Чтение онлайн

Мое тело вдруг подбросило, будто сама утоптанная земля толкнула его в плечи. Я вскочил и ударил раньше, чем снова раздался хохот местных — и больше они уже не смеялись.

Мой кулак врезался Бабуру в подбородок. Неровно, вскользь — но я услышал, как лязгнули зубы. Окрыленный успехом, я замахнулся снова — и тут же мой левый бок пронзила вспышка боли. Короткий удар коленом пришелся в ребра, но, казалось, отбил все внутренности разом.

— Я предупреждал тебя! — Бабур сплюнул кровь. — Ты получишь свое, сын шакала!

Он встал в стойку — до боли знакомую.

Проклятье… Откуда он вообще может знать Вуса-Мату? Искусство, постигать которое дозволено лишь высокородным Кшатриям? Кто здесь мог научить его подобному? Или?..

Времени на размышления уже не осталось. Бабур не умел разгонять свое тело энергией Джаду, но и своей скорости ему вполне хватало, чтобы обрушить на меня целый град ударов. Я изо всех сил колошматил его в ответ, но пропускал куда больше. Левый глаз уже полминуты ничего не видел, нос хрустнул под кулаком, но боли я почти не чувствовал.

К черту! Заорав, я пригнулся, бросился вперед и ударил Бабура головой в живот. Тот успел шагнуть вбок, но я все равно опрокинул его на землю. Он в очередной раз зарядил мне коленом по ребрам. Потом ударил ребром ладони в шею, сбрасывая меня набок — и тут же уселся сверху и принялся лупить меня двумя руками.

— Получай! — прорычал он.

— Остановите их! — закричал кто-то — кажется, Шандар. — Они убьют друг друга!

Почему бы и нет?!

После очередного удара по голове привязь, которая удерживала ярла Виглафа, лопнула. Хлынувшая наружу ярость затопила тело горячей волной и вернула силы. Когда я рванулся и боднул Бабура лбом в подбородок, его буквально подкинуло вверх. Но и этого мне оказалось недостаточно. Вскакивая, я впечатал кулак ему в переносицу, но упасть не дал. Мускулистое загорелое тело оказалось неожиданно легким. Я без труда обхватил его и, крутанув в воздухе, обрушил на землю.

— Хватит! Остановись!

Прямо перед моим лицом вдруг сверкнули черные глаза. Тот самый старейшина с белыми бровями — кажется, его звали Хариш — бесстрашно бросился между мной и Бабуром и схватил меня за руку, уже готовившуюся переломить беззащитную шею побежденного.

И каким-то чудом удержал.

— Хватит! — повторил он. — Поединок окончен!

* * *

Я то и дело ловил на себе взгляды. Когда мы с Меруканом только пришли в Ашрей, на меня не обращали почти никакого внимания — зато теперь его хватало с избытком. Я сидел на самом краю оазиса в тени скалы, но даже здесь меня не хотели оставить в покое.

— Пустынный шакал…

Я поднял голову, но успел увидеть только шмыгнувшую за деревья крохотную фигурку. Ярл Виглаф вновь полыхнул гневом, но не сильно — даже он не обидел бы ребенка.

Поединок с Бабуром из развлечения превратился в побоище. Я едва не прикончил всеобщего любимца — и теперь меня, похоже, дружно ненавидит весь Ашрей.

А что мне еще оставалось делать?! Они сами вытащили меня в этот гребаный круг, не дав толком отдышаться после дороги, смотрели, как он выколачивает из меня пыль и песок — а теперь злятся, что я посмел защитить себя так, как умел?!

Нет уж, я не собираюсь просить прощения! Кто они вообще такие? Глупые обезьяны, пожелавшие посмотреть, как Бабур надерет мне задницу. Выродки без пряжек, изгои, воры, бродяги и убийцы — и они посмели тронуть меня. Меня, Владыку, наделенного силой Джаду! Того, кто способен растоптать их всех, выпить жизнь и превратить Ашрей в горстку дымящихся углей!

Гнев рванулся изнутри еще раз — и вдруг утих. Я выдохнул, прикрыл глаза и привалился спиной к камням. Даже после жаркого дня они все еще оставались прохладными.

Пожалуй, и мне стоит охладить голову. Может, местные и не слишком-то дружелюбны к чужакам, но не они сказали Бабуру слова, после которых он захотел драться всерьез. Мы оба получили то, что заслуживали — но мои раны заживут еще до того, как наступит ночь. А вот парню вполне могло не повезти: я вспомнил, как хрустнула под моими руками переносица. Как ударилось о землю могучее тело, до этого не знавшее поражений…

Проклятье. Надеюсь, он хотя бы не повредил позвоночник.

— Ты в порядке?

Мерукан появился из-за деревьев и уселся на траву в нескольких шагах от меня. Вид у него был взъерошенный — похоже, старейшины устроили ему тот еще разнос.

— Я цел, — буркнул я. — Пришел сказать, чтобы я проваливал отсюда?

— Нет… Пока нет. — Мерукан втянул голову в плечи. — Шандар в ярости. Бабур — лучший охотник Ашрея, а после драки с тобой он еще долго не сможет выйти за скалы.

— Не я заставлял его драться. — Я сложил руки на груди. — Он сам пожелал этого. А ты поставил на меня свой нож.

— И он все еще со мной. — Мерукан усмехнулся и хлопнул себя по боку. — Хотя козу мне так и не отдали. Мадхав сказал, что ты дрался нечестно.

— Мы оба дрались… нехорошо, — признался я. — Но в этом есть и вина Бабура.

— Тебе здорово досталось, — кивнул Мерукан. — Я и не думал, что ты поднимешься после таких ударов. Агни милосердный, если бы я знал, что все так закончится — сам бы вышел против Бабура! С мной ему не пришлось бы долго возиться… Ты можешь идти?

— Могу. — Я кое-как поднялся на ноги. — Мои раны быстро заживают.

— Хариш хочет говорить с тобой. — Мерукан указал куда-то вглубь Ашрея. — Пойдем, я провожу тебя к его дому.

— Хариш? — удивился я. — Я думал, здесь всем заправляет… тот, с бородой.

— Шандар? Нет. — Мерукан улыбнулся. — Старик говорит больше всех, но последнее слово всегда остается за Харишем. Он мудрый человек … но не стоит его сердить.

— Я его уже рассердил. — Я протиснулся между деревьями. — Похоже, придется подыскать себе другое жилище, друг мой.

— Надеюсь, ты ошибаешься, Рик, — отозвался Мерукан. — Если бы Хариш желал изгнать тебя — не стал бы тянуть. Но пока он лишь желает поговорить с тобой в своей хижине.

Что ж, хижина, так хижина. В конце концов, взвалить на плечо меч и гордо удалиться в пустыню никогда не поздно. Я проследовал за Меруканом до самого противоположного края Ашрея. Вопреки моим ожиданиям, старец-Хариш жил не в одном из каменных домов у озерца, а в чем-то вроде шалаша, прилепившегося к скале. Когда мне было двенадцать, мы с соседскими мальчишками построили себе домик на дереве — и он, пожалуй, оказался бы вдвое больше обиталища верховного старейшины. Чтобы пройти внутрь, мне пришлось пригнуться.