Пять баксов для доктора Брауна. Книга первая
Шрифт:
– Что же вы, мистер Следопыт? — рассмеялся Дюк.
– Дай сюда!
Дюк с интересом наблюдал, как компаньон с гримасой пытается насадить наживку на крючок.
– Так, — сказал он, — хорошо. Теперь поплюй.
– Куда поплевать?
– Ну, сэр, вы меня удивляете. На нее же и поплюй.
– Зачем? — поразился Джейк.
– Для запаха.
– А я думал, что запах человека, наоборот, отпугнет рыбу. И вообще, какой в воде запах…
– Ничего-то ты не понимаешь, — Дюк отобрал у него удочку и пошел к воде.
– Может быть, я невнимательно читал сочинения мистера Фенимора Купера, — поддразнил он, — зато меня отец научил ловить рыбу!
«А меня отец научил строгать гробы и цитировать наизусть Святое Писание!» — мрачно подумал Джейк, присев на корточках рядом и глядя на расплывающиеся по воде круги.
– Перед вами, уважаемый сэр, рыба, — сообщил компаньон. — Скачет, танцует, прогуливается — резвится, одним словом.
– М-м, знаю.
– Знаешь? Как-то, сэр, не особенно похоже. Хотя я, — признался Дюк, — не совсем понимаю, как такое могло случиться.
Джейк вытянул длинные ноги, устраиваясь поудобнее.
– Ну ладно, я ловил рыбу. Несколько раз.
– «Несколько» — это сколько? — немедленно спросил Дюк.
– Два, — с некоторой заминкой ответил компаньон.
– Понятно, — кивнул Дюк. — Один. С ума можно сойти. Где ловил-то?
– Там, — промямлил Джейк, — под мостом на Главной улице.
– Нашел, тоже мне, место, — буркнул компаньон. — Ловил на что?
– На хлеб, — со вздохом отозвался Джейк. Дюк прищурился.
– Поймал? Ну еще бы, конечно, нет.
– Вы понимаете, сэр, — задумчиво произнес Джейк, — я, по правде говоря, так и не понял, в чем тут дело. Это было долго, скучно, дома меня ждала трепка, — в общем, не понравилось.
Дюк похлопал ресницами. Первый раз в жизни он видел парня, которому, видите ли, скучно рыбачить!
– Ну не могу я просто сидеть и ждать, — оправдывался Джейк. — Долго.
– За что трепка-то? — засмеялся Дюк. — Опять удрал с собрания общины?
– Нет, — признался компаньон, — с уроков. Хотя на собрание я в тот день тоже не пошел.
Снова круги по журчащей воде, трава колышется у берега, облака плывут по небу. Солнце поднялось довольно высоко и стало пригревать.
– А удочка? — спросил Дюк. — Сам, небось, делал? Из прута и бечевки?
– Нет, удочку я купил, — Джейк приободрился. — Она и сейчас лежит закопанная на берегу под мостом. Уже год.
Дюк поднял глаза небесам.
– Ну, а что мне было делать? — возмутился Джейк. — Тащить «орудие праздности и суеты» домой? Чтобы сначала получить им по горбу, а потом смотреть, как оно горит в камине?
– Свинство, — заявил Дюк, подумав. — Сейчас я тебя научу рыбачить как следует.
Он сунул удочку в руки компаньону.
– Представь, что ты рыба.
Джейк пожал плечами и уставился в воду.
– Представь, — продолжал компаньон, — вон он ты, плывешь себе, а кругом полно других рыб. Все вы толкаетесь вокруг наживки, смотрите на нее и думаете: «Ого, какая вкуснятина! Но ведь вкуснятину просто так не дают, там наверняка опасно! Подожду-ка я, что дальше будет!» Плаваешь дальше: то ли самому попробовать, то ли еще подождать — вдруг да кто-нибудь рискнет первым. Представил?
Компаньон вздохнул.
– Ну ладно, я рыба. Представил. Но сэр, пока они там до чего-нибудь додумаются, я от старости умру!
– Вот же муравьи в штанах! — возмутился Дюк. — Дай сюда.
Тут бечевка в руках Джейка дрогнула.
– Клюет, — возбужденно зашептал Маллоу, — клюет же!
– Подсекать? — спросил Джейк, не спуская глаз с бечевки.
– Тихо… тихо… тихонечко… Есть!
– Ого, какая здоровая! — восхитился Джейк. Маллоу со всей силы хлопнул его по спине.
– А ты говорил!
– Я все понял, — быстро сказал Джейк. — Мне нравится ловить рыбу. Иди жарь эту, а я половлю еще.
– Вот уж дудки, — фыркнул Дюк, — вместе будем ловить и вместе готовить. Кстати, умеешь?
– Не думаю, что это трудно. Только и дел — сунуть рыбу в угли.
– А чистить-потрошить я что ли один буду? — Дюк скорчил гримасу.
Мистер Саммерс пораскинул мозгами и пришел к выводу, что такое положение дел будет не слишком красивым.
Худо-бедно, соскребли самую крупную чешую и сунули рыбу в угли, присыпав золой.
Готовность рыбы определилась по запаху. О хороших манерах за столом никто заботиться не стал, не говоря уже о молитве перед трапезой. Вместо кофе обошлись речной водой.
— Мистер Саммерс, — сказал Дюк, выпрямляясь над водой и вытирая рот, — окажите любезность, помогите подтащить сюда во-он то поваленное дерево.
– Вы же, мистер Маллоу, — отозвался Джейк, — говорили, невозможно.
– А пирога? — невозмутимо ответствовал Дюк, кивая на толстую сосну футов шести в обхвате, сломанную, очевидно, бурей. — Спички-то у нас есть. К чему, собственно, напрасный труд? Пускай себе горит. Берег узкий. Приспособим какой-нибудь шест и будем отталкиваться.
Секунду Джейк молча смотрел на него огромными глазами.
– Вот это да! Я бы, сэр, до такого не додумался. Дюк отвесил светский поклон.
Битый час компаньоны поджигали ствол в разных местах, пока не убедились в том, что их замысел фантастичен не менее, чем, скажем, «Из пушки на Луну» Жюля Верна.
— Не получается, — вздохнул Дюк. — Потопаем пешком. Бросьте нож, мистер Саммерс, и поползли.
Джейк воткнул нож, которым пытался ковырять сгоревший участок древесины, в землю, вытер затем о траву, сложил и сунул в карман.
– Двое отважных путешественников, храбро удравших от вооруженных до зубов врагов, убивших Бешеного Горного Змея и сожравших его мясо, — бормотал Дюк позже, отодвигая попадавшиеся на пути ветки, — совершают восхождение на вершину Змеиной Горы.
– И не отказались бы от еще одного змея, — отозвался Джейк. — Поупитаннее. Все, компаньон, привал.
Искатели приключений упали животами в траву, примяв синие цветочки. Отсюда они рассматривали видневшийся на соседней вершине отель. Точнее, сам отель как раз был виден неважно, едва белея из-за деревьев. Но когда компаньоны поднялись на вершину, стало видно, как по аллеям, уставленным вазонами с цветами, неторопливо прогуливаются постояльцы. Какой-то высокий джентльмен, ведя за руль велосипед, беседовал с дамой. Еще один велосипедист ехал меж фонарей по дорожке. Три дамы, чему-то смеясь, пили чай за столиком на террасе. Их внимательно слушал (или делал вид, что слушает) осанистый господин, заложив руки за спину. В некотором отдалении был натянут тент, под которым, впрочем, стояли одни пустые стулья. Кроны деревьев бросали рваные тени на освещенную солнцем траву.