Чтение онлайн

– Почему ты такая приземленная? – проворчала Нори. – Едва ли это подобает леди.

Элис приподнялась на локтях.

– Подобает леди? Так рассуждают лицемерные мужчины!.. В желании нет ничего плохого. Мне жаль, если ты этого не понимаешь.

– Я не каменная, – устало произнесла Нори. – И не слепая. Конечно, он очень красив. Он добрый, и забавный, и… – она почувствовала, как в ее голос против воли вкралась теплота. – И честный. Я думаю, что он очень искренний.

Элис взвизгнула и схватила Нори за руки.

– Он тебе действительно нравится! Так и знала!

– Какая разница, – спокойно ответила Нори. – Все это не имеет никакого значения.

Элис покачала головой.

– О, моя дорогая девочка, от любви не отгородиться. Ибо ты – воплощенная любовь, и она всегда будет тебя искать.

Несмотря на здравые мысли, Нори обнаружила, что топчется у двери в музыкальную комнату, прислушиваясь к звукам простейшей игры на пианино. Шарлотта смеялась.

Нори вошла без стука. Как она и подозревала, Ноа сидел на скамейке рядом с Шарлоттой. Лицо маленькой девочки просияло, когда она увидела, кто вошел.

– Тетя Нори, смотри! – воскликнула она. – Я умею играть «Мерцай, мерцай, звездочка»!

Нори лучезарно улыбнулась. Этот бессвязный стук клавиш никоим образом нельзя было назвать Моцартом.

– О, ты прекрасно играешь.

– И Ноа обещает научить меня Батховину.

Нори подавила улыбку.

– Конечно, научит.

Глаза Ноа встретились с ее глазами.

– Шарлотта, – сказала Нори, не отводя взгляда, – нам пора спать.

Девочка нахмурилась.

– Обязательно?

– Да. Мама легла спать несколько часов назад, и тебе тоже следовало бы.

Шарлотта вздохнула, но встала, чтобы сделать, как ей было велено. Она была уравновешенной и хорошо воспитанной; такие черты характера, как предполагала Нори, она унаследовала от своего отца.

Нори наклонилась, чтобы поцеловать ее в обе щеки.

– Спокойной ночи, милая девочка.

После ухода Шарлотты Нори остро ощутила близость Ноа. Она никогда раньше не оставалась с ним наедине.

Он застенчиво улыбнулся.

– Вы… может быть, хочешь присесть?

– Нет, спасибо. Мне пора идти.

– Я учу Шарлотту двенадцати вариациям Моцарта, – сказал он.

– Да, я знаю.

Нори повернулась, чтобы уйти. Она не хотела быть грубой, но знала, что лучше не начинать.

– Ты музыкант, да?

Нори застыла на месте и обернулась.

– Что?

Ноа ухмыльнулся.

– Ты не новичок. Ты не просто смотришь на ноты, которые я даю девочкам, ты читаешь их. Я слышу, как ты напеваешь мелодию.

Она пожала плечами, покраснев.

– Я играла. Много лет назад.

– Леди Элис говорит…

Элис. Конечно, не удержалась.

– Мне действительно нужно идти, – сказала Нори, потому что этот разговор вел только к одному. И она не собиралась говорить с этим мальчиком о своем брате.

Она ушла прежде, чем погасла его улыбка.

Нори проснулась ночью от леденящего кровь крика.

Как будто визжала баньши.

Нори вскочила и накинула халат на голое тело. Бросилась по коридору в спальню Элис, но Шарлотта добралась туда первой.

Она прижимала к груди свою мягкую игрушку, а ее глаза были размером с обеденные тарелки. С замиранием сердца Нори поняла, что кричала не Элис.

Кричала Шарлотта.

И когда Нори увидела почему, крик вырвался из ее собственного горла и замер там в ужасе.

Элис лежала на полу, наполовину запутавшись в простынях. Было ясно, что она хотела встать, но споткнулась и упала. Ее белая ночная рубашка была испачкана кровью. И там, в беспорядке простыней, лежало что-то…

Нори схватила Шарлотту и прижала лицо маленькой девочки к своей груди.

– Бесс! – воскликнула Нори. – Ноа! Кто-нибудь, пожалуйста! Помогите!

Элис оторвала голову от пола. По ее прекрасному лицу текли слезы.

– Слишком поздно, – прошептала она. – Слишком поздно. Он умер.

Доктор сказал, что такое редко бывает на поздних сроках, но все же бывает, а почему – ответа нет.

– Он никогда не дышал, – добавил доктор, словно это должно было принести утешение.

Элис превратилась в призрак, бледный и молчаливый. Она спала в постели Нори, потому что не могла находиться в своей комнате. Она не выходила неделями, пока не начали опадать октябрьские листья.

Нори знала, в каком мрачном, бесконечном отчаянии оказалась подруга.

Слов утешения не было. Оставалось сидеть у кровати и ждать. Джордж приехал, как только до него дошла новость, но в конечном итоге и он ничего не мог поделать.

Тело малыша похоронили в саду, под древним дубом, на небольшой церемонии с местным священником.

Элис присутствовать отказалась.

Джордж забрал девочек с собой в Лондон, оставив жену на попечение Бесс и Нори. С той ночи на лице Шарлотты застыло все то же потрясенное выражение, а крики Матильды, зовущей маму, были слышны даже из отъезжающей машины.

Как ни странно, Ноа не уехал.

– Я останусь с леди Элис, – просто сказал он. – И с тобо-й.

У Нори не было сил спросить, какая польза от второсортного учителя музыки в подобной ситуации. Все силы уходили на то, чтобы уберечь любимую подругу от голодной смерти.

Бесс каждый день приносила горячую воду и мыло к краю кровати, и иногда им вдвоем удавалось уговорить Элис сесть, чтобы они могли вымыть ее и переодеть в свежую ночную рубашку.

Нори готовила все любимые блюда Элис в тщетной попытке заставить ее съесть больше, чем несколько ку-сочков.

Бесполезный Ноа стоял в дверях и пел низким, чистым голосом. Нелепо, но Нори чувствовала себя лучше, когда он был здесь, хотя никогда бы в этом не призналась.

Однажды утром Бесс отвела ее в сторонку.

– Так больше продолжаться не может, – сказала горничная. – Прошло уже несколько месяцев.

Нори колебалась.

– А что делать? Мы ее не заставим.

Бесс моргнула. Она была загорелой, крепкой девушкой с веснушками и рыжевато-светлыми волосами.

– Я, конечно, не заставлю. Но прошу прощения, мисс, вас она слушает.