Чтение онлайн

Утро встретило нас солнечным светом и почти полным штилем. Лето, однако. Не торопясь позавтракали оставшейся со вчера гречневой кашей с тушенкой и подняли паруса. Несмотря на отсутствие ветра, листья на верхушках деревьев нет-нет да и шевелились. Значит, не такой уж и штиль, есть вероятность, что за очередным поворотом мы сможем поймать дуновение эфира. Так и оказалось. Стоило нам чуть проплыть вниз по течению, как легкий ветерок наполнил паруса «Аргоши», и сразу же донская водичка с ласкающим слух журчанием заструилась вдоль борта.

Есть что-то завораживающее в движении по воле ветра. Что? Непонятно. Например, движение с помощью электромотора тоже происходит почти в тишине, но ощущения магии нет. А вот под парусами есть. Может, потому, что парусная лодка очень чутко реагирует на любые изменения в силе и направлении воздушного потока? И так как ветер практически никогда не бывает абсолютно стабильным, яхта начинает казаться живым существом. Или не казаться? Я тут пытаюсь объяснить магию движения под парусами с помощью физических законов, а стоит ли?

Справа по борту вдалеке показались меловые останцы. Тут уже рукой подать до заповедника «Дивногорье». Место очень интересное и красивое. Особенно когда поднимаешься наверх мелового плато и перед тобой раскрывается широкая панорама долины Дона. А еще там есть так называемый каньон. Это большой овраг, склоны которого представляют собой ритмичное чередование крутых гребней меловых скал. Наиболее сильное впечатление производит вид при вечернем или утреннем освещении, которое делает всю картину контрастной и рельефной. Ну а самая известная достопримечательность «Дивногорья» – это пещерный храм, расположенный в крупной меловой «диве». Я не буду пересказывать «Википедию», расскажу другую историю, которая приключилась у нас с Олегом как раз в этих местах.

Мы проплывали мимо устья речки Тихая Сосна, когда Олег решил немного понырять. Сделали остановку как раз в месте слияния двух рек, Олег облачился в гидрокостюм и отправился исследовать подводный мир Тихой Сосны, вода в которой, в отличие от мутных вод Дона, довольно прозрачная. Я остался на «Аргоше» и, чтобы скоротать время, решил немного половить рыбку на искусственную мушку. Сделал несколько забросов, поймал малюсенькую красноперку и такого же размера голавлика. Отпустил. Отложил в сторону удочку, сижу отдыхаю, мысли отсутствуют, почти засыпаю. И вдруг слышу резкий выдох, фонтан брызг, и совсем рядом с бортом появляется голова человека в гидрокостюме и с ружьем, но явно не Олег. Человек снимает маску и смотрит на меня с не меньшим удивлением, чем я на него.

– Привет, – говорю, – ты откуда?

– Из Лисок. А что?

– Да нет. Откуда ты здесь взялся? У меня товарищ тут должен нырять. Не видел?

– Не… товарища не видел. Видел сома.

– Ого! Большого?

– Огромного.

– Да ладно, тут речка-то – перепрыгнуть можно. Правда, что ли?

И я услышал странную историю.

Я не успел познакомиться с парнем, поэтому так и буду его называть. Итак, он припарковал свою машину на берегу Тихой Сосны и отправился под воду поохотиться. Речка знакомая, нырял здесь уже не один раз, потенциальные места стоянок щуки известны. После примерно получаса безуспешных поисков парень увидел недалеко от берега на отмели огромную тушу сома. Сначала он не поверил своим глазам. Потом поверил, но стрелять не решался. Уж очень, мягко говоря, необычным был размерчик. Даже страшновато как-то стало. Но в конце концов любопытство взяло верх, и охотник стал осторожно приближаться к туше. Сом не шевелился. Мертвый, что ли? Но нет. С расстояния чуть больше вытянутой руки на парня смотрели два глаза. Причем не тупые маленькие свинячьи глазки, кои можно было ожидать увидеть у стокилограммового сома. На человека пристально смотрели умные, полные неподдельного интереса глаза. Несколько секунд они разглядывали друг друга, потом сом зашевелился и не спеша ушел в глубину. Вроде бы ничего особенного не произошло, но парень вынырнул на поверхность полностью ошарашенным. Таким я его и встретил.

– Ну и что? – спрашиваю. – Ничего такого уж, кроме большого сома, ты же не видел?

– Да, вроде так, но… что-то было в его взгляде… разумное. Ладно, пока. Я сегодня нырять больше не буду.

Парень поплыл к берегу, но теперь задумался я. Вскоре появился Олег. В этот раз он вернулся с охоты без рыбы, но, как всегда, в хорошем расположении духа. Отчитался о великолепии подводного мира этой речушки, а я рассказал ему о странной встрече с парнем и еще более странной встрече этого парня с большущим сомом. Ну и плавно наш разговор перетек на тему разума в общем и разумности подводных обитателей в частности.

У Олега был такой случай. Он нырял с аквалангом на Красном море, снимал фильм о подводном мире. В один из дней к нему подплыл дельфин и с любопытством стал следить за действиями кинооператора. Олег, естественно, тоже отвлекся на дельфина и в результате выронил какую-то важную киносъемочную штуку, которая плавно, но неотвратимо стала погружаться в синюю бездну. И тут произошло нечто странное. Дельфин догнал тонущую запчасть и носом подтолкнул ее Олегу прямо в руки. Но это еще не конец истории. На следующий день в этом же самом месте к Олегу подплыл тот же дельфин. Причем не один, а с подругой. Они оба переместились к оператору за спину, и вчерашний знакомый стал недвусмысленно кивать головой, указывая на монитор камеры, мол, покажи нам, что ты там снимаешь. Олег с удовольствием промотал несколько кадров, в том числе и с дельфином в главной роли. После этого именно эти дельфины появлялись каждый день, причем сразу же и именно в том случае, когда под воду шел Олег. Остальные участники экспедиции дельфинов даже не видели.

И еще один необычный, но очень похожий случай произошел уже не с Олегом, а с его хорошим товарищем, профессиональным водолазом. Тот нырял в районе моста на водохранилище и вдруг в районе одной из опор увидел большой темный силуэт и… глаза, внимательно и пристально смотревшие прямо на водолаза. Что это было? По словам знакомого Олега, проведшего под водой полжизни, это были глаза явно разумного существа.

Мимо проплыли купола мужского Дивногорского монастыря. Именно здесь, в месте впадения Тихой Сосны, проходит условная граница Верхнего и Среднего Дона. Скоро на горизонте должны появиться строения города Лиски. Ну как скоро… все зависит от ветра, которого как не было, так пока и нет. Аккумулятор почти на нуле, остается тихонько сплавляться по течению. Не знаю почему, но мне такое продвижение вскоре надоело, я стал прилаживать весла от нашего резинового тузика к яхте. Провозившись с полчаса, понял, что ничего не получится. Весла слишком короткие. И тут как раз задул ветерок. Появился долгожданный звук журчащей под форштевнем воды, «Аргоша» ожила. Из-за очередного поворота навстречу вывернул двухпалубный прогулочный теплоход. Люди, увидев на Дону парусную яхту, столпились на одном борту, тем самым заставив немного понервничать капитана пароходика. Все-таки не часто увидишь паруса на донских просторах. Помахали друг другу ручкой и «разошлись, как в море корабли».

Все чаще и чаще стали встречаться рыбаки по берегам, да и вообще стало как-то людно. Отдыхающие, автомобили с орущим шансоном – все говорило о том, что большой город уже недалеко. И правда, впереди показался лискинский железнодорожный мост.

Лиски – большой железнодорожный узел. Здесь пересекаются все четыре направления: запад – восток, север – юг. Пока мы проплывали под мостом, по нему прогромыхало несколько составов в обе стороны. Складывалось впечатление, что непрекращающийся стук стальных колес старался доказать нам с Олегом, что Лиски – это некий центр железнодорожного мироздания. А мы и не спорили.

Наконец город остался позади, и мы вновь оказались в тишине. К вечеру ветер совсем стих, рябь на реке исчезла – и водная поверхность превратилась в натуральное зеркало. Солнце приблизилось к горизонту. Тень от «Аргоши» побежала рядом с нами по прибрежным камышам, а вода в реке окрасилась в алые цвета, которые с каждой минутой приобретали все более глубокий насыщенный оттенок. Мы с Олегом настолько прониклись моментом, что даже не вспомнили о поиске места для ночевки. Очнулись от созерцания только тогда, когда цветная картина реки стала терять яркость и потихоньку превращаться в темное черно-белое полотно. Проще говоря, наступила ночь.

Мы наметили первый попавшийся просвет в камышах, и «Аргоша» плавно уткнулась носом в берег, который оказался не очень гостеприимным. Олег, как-то очень смело ступивший в темноте на земную твердь, чтобы привязать швартов, оступился и принял незапланированную грязевую ванну. В одежде. Но, как всегда, не расстроился. Я вообще не знаю, что может Олега вывести из себя. Но уж точно не купание в реке. Пусть и в одежде.

Утро выдалось опять безветренным и каким-то ватным. Облаков на небе не наблюдалось, но солнечные лучи еле пробивались сквозь плотную дымку. Мы позавтракали омлетом из оставшихся яиц, а затем отдали швартовы. Поднятые паруса не могли поймать ни единого дуновения. Мы тихо сплавлялись вместе с течением. Ничего примечательного не происходило, как вдруг в небе над рекой закружил канюк (хищная птица из семейства ястребиных). Через мгновение к нему присоединился еще один, а через пару минут небо буквально почернело от птиц. Мы с Олегом не могли придумать этому явлению никакого объяснения, только молча смотрели на хоровод из стремительных силуэтов. Если бы птицы кружились где-то над землей, то такое их поведение объяснить было бы можно. Но высоко над водой… Постепенно стая (хотя я не уверен, что канюки образуют стаи) стала редеть, и вскоре в небе не осталось ни одного хищника. Но на этом наши встречи с животным миром реки не закончились. Олег заметил на поверхности воды плывущего на спине большого жука. Причем жука живого, он шевелил лапками. Решили отработать маневр «человек за бортом». В нашем случае «жук за бортом». Ну а так как маневрировать на лодке под парусами в безветрие, да к тому же с разряженным аккумулятором, не представлялось возможным, пришлось мне залазить в тузик. Я достал насекомое из воды. Им оказался огромный красивый жук-олень с большущими рогами. Олег принял у меня утопающего и посадил сушиться на карту. Кстати, получилась знаковая фотка: жук-олень – навигатор. А я подумал: не протащить ли мне вновь «Аргошу» на буксире? Залез в резиновую лодку, привязал буксировочную веревку и взялся за весла. «Аргоша» сдвинулась с места, и потихоньку-потихоньку наш караван поплыл вниз по реке. Я греб, совершенно не напрягаясь, исключительно ради самого движения. Все веселей, чем просто сплавляться вместе с течением.