Чтение онлайн

Из него вырвалось кряхтение.

Борясь, чтобы освободиться, он снова оказался в окружении, на этот раз вдвое большего числа солдат. Когда он встал на две ноги, чтобы высвободить руку, они сделали выпад вверх, чтобы не дать ему атаковать.

Он попятился и вскрикнул, когда кто-то ткнул его в задницу острым концом. Мерих зарычал, его иглы встали дыбом, распушив его и увеличив в размерах вдвое.

Раздались крики, когда они взяли его в кольцо. Они давали ему ровно столько места, чтобы он мог двигаться взад-вперед, ища пути к отступлению, место для прыжка, что угодно.

Теперь их было слишком много. Его бы пронзили насквозь, если бы он снова опустился на землю.

— Перестаньте бояться! — проревел он, желая, чтобы запах их страха исчез. В его чудовищной форме голос был искажен, став на октаву выше его обычного баса.

Его зрение потемнело до малинового, и ему пришлось засунуть два пальца в носовое отверстие, чтобы отгородиться от него.

Кто-то шагнул вперед и ткнул в него клинком, когда он подошел слишком близко.

— Отъебитесь, — огрызнулся он, с каждой секундой становясь все более возбужденным.

Его грудь сжалась от гнева, от страха перед тем, что может произойти. Он закружился на месте, но выхода не было, если только он не сразится с ними.

Я не могу. Она никогда меня не простит.

Они не примут его. Он сорвется в кровавую бойню. Пролитие крови всего одного человека положит начало тому, что он не сможет контролировать в столь густонаселенном месте.

В настоящее время они тыкали в бомбу из когтей, клыков и ненасытного голода, и были в нескольких мгновениях от того, чтобы взорвать ее.

Если она попытается меня остановить, я убью ее. При этой мысли его зрение на мгновение стало белым, паника пробежала по нему.

Не имело значения, что он к ней чувствовал. В таком состоянии он не увидит разницы между другом или врагом, едой или спутником. Она будет не более чем мясом.

Мерих мерил шагами длину их древкового оружия на трех конечностях, все еще держа два пальца в носовом отверстии, пытаясь придумать, как пройти мимо, пытаясь мыслить рационально.

Он сел на задние лапы и поднял руку, чтобы махнуть ею вниз, надеясь, что жест, означающий «успокойтесь, блядь», универсален. Тот человек, которому он это сделал, пусть и случайный, видел лишь, как он угрожал когтями.

Один мужчина вышел вперед и использовал руки, чтобы заговорить. Человек рядом с ним переводил от его имени.

— Я не понимаю вас, — ответил он, надеясь, что этого будет достаточно.

Он шагнул ближе к единственному человеку, который действительно пытался с ним общаться. Два древковых оружия по обе стороны от них метнулись вперед, в то время как тот, что подавал знаки, отступил. Лезвие полоснуло его по бицепсу.

Мерих зарычал и попятился. Он остановился, пока не стало слишком поздно. Кто-то крикнул, и на него набросили сеть. Они дернули, и его вес сместился на бок, когда они попытались поймать его в ловушку. Мерих выскользнул из путаницы лоз, когда его иглы легко разорвали их в клочья.

Его зрение задрожало, когда невидимые руки вцепились в его разум, пытаясь заставить его контроль ослабнуть. Его руки и ноги тряслись, дыхание с каждой секундой становилось все более раздраженным, со свистом входя и выходя из него, как лезвие.

Невидимые руки, массирующие его мозг, ощущались так приятно, что ему почти хотелось позволить им победить. Его светящиеся глазницы стали темно-малиновыми от желания калечить.

Мерих перестал двигаться, перестал реагировать на них.

Рэйвин. Мне нужно добраться до Рэйвин.

Он хотел, чтобы она успокоила его, спасла его — от них, от него самого.

Его зрение то прояснялось, то мутнело, и он пытался сдержать его, не позволить разуму помутиться. Его содрогания были сильными.

Она моя. Я хочу, чтобы она была моей. Нельзя терять контроль. Не разрушать.

Они тыкали в гребаного медведя, того, кто обычно позволял гневу брать верх. Если они продолжат это делать, они пожнут плоды своей собственной глупости.

Мне нужно сохранять контроль ради нее.

Все еще свернувшись калачиком на полу, обхватив себя за живот, Рэйвин вздрогнула от внезапного неистового стука в дверь.

— Рэйвин. Рэйвин! — закричал Сикран. — Ради любви Вечнозеленого, ты одета?

Она вскочила на ноги и осторожно пошла на звук, зная планировку своего дома по чистой памяти. Она распахнула дверь, его непрерывный стук помог ей сориентироваться.

— Конечно, я одета. Прошли часы, — ответила она, шмыгнув носом. — Моя ванна закончилась целую вечность…

Он сжал ее плечи так сильно, что его когти грозили вонзиться в ее кожу.

— У нас проблема, большая проблема!

В этот момент из центра города раздался звон набатного колокола, оповещающего всех об опасности.

Ее поникшие уши напряглись и отскочили назад, а глаза расширились.

— Что случилось?

Неужели Демонам удалось найти способ проникнуть в город? Ее горе могло подождать. Ей нужно было помочь своему народу, направлять их во время чрезвычайной ситуации.

— Твое существо… он здесь, — его когти вонзились глубже, и она бы поморщилась, если бы не его слова. — Он в городе!

Она оттолкнула его от себя.

— Что значит — он в городе?

— За ним гонятся, Рэй, — она почти видела, как он теребит рог. — Он не сдается Мерикато и его солдатам.

Как бы она ни была рада тому, что Мерих жив, он был один в незнакомой обстановке, и за ним гнались враги. Она понимала, чем это может закончиться.

— Нам нужно идти, — она схватила Сикрана за все, за что смогла ухватиться, и тряхнула. — Ты должен отвести меня к нему. Он не такой, как вы, Делизийцы. Он сойдет с ума и уничтожит весь город, если мы не будем осторожны.

— А я думал, ты говорила, что он хороший!

— Так и есть! Обещаю, так и есть. Он просто не сможет ничего с собой поделать. Просто… пожалуйста, Сикран, — в ее глазах появилось отчаянное, умоляющее выражение. — Отведи меня к нему, как можно быстрее; мне все равно как.