Чтение онлайн

Опомнившись, легионеры неистово атаковали монстров. Но ни копья, ни стрелы не причиняли странным чудовищам никакого вреда. А дубина Среднего при первом же ударе разлетелась на щепки.

Туземцы тем временем вскарабкались на деревья как можно выше, а оттуда криками и жестами подавали сигналы землянам.

— Похоже, они знают, что делать! — воскликнул Мизинец, и ловко цепляясь клешней за толстые ветки, забрался на вершину первого попавшегося дерева. Остальные пальцы, недолго раздумывая, последовали его примеру и ускоренно полезли наверх.

На удивление, монстры, словно не замечали их, ползали кругами, взрыхляя землю челюстями, и ужасающе сопели.

— Незрячие они, не видят и не чуют наверняка! — с радостным лицом громко шептал Мизинец, через несколько минут перестав дрожать от страха и трястись как осенний лист на ветру.

— Да заткнись ты! — шикнул на него капитан.

Легионеры и дикари выжидали, удобнее устроившись на кривых прочных ветвях высоко над землей. Да им больше ничего и не оставалось.

К их счастью, угроза сдулась в буквальном смысле. В какой-то миг монстры начали уменьшаться, пока не достигли первоначального вида, затем сползлись, слились воедино — и вот уже прежняя безобидная гусеница исчезла в высокой траве.

Конечно же, еще пару часов путники не решались покинуть свои спасительные пристанища, напрягая до боли зрение, зорко всматривались в каждую травинку и фокусировались на каждом мельчайшем движении внизу.

Первыми спустились аборигены, внимательно обследовали окрестности и убедились в полной безопасности. Лишь после этого земляне вернулись на твердую почву.

— Вы особо не горюйте по товарищу, то ли еще будет, — ободряюще бросил чучканам Безымянный.

— Для них честь погибнуть за Могучую Пятерню, — восторженно заявил Мизинец, перекинувшись с дикарями несколькими словами. — Дух погибшего воина устремился в священную пещеру и останется там навечно в качестве незримого стражника.

— Ага, — буркнул связист. — Все видели, куда он устремился.

В заварухе легионеры немного утратили ориентацию, и сложно было сразу сообразить, с какой стороны находится горный хребет.

Снова на выручку пришли аборигены, все-таки раньше вся эта местность была их территорией.

Как опытные следопыты, они вскоре вернули путников на нужный маршрут, безошибочно определив направление движения.

— Я же утверждал, что чучканы — славный народ! — восторгался Мизинец. — Как бы мы справились без них?

— Тебя бы на закуску гусеничному монстру отправили, так бы и справились! — загоготал Безымянный.

Новобранец лишь скривился, понимая, что связист без всяких угрызений совести поступил бы именно так, как и говорит, что парень уже не единожды испытал на собственной шкуре.

Так к чему ввязываться в бессмысленную перепалку?

Только лишний раз позлить бывалого, который непременно при первом удобном случае отплатит ему с лихвой и с легкостью отправит салагу в очередное пекло.

Этот урок Мизинец отлично усвоил.

Зачем понапрасну кликать беду и нарываться на неприятности? Они и сами придут, когда им вздумается.

Так и случилось.

Едва путники эмоционально остыли после встречи с гусеницей-оборотнем, впереди возникла новая угроза.

Хорошо, что заметили дангов первыми.

Черные плащи особо и не прятались — позиция удобная: не проскочить, не обойти.

Узкая полоска редколесья, где обосновалась троица полевых магов, оказалась единственной дорогой на север. На этом участке лес прижался к горному хребту — не было ни валунов у подножия, ни оврагов.

С другой стороны — обильная растительность превратилась в дремучую чащу, сквозь которую не продраться.

Может, это была естественная особенность местного ландшафта, а может, результат колдовства дангов.

В общем-то, и неважно.

Дополнительную ловушку барафлекстцы вряд ли бы стали устраивать. Уже выяснили, что тройка пехотных магов без особых усилий справляется с землянами. Им оставалось только дождаться беглецов — и дело в шляпе.

Легионеры приуныли.

Большой и Указательный отправились убедиться воочию: настолько ли чаща непроходима, как кажется?

— Мы с принцессой позубоскалили, конечно, о возможных путеводительных функциях твоей клешни, а вдруг она и впрямь укажет нам секретный обходной путь? — насел на Мизинца Безымянный.

Парень сконцентрировался, пытаясь почувствовать внутренние волшебные потоки, но через минуту сокрушенно покачал вначале головой, а затем и не оправдавшей ожиданий панцирной конечностью.

— Все равно она нам послужит! — сверкнул глазами связист, что-то уже придумав. — Подзывай сюда своих славных дружков и переводи.

Когда аборигены сгрудились возле легионеров, Безымянный тихо, однако не теряя при этом ни грамма пафоса, изрек:

— Впереди враг! Но нам, великим воителям, сейчас никак нельзя вступать с ними в схватку. Еще не пробил тот час. Спасение вашего народа, само собой разумеется, наших рук дело. Но потом. Позже! Поднакопим сил. И патронов. Так что в данный момент только вы способны повлиять на исход грядущей битвы. Пришло время и вам стать отважными! Прямо сейчас посвятим вас в верных помощников Могучей Пятерни! На колени!

Когда аборигены поняли, чего от них хотят, возбужденно загалдели и радостно приготовились к церемонии.

Безымянный притянул салагу к себе и что-то прошептал ему на ухо.

Расправив плечи, Мизинец торжественно поднял клешню вертикально вверх, пару раз ей щелкнул и поочередно опустил ее на плечи коленопреклоненных дикарей. Глаза туземцев светились восторгом. О таком доверии сакральной Пятерни они даже не помышляли.

Не проронив ни слова, Средний с интересом наблюдал за развернувшимся спектаклем.

Жестом Безымянный велел «посвященным» подняться и напутственно произнес:

— Вперед отважные воины! Не посрамите свое новое имя! Разорвите ваших обидчиков в клочья! Мы наделили вас своею силой и сделали врагов намного слабее! Свободу славным чучканам!

Дикари, воспылав праведным гневом, крадучись направились в сторону черных плащей.

— Ты что натворил?! — прошипел вернувшийся Субботин, провожая взглядом удаляющихся аборигенов.

— Да пусть попробуют отвлечь дангов, можем, мы проскочим под шумок, — ухмыльнулся связист. — Они же рады помирать за Могучую Пятерню. Главное — правильно их воодушевить. А что еще делать?