Чтение онлайн

Сезон свадеб, я уже ненавидела белый цвет, Мендельсона и лепестки роз. Они были все на одно лицо, всем хотелось безешно-воздушной невесты с километровым шлейфом, десятка подружек невесты в одинаковых, непонятного цвета и невразумительного фасона платьях, огроменный торт, пару звезд первого эшелона и дальше, что подешевле, для танцулек, и главное, чтоб все это было в старинной усадьбе или дворце. А если на территории еще и церковь есть, то и венчание. Ну и что, что невеста уже раз семь замужем была, ну и что, что жених некрещеный, это же уже давно не таинство, а часть программы. Если бы они не приносили ощутимый доход, то я бы даже пальцем не пошевелила.

Колокола зазвонили, значит, венчающиеся сейчас выплывут, и ожидающие особо важные гости будут закидывать их рисом. Вот почему рисом? Куда логичней было бы кидать гречку, овес, пшеницу, рожь. Звонарь был плох, мелодия обрывалась и оседала на мои плечи, а не летела по округе, как прежде. Может, его так же тошнит от происходящего, как и меня?

Вечер, фейерверки, музыка, подвыпившие гости. Мои силы были на пределе возможного. Вчера я тоже была на свадьбе, и позавчера, сегодня будет третья бессонная ночь.

— Иди домой, — приказал Ден.

— Спасибо.

— Завтра после обеда приходи, не раньше.

— Да. Пока.

Мой галоп прервал оклик.

— Лотта, ты ли это?

Я даже не сразу признала девушку. Инга, из параллельного класса, мы даже почти дружили, потом жизнь развела по разным регионам. Красивая высокая блондинка с пышной грудью и подтянутой попой.

— Инга? Бог ты мой, ты стала еще выше, чем была.

— Да, сто восемьдесят пять теперь. Можно, я с тобой сбегу?

— Конечно, тут недалеко бар приличный есть, посидим, поболтаем.

Фиш энд чипс, английский пирог и бокал темного пива — моя часть заказа, какой-то салат и минеральная вода у Инги.

— Ты давно из Питера выбралась?

— Пару лет как, но все равно в разъездах. Хочу обосноваться, сейчас ремонт делаю, совсем немного осталось, и будет у меня собственное гнездо.

— А виза шенгенская у тебя есть?

— Мульти.

— Здорово.

— А тебе зачем?

— Да я всех спрашиваю, пунктик у меня такой.

Вот где ты раньше была, почему не попалась мне на пути полтора месяца назад, я бы тебя к Павлину отправила.

Мы трындели пару часов ни о чем и обо всем.

— Поздно-то уже как, мне еще до гостиницы добираться.

— Я думала, ты у матери живешь?

— Жила. Но там новые отношения.

— Понятно.

Ираида Олеговна была неплохой женщиной, но как только у нее возникали очередные отношения, она безжалостно освобождала территорию от соперниц, а теперь и от дочери.

— Перебирайся ко мне. Я все равно нахожусь в квартире два-три часа в день, это если я в России.

— Неудобно.

— Неудобно спать стоя. Можем сейчас забрать вещи из гостиницы и переехать.

На том и порешили. Виделись мы только по утрам, я как раз возвращалась с очередной вечеринки, а Инга вставала, небольшое совместное чаепитие, и кто-то (я) шел спать, а кто-то (Инга) шел на работу.

Очередная остановка моего колеса произошла из-за приглашения от Павлина. Темно-синий конверт из плотной дизайнерской бумаги, серебро файнтека, переливаясь, превращалось в изумительные росчерки, идеальные, до которых мне еще практиковаться несколько лет, мое имя италиком, сургуч. Печать с замысловатым вензелем, легко открывается и ломать не надо. Белоснежное приглашение, вырубка, словно пена, серебряное тиснение, высокая печать, бумага премиум-класса. Известный ювелирный дом проводит выставку, ужин в честь открытия для гостей-спонсоров. Правильное приглашение, не на свидание, на мероприятие. Свою часть он выполнил. Теперь мой ход. Договоренности необходимо выполнять. Но я так и не смогла отдать его лично Инге. Оставила на столе с короткой запиской "Сходи, развейся". Так будет лучше, Инга подходит ему на все сто и соответствует всем его запросам, даже шенгенская открытая виза у нее есть.

А я? Как всегда, выезды, меня не будет в стране ближайшие две недели. Пока все изучают новое направление бизнеса, я обслуживаю старые. Вместе с Деном. С его легкой руки в последний день во мне оказалась нужная доза алкоголя, и я смогла порыдать до вылета.

Дома меня ожидала оранжерея, букеты не успевали надоесть, как появлялись новые. Распахнутые окна не слишком спасали от их навязчивого запаха. Переставляя вазы, освобождая себе пространство без цветов, слушала про эпохальную встречу двух одиночеств у витрин со старинными камнями, потемневшим серебром и немеркнущим золотом. Слушала не слишком внимательно, стараясь не думать о словах, о том, что они несут. Очередной курьер, очередной букет, очередная пустота во мне. Что ж, во всех этих корзинах, вазах, посланиях нашлась передачка и для меня — пока меня не было, половина купленного вина была любезно передана так же с курьером с короткой запиской "Твоя часть контрабанды". Теперь у меня много лекарства, жаль, что не сильнодействующее. Под бутылку белого вина, которое мы с Павлином прикупили на озере Гарда, опять слушала о достоинствах птички и заставляла себя выдавливать восхищенные междометия, получалось у меня плохо, но Инга ничего не замечала и продолжала терзать меня деталями свиданий.

Очередные выезды спасали от подробностей их романа. За три недели до ее отъезда так дома и не появилась, предпочитая короткие ночевки проводить в гостиницах или на работе.

Помогла собрать вещи, выкидывала букеты, упаковывала подарки, опять слушала "какой он". Пусть будут счастливы, но где-нибудь подальше от меня.

Тупая ноющая боль не покидала ни на минуту, лишая сил, не давая спать. Но природное упрямство и опыт постоянной жизни с ударом в спину помогали держаться. Подруги хоть и заметили неладное, но предпочитали не расспрашивать, правильно рассудив, что хотела бы — рассказала все сама бы. Встречи с ними участились, к их поддержке присовокупилось желание счастливых мужей и меня пристроить, приглашения на всевозможные развлечения и встречи сыпались как из рога изобилия, я уже даже не пыталась их пристраивать, направляя большую часть в мусорную корзину.

Незаметно закончился сентябрь, за это время стойко перенесла встречу с Павлином. Почему-то периодически выслушивала отчеты Инги о приготовлениях к свадьбе, точней, к торжественной регистрации брака, а свадьба (точней, СВАДЬБА) будет в следующем году, а сейчас небольшой междусобойчик на сто пятьдесят человек. Отечественными специалистами решили пренебречь и доверили сие торжество английской компании. Я почему-то была в курсе всего плана мероприятий, со мной всячески консультировались и просили помощи. Вот и сейчас невеста с ужасом смотрела на образцы скатертей, салфеток и прочего текстиля, и это она еще не увидал гору столового серебра и стопки посуды.

— Эти, — ткнула я пальцем, потратив всего несколько секунд на осмотр.

— А почему эти?

— Они будут кипенно-белыми и на улице, и в помещении, у них специальная пропитка, их практически невозможно испачкать, легкий взмах салфетки и урон от гостей исчез. А эти, — взяла я другой образец, — на фотографиях будут давать противный фиолетовый отлив, а те на солнце желтинку дают.

Текстиль я быстро отобрала, потом так же быстро серебро и посуду. Инга все еще была растеряна, а вот представитель англичан как-то неодобрительно на меня посматривал. Может, ему хотелось блеснуть и произнести о каждом образце отдельный спич, но у меня на это все не было времени и терпения. Меня спросили, я выбрала, согласятся или нет — уже не моя забота. И почему я должна тратить своей единственный выходной на это?

Боже, и зачем надо было нанимать англичан, если они выбрали Кусково?

Самое свадебное место Москвы. Все выходные там ходят толпами женихающиеся в сопровождении родни и друзей. Все остальное тоже было банальным и традиционным, арка, под которой будут произносить слова любви, с одной стороны — вереница подружек невесты, с другой — шаферни. Может, у них особо морозостойкие женихи, невесты и гости, но в конце октября праздновать в шатре при нашей капризной погоде рискованно. Выбрали бы тогда Царицыно, все то же самое, только залы в аренду под банкеты охотней сдают. Правда, мои комментарии по месту были отвергнуты еще месяц назад, так что можно повторно не распыляться.