Чтение онлайн

— Ксюша, поезжай в мой загородный дом и жди меня.

Борис был уверен, что она обрадуется. Любая на её месте обрадовалась бы.

Но во взгляде Ксении плескалась только тоска. В глубине её глаз была бездна, которая тянула его с непреодолимой силой. Борис ещё не признавался себе, но внутренний голос уже нашёптывал, что он пропал.

30

— Я с Олеськой года три, не меньше, — Борис ловко орудовал вилкой и ножом. Сегодня на завтрак картошечка и котлетка. Утром он любил основательно подкрепиться, чтобы не отвлекаться в течение дня из-за сосущего чувства голода. Завтракали вместе с Пановым, но помощник лишь медленно пил крепкий чёрный кофе.

— Олеська меня вполне устраивает, — продолжал откровенничать Ершов.

— А та другая? — спокойно спросил Влад.

— Ксюша? О, она чудо! — Борис мечтательно закатил глаза к потолку. — Ничего не могу с собой поделать. Околдовала меня, ведьма.

— Олеся — надёжный человек, а эта Ксения вызывает подозрения. Сейчас мы не можем рисковать, слишком много поставлено на кон.

— Алексеич проверил и Ксеньку как положено. Там всё чисто. Не переживай, в политику я войду добропорядочным семьянином, но это будет в следующем году. А сейчас у меня есть ещё время покуролесить.

— Значит, всё-таки Олеся? — Панов отставил пустую чашку и откинулся на стуле.

— Ничего это не значит, — отмахнулся Борис и стал серьёзным. — Хватит о бабах, пора поговорить о деле.

Ксения разочарованно вздохнула. Она подслушивала под дверью столовой. Сегодня ничего существенного узнать не удалось. Подслушивать и подглядывать начало входить в привычку. Она быстро освоила этот навык. Может, Саша прав, что разглядел в ней шпионку?

В конце коридора послышались тихие шаги горничной. Ксения успела принять невозмутимый вид, но в столовую впорхнула неожиданно и суетливо, как случайно залетевшая бабочка.

— Доброе утро! — пролепетала Ксения.

— Легка на помине. Ты сегодня рано проснулась, моя птичка, — залюбовался Борис её красотой и свежестью. Потом отложил салфетку и встал из-за стола. — Извини, не могу составить тебе компанию. Дела, сама понимаешь.

— Конечно, — Ксения опустила глаза, чтобы он не заметил вдруг вспыхнувшую радость.

Борис с Пановым после завтрака закрылись в кабинете и не выходили до самого вечера. Обед и ужин им подавали туда.

А Ксения после обеда, прошедшего в полном одиночестве, устроилась в зимнем саду с книжкой. Но на чтении сосредоточиться не могла, смысл ускользал, в голову лезли другие мысли.

Она вспоминала своё голодное, но такое счастливое детство. Мама тянула их с Маринкой одна. А это значит, что одежду надо было носить аккуратно, чтобы потом отдать сестре. Курицу делили пополам, на два раза, одну половину замораживали, из другой варили суп и жарили второе. Но это по праздникам. В будни на обед готовился жидкий овощной супчик, на ужин — пустые макароны или картошка с огурцами. Тогда они выживали, как могли. Зато на Новый год искренне радовались мандаринам и салату оливье.

Теперь она может позволить себе посещать дорогие рестораны, разъезжать на шикарном авто с охраной. Всё, что можно купить за деньги, Ксения может купить. Скоро она станет женой Ершова. К материальным благам прибавятся статус, связи и положение в высших кругах. Но почему на душе так тошно, что хочется выть, как дворовая собака?

Зачем она здесь? В этом богатом доме, как в золотой клетке. Она могла делать всё, что хотела, но только на территории участка, огороженного со всех сторон и хорошо охраняемого. Борис держал её при себе, как наложницу, рабыню. Она терпела, но отчаянно скучала по свободе.

Саша. Вот кто во всём виноват. Любила ли она его? Теперь кажется, что нет. То чувство было похоже на болезненную привязанность, смешанную с благодарностью. После измены Паши она словно упала в яму безысходности и отчаяния. Саша своим участием как будто помог выкарабкаться, а на самом деле, вытащив из ямы, бросил её в пропасть к опасному хищнику, этому Ершову.

Борис жёсткий, иногда до жестокости, и болезненно гордый. Любовниц у него была тьма, и все — писаные красавицы. Он очаровывал, пленил, дразнил намёками о свадьбе. А потом без сожаления выкидывал из своей жизни с тем же набором вещей, с каким они к нему пришли. Купленные модные тряпки выбрасывал на помойку, а драгоценности прятал в сейфе. Это не было скупостью. Для него это было игрой. После очередного романа в компании друзей Ершов часто хвастался, как избавился от любовницы без ощутимого ущерба для своего материального положения. Эти девушки всегда оставались в проигрыше. Он использовал их молодость и красоту, ничего не отдавая взамен. Бориса не смущало, что из девственниц он делал развратниц. О женской целомудренности Ершов был невысокого мнения.

Ксения его презирала, к подаркам оставалась равнодушна, знала, что платит за них несоизмеримо высокую цену. Она не стремилась за него замуж и внутренне всячески противилась сближению. Непроизвольно начинала впадать в оцепенение, стоило ему начать дразнить её намёками о свадьбе. Он действовал по годами отработанному сценарию, но у Ксении любые разговоры о браке вызывали противоположную реакцию. Ведь как только она станет его женой, надежда освободиться исчезнет. Всю оставшуюся жизнь она должна ежедневно, ежеминутно шпионить за собственным мужем. И каждый день она будет бояться быть раскрытой. Лучше не думать, что сделает Борис, если узнает о ней правду.

Пока Ксения балансировала между «надо» и «могу», Ершов пытался разгадать её поведение. Борис хотел, чтобы очарование этой женщиной рассеялось, как утренний туман, и он легко закончил отношения, как все предыдущие.

Сейчас поворотный момент в его карьере, Борис решил оставить бизнес и уйти в политику. Это новый уровень. Он будет вершить судьбы людей и делать историю не большой корпорации, а целой страны. Он чувствует в себе силы и осуществит самые смелые проекты. Первый этап — это продажа «Арго», его детища.

В корпорацию «Арго» входят три металлургических комбината, промышленные предприятия и торговые центры. Начинал Ершов в маленьком офисе на окраине Москвы в середине девяностых. Как спрут, «Арго» опутывала хитрыми экономическими ходами партнёров и конкурентов. Ни одного криминального инцидента, только законным путём Борис расширял свою компанию до размеров тысячной корпорации. Он чертовски много работал, каждый день, с утра до позднего вечера, а иногда и до глубокой ночи, без выходных и отпусков. Все предприятия по сей день приносили стабильный доход, который в сумме исчислялся миллиардами. Но наступило время для новых подвигов уже на политическом Олимпе.

Отыскать покупателя, чтобы продать корпорацию всю целиком, не деля её на части, оказалось непросто. Да ещё новый закон об ограничении на продажу предприятий иностранным компаниям закрыл доступ к зарубежным партнёрам. Как будто у «наших» есть такие деньги. По-настоящему богатых людей в России раз, два и обчёлся, и среди них не нашлось желающих приобрести такого монстра, как «Арго».

Два месяца назад появился Дакс Станислав Альбертович. Он сразу согласился купить всю компанию целиком и не торговался. Ершов знал Дакса давно, ещё со времён становления «Арго», но по работе они не пересекались. Служба безопасности проверила Дакса и подтвердила возможность сотрудничества. Люди Ершова начали предпродажную подготовку документов. Конечно, Борис знал, что за Даксом стоит иностранный капитал. Американцы давно ищут возможность закрепиться в России, пусть даже неофициально, через посредника. Дакс — умный мужик и хваткий, но какой-то скользкий. Будь у Бориса больше времени, он не стал бы торопиться и подождал покупателя получше. Но компанию необходимо продать до следующего года.