Чтение онлайн

Перед вечером впервые видели пролетевших уток.

8 апреля. До полудня пасмурно; после облачно, временно просияние солнца, оттепель.

От Ухагмюта до Тулукагнагмюта не более 9 миль, из которых каждая стоила нам часового хода. Кускоквим, на протяжении между последним селением и Кхалькагмютом, весьма извилист, разбит многочисленными островками и в чистых плесах не шире 150 или 200 сажен. По правому берегу непрерывной цепью тянется ряд холмов, высотой от 300 до 500 футов. Левый берег луговой, лесистый до самого хребта Кыхтулит, отделяющего воды Кускоквима от вод, вливающихся в Бристольский залив.

Жителей никого не было, снегири и подорожники безбоязненно стадами садились на крыши барабор: мы добыли несколько экземпляров для чучел и для ночлега приютились в одном углу кажима, еще не затопленного водой.

9 апреля. Малооблачно; утро N тихий, полдень S тихий, вечер W тихий.

В ночь несколько простывало, и мы, решившись этим воспользоваться, с половины 3-го пополуночи до 8 часов утра перешли около 10 миль к устью небольшой речки и, не зная имени ее, назвали Безымянной. Она составляется из многих горных потоков, протекающих в логах прибрежных холмов левого берега. Проживая в редуте Колмакова и часто посещая тундру, мы заметили, что, невзирая на постоянную промышленность, в вершинах ее притоков водятся бобры и выдры. По меридиональной высоте солнца широта ее устья определена в 61°34'12". До 3 часов за полдень жар был нестерпим, показались подснежные насекомые, запорхали бабочки. «Быть холодной весне!» – решили натуралисты промышленные; и точно – приметы их впоследствии сбылись.

10 апреля. Облачно, просияние солнца, утро NO тихий, полдень SW тихий.

С 2 часов пополуночи, при двухградусном морозе, мы поднялись в путь. От одиночки Кухлюхтакпак почти до редутских запоров брели выступившей на лед водой – это последняя неприятность настоящего похода. В 7 часов утра радушный управляющий угощал нас домашним чаем из цветов багульника и кипрея.

После обзора Васильевым Кускоквима, в 1830 году главный правитель колонии Ф.П.Врангель приказал управляющему Александровским редутом избрать место для основания на этой реке заселения, которое в 1832 году и учреждено при впадении в нее реки Хулитнак, то есть поставлена изба и поселены в ней один креол и три человека новокрещеных аглегмют. Для производства торговли с туземцами, заселяющими низовье Кускоквима, место на Хулитне оказалось отдаленным, и потому артель наша с 1834 года на зимнее время переселялась в селение Квыгымпайнагмют и вскоре поставила там другую избу; таким образом, до самой смерти Колмакова заселения нашего на Кускоквиме нельзя считать постоянным, но это-то самое и способствовало распространению нашего влияния на туземцев и приращению промыслов в оскудевшем Александровском округе.

По смерти Колмакова в 1840 году Александровский редут со своим округом был причислен к Кадьякскому отделу. В 1841 году кускоквимская одиночка названа редутом Колмакова, кажется, перемена имени не могла иметь никакого влияния на торговлю; на деле вышло не так. При понятии о редуте потребовалось возведение стен, или ограды; присылка русских плотников; для них особый подвоз провианта; бесполезное увеличение числа команды для бесполезного содержания часовых; в плату туземцам за вспомогательные работы потребовались особые выпуски товаров и прочее. Это была ошибка со стороны управляющего кадьякской конторой; теперь она устранена и потому нисколько не занимательна.

Мы согласны с мнением всех наших управляющих заселениями в этом крае, что в оградах без содержания часовых, – на что нет никакой возможности, по числу и составу команды, – несравненно опаснее, нежели при строении, поставленном прямо на открытом месте; ограду и поджечь легче, и к внешней ее стороне зимой наносит такие сугробы снега, что дает легкий способ проникнуть внутрь редута. Конечно, мы имеем факт истребления нашего заселения в Икогмюте в 1839 году, но и при этом происшествии кускоквимские разбойники не решились на открытое нападение, а пришли под видом расторжки с пушными промыслами; притом главной причиной убийства людей были самонадеянность старосты и нелады его с командой. Те же самые убийцы того же лета посетили и Лукина, но, уведомленный заранее, при первой дерзости одного выскочки он выбросил его в окно; остальные тотчас удалились. Без предусмотрительности, твердого и решительного характера никакие стены не спасут.

Редут Колмакова находится, по моим наблюдениям, в широте 61°34'02" и долготе 158°37'11" западной от Гринвича, на левом ровном берегу Кускоквима, возвышенного в межень от горизонта воды на 24 фута с лишком. В 1843 году одному из обстроивавших редут русских плотников вздумалось попробовать, каково бобровое мясо в окороках; опалив бобра, он не счел за нужное гасить огонь; погода стояла сухая; ветерок разнес искры, лес занялся, и в 3 дня ближайшие окрестности редута превратились в пепелище. Далее к востоку и югу, по направлению горной цепи, протягивающейся от хребта Кыхтулит к берегам Улукака, страна состоит из холмистой тундры, – пастбища несметного числа оленей, а к западу до самой реки Аниак расстилается лесистая равнина, усеянная многими небольшими рыбными озерами.

По правому берегу Кускоквима, против местности редута, находится устье бобровой реки Квыгым и несколько выше ее расположено при невысоком яре туземное селение Квыгымпайнагют, то есть «Селение при устье речки», состоящее из 6 зимников и 2 кажимов, со 160 душами жителей обоего пола. Большая половина из них принадлежит к ттынайскому племени югельнут. Как в тех, так и в других считается до 50 человек христиан.

Купа гор выше 1000 фут, называемая туземцами Чугунахчугвик, находится от редута по румбу NO 18° правого компаса, приблизительно в 15 милях.

Земля при редуте Колмакова состоит из песчано-иловато-глинистых наносов, покрытых слоем в фут толщиной растительной почвы; по берегам земля вообще оттаивает, в тундре – не могли удостовериться. Огромное количество прекрасного пахучего сена можно заготовить для продовольствия рогатого скота, но по множеству диких оленей это составило бы в здешнем крае излишнюю роскошь; напротив, овощи, особенно картофель, могут устранить ежегодную голодовку команды. Судя по продолжительности лета, с вероятностью предполагаем, что здесь родился бы гималайский ячмень и рожь, но малолюдство и образ жизни туземцев вряд ли когда побудят обратиться к землепашеству.

Народонаселение редута к 1 мая 1844 года состояло из 42 душ, из которых 15 человек взрослых работников, остальные женщины и дети – от года до 10 лет. Продовольствие 7 человек креолов некоторым образом обеспечено соразмерным жалованьем и пайком муки; работники из аглегмют удержаны безлюдьем и, переженившись на кускоквимках, довольствуются местными произведениями и получают плату различными товарами на 21/2 рубля серебром в месяц.

Кускоквим, хотя не столько богат рыбой, как Квихпак, однако легко бы мог продовольствовать команду и содержимых для разъезда собак, если бы рабочим доставало времени на своевременные запасения. Ход рыбы бывает следующим порядком: с первых чисел декабря появляются налимы, особый от квихпакских вид, от 1 до 11/2 фута величиной, и в течение января при осмотре морды через две ночи попадает их от 350 до 500 и более штук; затем до появления сигов следуют недели две перемежки. Сиги морские и горбоносые, максуны, сырки ловятся в достаточном количестве до половины марта, то есть до подъема запоров водой.

Со вскрытием реки и прохода льда ставятся морды на мелкий род сигов; около половины июня показывается сперва чавыча, а вслед за ней красная и хайко. Нельму средней величины ловят сетями с начала весны до рекостава. Невод, употребляемый в редуте, вязанный из морского толстого прядева, вовсе не годится для речного рыболовства. Все сорта рыб лососиной породы ловятся яловыми и потому вкусом несравненно ниже промышляемых по Квихпаку.

Жир морских животных, без которого ежедневное употребление сушеной и свежей рыбы нездорово, покупается у туземцев низовья Кускоквима или нарочно привозится с Квихпака. Плохое состояние огнестрельного оружия не дозволяет пользоваться команде редута мясной пищей в таком количестве, которого можно ожидать от изобилия окрестных мест оленями.

Редут Колмакова в настоящем своем составе половину товаров, получаемых для расторжек с туземцами, выпускает им на плату за временные услуги при перевозке этих товаров из Александровского редута и на покупку для провожатых и собственной команды различных провизий. Сообщение с Александровским редутом, смотря по времени года, совершается двояко: байдарками и нартами.

Зимой, с середины февраля, транспорт с пушными промыслами, состоящий из 10 или 15 нарт, при 30 человеках туземных временных работников или провожатых и таком же числе собак, отправляется из редута Колмакова вверх по реке Улукак, с вершины которой через довольно широкую теснину выходит на речку Квильхак, впадающую в Хулитнак при Колмаковом городище. Туземцы это урочище называют Ухвигчагвагмют. На этот переход употребляется от 7 до 14 дней. Тут транспорт днюет и пополняет свои запасы заготовленными в летнее время, по предварительному заказу. От городища рекой Хулитнак и напрямки через тундру 5 дней хорошего хода до устья реки Тумаглихтули, по ней и через невысокий перевал полтора или два дня до вершины реки Агъягат и от 3 до 5 дней рекой Тагъягвахтули до так называемой Нушагакской одиночки, находящейся на реке Ильгаяк. Нушагакская одиночка состоит из одной избы, в которой проживают временно двое караульных из русских или аглегмют для охраны привозимых промыслов из редута Колмакова и товаров из Александровского. Весь этот путь, открытый Лукиным, представляет много трудностей относительно продовольствия, но он единственный по способности и близости.