Чтение онлайн

Евнухи, недовольные поведением Эльдера, пытались его угомонить – ругались, что тот пугает расслабленных мальчиков своими грубыми движениями, стращали имперской карой за то, что огромный эльф разгоняет невинных омежек своим чудовищным видом, да и просто придирались по мелочам, пытаясь сплавить из сада подальше. Эльдер показательно их игнорировал, ловил взгляд Лина в окошке и скалился острыми клыками. Этим клыкам требовалось мясо.

Лейфи рассказал старшему мужу, что Эльдер жалуется на неподходящую пищу, Лин попросил слуг принести из стойл фарш, приготовленный для палласов, и запечь его в хлеб. Смотреть, как младший муж глотает свежие лепёшки, почти не жуя, стало его маленьким развлечением. Эльдера привлекло не только мясо, но и кухонные рабы. Ноки, выносливые и крепкие, заинтересовали лесного. И Лин не сомневался почему.

Ноки обслуживали кухни и стойла, убирали комнаты и чистили стены дворца. Крупные, со светло-зелёной кожей, маленькими жёлтыми глазами, сильными трёхпалыми руками, тяжеловесные, но неповоротливые, они выглядели отличными бойцами. Только ноки никогда бы не пошли против хозяев, они относились к светлым эльфам как к божествам. Почитали, молились, строили им храмы. И даже порабощение не изменило их отношения. Эльфы с белоснежной перламутровой кожей, владеющие огнём и контролирующие разум, исцеляющие больных и сражающиеся с драконами, украшали святыни и выбивались в камнях.

Эльдер попытался привлечь рабов к своей провокационной борьбе, но те не отличались высоким интеллектом, смотрели на темнокожего омегу с недоверием, а своих господ восхваляли и готовы были целовать им ноги. Так что лесной эльф быстро оставил бесплодные попытки.

Лин угощал мясом Эльдера в своей комнате, и тот после плотной трапезы становился мягким, разморённым и даже немного покорным. Но Лин знал, что приручить лесного эльфа едой не удастся, и Эльдер, своими скрытными тренировками быстро восстанавливая форму, готовился не к размеренной жизни младшего мужа.

– Император желает видеть тебя на празднике в подобающем наряде и с должным поведением, – сообщил Лин, пригласив его в свои покои за несколько дней до торжества.

– Хочешь, чтобы я склонил голову, пошаркал ножкой и изобразил безграничную преданность? – зло рассмеялся тот.

– Да.

– Ладно, и что ты предложишь мне взамен? – незамедлительно отозвался Эльдер.

– Я отвезу тебя на охоту! – ответил Лин. Он знал, чем соблазнить младшего мужа, и по изменившемуся блеску в глазах понял, что не ошибся. Эльдер даже губы облизал от волнения, а потом как-то смазано закивал, словно боясь упустить шанс вырваться из дворца. – У меня есть имение в восточной провинции, мы возьмём с собой самых преданных слуг. Я позволю тебе снять чадру, взять оружие и погонять зверюшек по лесу. А Лейфи отвезу к заливу, может там ему хоть немного станет легче.

– Спасибо! – выпалил Эльдер, не в состоянии сдержать довольной улыбки, и его счастливое лицо заставило Лина улыбнуться в ответ. Он впервые видел его таким – словно ребёнком, восторженным и возбуждённым. Если бы не шрамы на подбородке и грубые черты, его можно было бы даже назвать красивым.

***

Император любил устраивать праздники. События во дворце всегда заканчивались смотринами новых наложников и передачей их из одной семьи в другую. Желающих отдать своё чадо под покровительство главы Хианга было много, и юные прекрасные эльфы выстраивались в строй, дожидаясь возможности поприветствовать Хонг-Ву Риу.

Лин смотрины не любил. Ещё с детства, будучи третьим ребёнком, он знал, что останется служить при дворце. Так и случилось. Хонг-Ву, как самый старший, после совершеннолетия и гибели отца занял трон, второй ребёнок был отдан богатому князю в качестве младшего мужа, стал омегой; Ши, самый младший, получил сан чиновника, а Лин – должность цзедуши. И всё, что от него требовалось, – это быть мечом императора и вести его воинов в бой.

Младшие мужья Риу восседали по правую сторону от правителя, и мужья Лина выделялись из общей массы. Вэй-Дун слишком стар для гарема, килант слишком пушист, лесной эльф плечист, а Фатима и вовсе – женщина. Лину было неловко, потому что на них глазели и оговаривали. Хотелось увести мужей в комнаты и спокойно провести вечер в тишине и покое, под мерные разговоры с Вэй, тёплое сопение Лейфи и мрачные взгляды Эльдера.

После общей церемонии, поздравительных речей гостей и вкушения яств присутствующим было позволено покинуть выделенные места. Мужья Лина смешались с толпой наложников, и цзедуши вздохнул с облегчением.

– Ты неплохо выдрессировал своего нового младшего, – шепнул ему на ухо Ши Сымин. – Но, если бы попросил нашего властвующего брата воздействовать на него магией семейных браслетов, он бы подчинялся каждому твоему слову!

– Прекрати, Ши! – вмешался император. – Я много раз тебе повторял, что древние артефакты не игрушка.

– Знаю, знаю, – Ши с лёгкой усмешкой склонил голову, – я просто шучу. – И, повернувшись к Лину, продолжил: – Ты всегда можешь передать младшего мужа прислуживающим кланам, в их руках он быстро образумится. Как и твой килант.

Неприятная улыбка младшего брата словно ножом кольнула внутренности. Лин уважал свою семью, но их ненависть и нетерпимость к другим расам заставляли сомневаться в своих чувствах и преданности.

– Метод кнута и пряника всегда был действенен, и я нашёл способ усмирить Эльдера, – тщательно подбирая слова, ответил Лин брату.

– И что в этот раз принесло больше пользы? – поинтересовался Хонг.

– Оба. – Лин почтительно улыбнулся, не позволяя себе высказаться.

Негодования со временем стихли, и Лин смирился, что каждый его муж попал во дворец невольником. Омегам несвойственно выбирать – жестокие традиции и божественные писания ставили их на уровень ниже рабов. Их насильно укладывали в постель, подавляли желания, ломали кости и видели в них лишь безмолвное продолжение рода. И молодые юноши, что сейчас ждали своей участи, не решали свою судьбу – за них решали родители. Но Лин был альфой, а император не позволил выбора и ему.

Эльдер осторожно лавировал между гостями, приветственно склонялся каждому мало-мальски дорого одетому альфе, стараясь выполнить свою часть сделки. Но всё это скучнейшее веселье порядочно утомило, злость на светлых копилась так долго, что уже не хватало сил её сдерживать, а планы по захвату Хианга не сдвинулись ни на шаг – омеги не желали говорить с ним о свободе и возможности изменить своё положение, евнухи на попытки заговорить и вовсе злились, начинали махать палками, а рабы оказались слишком глупы. Единственными союзниками его пламенных речей были Вэй-Дун, Лейфис и Ноду-Ок. Но пожилой омега понимал неправильность своей жизни в силу большого опыта, килант воспитывался в других условиях, а грузный, огромный телохранитель просто выполнял приказ и не мог никуда уйти.

Время уходило, убегало сквозь пальцы, бесполезные дни тянулись всё дольше. Требовалось придумать что-то новое, разработать другую стратегию, но Эльдер никогда не занимался политикой, не поднимал народ на восстания. Он держал оружие и бросался на врага, тренировался и охотился, сражался за своё право и побеждал. Он воспитывался вождём, но не полководцем – тактика и изворотливость были ему незнакомы. Лин был прав, ругая лесных за отсутствие грамотных военачальников: даже армия владыки не имела общего подчинения, там каждый действовал по собственному разумению. Ему было чему научиться у светлых. А ещё он бы очень хотел научить их омег думать своей головой.