Чтение онлайн

Спасибо, еще одна доброжелательная советчица нашлась. Мало мне Марины и Елены Прекрасной. И далась я им всем!

— Между прочим, у меня всего одна кошка, — решила обидеться я.

— Вот видишь! Начало положено! То ли еще будет!

— Ты бы лучше искала внимательней, вдруг в сумке что-нибудь интересное есть, а мы пропустим.

— Да, кстати, Миля, а что мы ищем?

— Не знаю. Что-нибудь ненужное в походе.

Вероника открыла Танин рюкзак и спросила:

— Двадцать пачек женских гигиенических прокладок в походе очень нужны?

— Двадцать? Это Танин рюкзак? Не знаю… Если бы это был рюкзак Дениса… Или Васи, или Ильи…

— И еще, пока не забыла, что у тебя с Ильей? — поинтересовалась Вероника.

Опять объясняться с малознакомыми людьми по поводу моей неудачной во всех смыслах личной жизни. Что за карма такая.

— Ничего у меня с ним нет, и никогда не было, — честно ответила я, перетряхивая очередной рюкзак. Не думала, что наберется так много вещей.

— Зато у него что-то есть с Таней.

— Думаешь?

— А ты присмотрись.

— Попробую. Вероника, посмотри еще в том зеленом пакете!

— Нет там ничего, заканчиваем, — застегнула сумку Вероника.

— Откуда ты знаешь?

— Интуиция.

— Тогда заканчиваем, — смирилась я, поверив в опыт старших. — У меня интуиции нет. Только логика.

— Это у мужчин нормальная логика, а не у женщин, у них женская логика, — просветила меня Вероника.

— Неправда! У женщин хоть женская логика есть, а у мужчин вообще никакой.

— Поэтому ты и не замужем. С таким-то критическим мышлением.

— И не надоело носом тыкать?!

— Никогда не надоест.

Вот почему я вежливая? Могла бы сказать, что муж собеседницы умер чуть ли не сразу после свадьбы. Может он от горя умер, когда увидел, на ком женился! И дядя мой тоже, может, сгинул, потому что жениться не захотел. Но я вежливая, воспитанная, и молчу. Но Вероника и сама поняла, что перестаралась с критикой.

— Миля, я же пошутила. Не сердись.

— Не сержусь, не за что. Спасибо тебе большое за помощь.

— Всегда пожалуйста. Что теперь будешь делать? Дашь отбой и в Москву вернешься?

— Нет, буду деньги отрабатывать. Катер дашь?

— Куда же я денусь.

— Спасибо. Как думаешь, они заметят, что мы рылись в вещах?

— Нет, не заметят.

— Интуиция?

— Нет, аккуратное складывание вещей по местам. Ну и разумные поступки.

— Какие?

Вероника открыла дверь, и в дом, радостно виляя хвостом, вбежала овчарка. Повинуясь приказу хозяйки, она разметала в стороны рюкзаки на полу, и улеглась между ними.

— Подумают, что собака все испортила. Она будет лежать здесь, когда они проснутся.

— Отлично! Молодец, Вероника.

— Стараюсь. Знать бы еще ради чего.

Мы закончили осмотр вещей, оставили собаку в холле и вернулись в гостиную. На столе черствели недоеденные булочки, и остывал чай.

— Вероника, налей мне чай, а то если я не усну, будет как-то неубедительно.

— Уверена?

— Да.

— Пей, — она налила чай в мою чашку. Я пила и грызла булочку, с молчаливого согласия хозяйки взятую на подносе. — Хватит, все, а то проспишь намного дольше, чем они.

— А все-таки, как ты думаешь, что тут затевается? — зевнула я.

— Пятьдесят на пятьдесят. Или аферисты или, правда, уфологии.

— Я голосую за аферистов.

— Привези обратно хотя бы этого симпатичного, — попросила Вероника.

— Вы что все сговорились? Я их не на убой веду.

— Ну да, конечно!

— Что конечно? Я вообще белая и пушистая!

— Знаю я вашу семейку. Или сами убьетесь, или окружающих угробите.

— Не надо приплетать сюда моего дядю. О покойниках или хорошо или ничего.

— Спи давай, пушистая…

Проснулась я в комнате почти одновременно с Таней. Она покосилась на меня и ни слова не сказала. За окном еще темно. В комнату заглянула Вероника.

— Проснулись, девочки? Умаялись, бедные, перелет тяжелый!

Где там тяжелый, всего два часа. Пить надо меньше. Чаю в смысле.

После умывания и нового чаепития, где в чайниках был нормальный чай, и, по-моему, никто ничего не заподозрил, мы засобирались ехать.

— Почему мы уснули? — попробовал выяснить Денис.

— Так ночь на дворе была! Ночью-то люди спят. Еще разница во времени, — принялась рассказывать Вероника, но не Денису, а Илье. Таня стояла и убивала их ревнивыми взглядами. Точно что-то есть, и как я раньше не заметила. Зачем они скрывают свои отношения? Не думаю, что у Ильи есть виды на меня. Мог бы смело ухаживать за Таней, знает ведь, что я не обижусь.

— И еще нас укачало в самолете. Я вообще раньше всех уснула, — добавила я. Надо же поддерживать легенду.

— Тут собака! — закричал из холла Денис.

Вероника пришла и взяла собаку за ошейник. Овчарке нравилось лежать на уютных рюкзаках, и уходить она не стремилась.

— Надо же, забыла закрыть дверь! — удивилась хозяйка, и даже я ей поверила. — Молодец, моя хорошая, пришла дом охранять.

— Собака должна жить на привязи в будке, — для себя произнес Денис. — Теперь все вещи в собачьей шерсти…

— У тебя на шерсть аллергия? — спросила я.

— Нет, а у тебя?

— И у меня нет, у меня только на…

— Собираемся! Труба зовет! — прокричал из кухни Илья.

Мы снова загрузились в фургон, и на это раз Вероника за рулем повезла нас к вожделенному катеру. Все в порядке, все поместимся. Жаль, что нельзя плыть на нем всю дорогу, большую часть все равно предстоит проделать пешком. Спутники принялись перетаскивать вещи из фургона в катер, а мы с Вероникой стояли рядышком и, прикинувшись дурочками, делали вид, что обсуждаем общих знакомых. Пусть все думают, что две бабы не насплетничались.

— Помнишь Аленку? — подмигнув, сказала Вероника.

— Конечно! — понятия не имея, о ком речь, ответила я.