облике. Я как бы существую, но меня как бы нет. Я как бы везде и как бы нигде. Кх-кх, и нет, я такой не один. Нас много, имяреков. Просто тут один. А так нас много в небесной России. Мы и есть небесная Россия!