Чтение онлайн

– Это делается чисто автоматически, – шепнула она. – Понимаешь? Ричард, пожалуйста, объясни, что происходит.

– Ты ведь Исповедница. Ты знаешь, насколько по-разному заключаются браки. Кроме тебя, все Исповедницы выбирали себе супругов, исходя из своих собственных соображений, только не по любви, и перед тем, как выйти замуж, применяли к партнерам свою магию. Мнение мужчины никого не интересовало, верно?

Исповедница выбирала себе мужа примерно по тому же принципу, как выбирают хорошего производителя. Поскольку магия Исповедницы уничтожала избранного мужчину как личность, то, как бы ей того ни хотелось, при выборе мужа для Исповедницы любви места не было. Исповедница избирала супруга, исходя из тех качеств, которые он мог передать дочери.

– Там, откуда я родом, – продолжил Ричард, – зачастую супругов своим детям выбирают родители. В один прекрасный день отец может сказать: «Вот этот будет твоим мужем» или «Вот эта будет твоей женой». У разных народов разные обычаи и обряды.

Кэлен быстро глянула на Дю Шайю. Взгляд ее остановился дважды – сначала на лице, потом на животе.

Когда глаза Кэлен вновь обратились на мужа, взгляд их внезапно стал ледяным.

– Ну так расскажи мне о ее законах.

Кэлен бессознательно теребила висящий на золотой цепочке темный камешек, подаренный Шотой. Ведьма совершенно неожиданно пожаловала к ним на свадьбу, и Ричард отлично помнил ее слова.

«Это мой подарок вам обоим. Я делаю это из любви к вам и ко всем остальным. Пока ты будешь носить это, у тебя не будет детей. Празднуйте ваш союз и вашу любовь. Теперь вы заполучили друг друга, чего всегда и хотели. Хорошенько запомните мои слова – никогда не снимай этот камень, когда будете вместе. Я не позволю ребенку мужского пола, родившемуся от этого союза, жить. Это не угроза. Это обещание. Но если ты забудешь о моей просьбе, я вспомню о своем обещании».

Ведьма тогда заглянула Ричарду в глаза и добавила: «И лучше тебе сразиться с самим Владетелем Нижнего мира, чем со мной».

Изящный трон Шоты был обтянут кожей опытного волшебника, заступившего Шоте дорогу. Ричард мало что знал о своем врожденном даре. Он не слишком верил словам Шоты, что их ребенок будет чудовищем, способным уничтожить мир, но пока что они с Кэлен решили прислушаться к предупреждению ведьмы. Да и выбора у них не было.

Ласковое касание пальцев Кэлен напомнило ему, что она ждет ответа.

Ричард усилием воли заставил себя говорить медленно.

– Дю Шайю – из Древнего мира, что по ту сторону Долины Заблудших. Я помог ей, когда сестра Верна везла меня в Древний мир. Другое племя, маженди, захватили Дю Шайю в плен и собирались принести в жертву. Они держали ее в заточении много месяцев. А их мужчины развлекались с нею, как хотели. Маженди ожидали, что я, будучи волшебником, помогу им принести ее в жертву в обмен на беспрепятственный проход по их землям. Но я освободил Дю Шайю и надеялся, что она проведет нас по своим родным болотам, поскольку мы теперь не могли идти по землям маженди.

– Я предоставила людей, которые в целости и сохранности провели Ричарда и ведьму по болотам до большого каменного дома ведьм, – сообщила Дю Шайю, будто это проясняло ситуацию.

Кэлен лишь заморгала.

– Ведьму? Дом ведьм?

– Она говорит о сестре Верне и Дворце Пророков, – пояснил Ричард. – Они позволили нам пройти по их земле не потому, что я освободил Дю Шайю, а потому что осуществил древнее пророчество.

Дю Шайю подошла и встала рядом с Ричардом, словно будучи в своем праве.

– В соответствии с древним законом Ричард пришел к нам и танцевал с духами, доказав таким образом, что он Кахарин и мой муж.

У Ричарда создалось впечатление, что Кэлен прямо-таки взъерошилась.

– Что это значит?

Ричард открыл рот, подбирая слова, но Дю Шайю, вздернув подбородок, заявила:

– Я – мудрая женщина бака-тау-мана. А также хранительница законов. Было предсказано, что Кахарин известит о своем появлении танцем с духами и пролив кровь тридцати бака-бан-мана. Деяние, доступное лишь избранному и только с помощью духов. Было сказано, что, когда это произойдет, мы перестанем быть свободным народом и станем принадлежать ему. Мы все в его власти. Именно ради этого момента наши мастера клинка тренировались всю свою жизнь. Потому что им предназначалась честь обучить Кахарина, чтобы он смог сразиться с Темным Духом. Ричард доказал, что он Кахарин, пришедший, чтобы вернуть нам наши земли, как и обещали древние.

Легкий ветерок трепал длинные густые волосы Дю Шайю. В ее глазах не отразилось ничего, но легкая хрипотца выдала ее чувства.

– Он убил тридцать, как и предсказывал старый закон. Эти тридцать стали легендой нашего народа.

– У меня не было выбора, – едва слышно прошептал Ричард. – Иначе они убили бы меня. Я умолял их остановиться. Умолял Дю Шайю прекратить это. Не для того я спас ей жизнь, чтобы убить всех этих людей. Но в конце концов мне пришлось защищаться.

Кэлен смерила Дю Шайю долгим взглядом.

– Она была пленницей, ты спас ей жизнь и вернул к своим. – Ричард кивнул. – А она привела своих убить тебя? Так она тебя отблагодарила?

– Не совсем так. – Ричарду было неловко защищать людей, чьи действия вылились в столь грандиозное кровопролитие. Он до сих пор помнил тошнотворный запах крови и смерти.

Кэлен снова одарила Дю Шайю ледяным взглядом.

– Но ты спас ей жизнь?

– Да.

– Ну, тогда объясни, что же тут «не совсем так»?

Несмотря на тяжесть воспоминаний, Ричард попытался найти нужные слова.

– То, что они сделали, своего рода проверка. Проверка на жизнь или смерть. Это вынудило меня научиться пользоваться магией меча так, как я и не предполагал возможным. Чтобы выжить, я призвал опыт всех, кто владел мечом до меня.

– Что ты имеешь в виду? Как ты мог призвать их опыт?

– Магия Меча Истины хранит все боевые навыки тех, кто когда-либо сражался этим мечом. И плохих, и хороших. Я догадался, как заставить это работать на меня, предоставив хранящимся в мече духам разговаривать со мной. Но в горячке боя не всегда есть время на слова. Поэтому иногда это всплывает у меня в голове в виде картинок-символов. Это было поворотным моментом в понимании, почему меня в пророчествах называют Fuer grissa ost drauka: Несущий смерть.

Ричард коснулся амулета на груди. Рубин изображал каплю крови, а линии вокруг него были символическим изображением танца. Для боевого чародея этим говорилось многое.

– Вот, – прошептал Ричард, – вот танец со смертью. Но именно тогда, в сражении с тридцатью воинами Дю Шайю, я понял это впервые. Пророчества гласили, что однажды я появлюсь. В пророчествах и древних законах сказано, что они должны обучить меня танцевать с духами тех, кто владел Мечом Истины до меня. Сомневаюсь, что они до конца понимали, как испытание послужит этому, знали лишь, что должны исполнить свой долг, и если я тот самый, то я выживу. Мне были необходимы эти знания, чтобы противостоять Даркену Ралу и отправить его обратно в Подземный мир. Помнишь, как я тогда призвал его у Племени Тины, он вырвался в наш мир, а затем меня забрали сестры Света?

– Конечно! – ответила Кэлен. – Значит, они втянули тебя в это сражение не на жизнь, а на смерть при их подавляющем численном превосходстве, чтобы вынудить тебя прибегнуть к твоему волшебному дару. А в результате ты убил ее тридцать мастеров меча?

– Совершенно верно. Они следовали пророчеству. – Ричард обменялся взглядом со своей единственной настоящей женой – единственной в его сердце. – Ты же знаешь, какими жуткими бывают пророчества.

Кэлен наконец отвела взгляд и кивнула, охваченная собственными болезненными воспоминаниями. Пророчества уже доставили им массу неприятностей и подвергли непростым испытаниям. Одним из таких испытаний была Надина, вторая жена, навязанная Ричарду пророчеством.