Чтение онлайн

Сержант поморщился: - Не ты одна ее не понимала.

"Ах, Бадан, что мне с тобой делать? Сердце разрывается. Но жалость и любовь вместе не ходят, не так ли?"

Была ли это жалость? Она не знала. Но взяла его под руку, возвращаясь назад.

***

Его пробудило мягкое касание ветра. Очумелый Геслер заморгал, продирая глаза. Во рту было сухо, язык распух. Голубое небо без птиц, безо всего. Он застонал, пытаясь построить воспоминания. Лагерь, да-а, какой-то дурацкий спор с Буяном. Ублюдок снова видел сон: что-то демоническое быстро близится, падает с темного неба. У него были глаза как у загнанного зайца.

Они пили? Курили что-то? Или просто завалились спать - он в одной половине палатки, Буян в другой? Одна половина чистая и опрятная, вторая хуже вонючей свалки. Он жаловался. Черт, ничего не вспомнить.

Плевать. Лагерь почему-то не встает, странная тишина... и что он делает снаружи? Геслер медленно сел.
– Боги подлые! Они бросили нас!
– Полоса неровной почвы, вдалеке странные низкие курганы - вчера они там были? А где костры, временные укрепления?

Он услышал шорох за спиной и развернулся - от движения мозги перекатились внутри черепа, он задохнулся.

Женщина, которой он никогда раньше не видел, присела у костерка. Справа от нее Буян, все еще спящий. За ним свалено оружие и прочий их походный скарб.

Геслер прищурился на незнакомку. Одета как треклятая дикарка: сплошь жеваная кожа оленя и бхедрина. И она не молода. Может, сорок лет, но с жителями равнин не угадаешь, а она явно похожа на сетийку. Черты лица вполне приятные; раньше она должна была быть красивой, но годы успели взять свою дань. Когда его испытующий взгляд встретился наконец с темными глазами незнакомки, в них почему-то увиделось... горе.

– Пора поговорить, - сказал Геслер. Заметил мех с водой, указал пальцем.

Она кивнула.

Геслер протянул руку, вытащил пробку и быстро сделал три глотка. На губах был необычный вкус; голова моментально закружилась.
– Удилище Худа, как я провел ночь?!
– Он сверкнул глазами.
– Ты меня понимаешь?

– Торговое наречие, - сказала она.

Он не сразу разобрал ее слова: такого акцента он еще не встречал.
– Хорошо для начала. Где я? Кто ты? Где, чтоб ее, армия?

Она сделала жест: "далеко".
– Ты при мне, ко мне. У мне?
– Она качала головой, разочарованная скудным знанием языка.
– Келиз мое имя.
– Она отвела взор.
– Дестриант Келиз.

– Дестриант? Таким званием не бросаются. Если оно не твое, ты и весь твой род прокляты. Навеки. Не пользуйся такими титулами... Дестриант какого бога?

– Бог нет. Не бог. К'чайн Че'малле. Гнездо Ацил, Матрона Ганф'ен Ацил. Келиз я, Элан...

Он поднял руку: - Погоди, погоди. Я мало что понял. К'чайн Че'малле, да. Ты Дестриант К'чайн Че'малле. Но так не бывает. Ты ошибаешься...

– Ошибка, нет. Желала, да.
– Она чуть подвинулась, указывая на Буяна.
– Он Надежный Щит.
– Она показала на него.
– Ты Смертный Меч.

– Мы не...
– Геслер увял, поглядев на Буяна.
– Кто-то однажды назвал его Надежным Щитом. Не могу вспомнить кто*. [Был это Т'лан Имасс Легана Род, в романе "Врата Мертвого дома" отправившийся, захватив с палубы "Силанды" заколдованную голову Тисте Анди, закрывать своей душой разрыв садка Тюрллан и напоследок отдавший Буяну свой меч. В "Охотниках за Костями" он вернулся за мечом и неожиданно назвал моряка именно так.
– Прим. переводчика] А может, и Смертным Мечом.
– Он снова сверкнул глазами: - Но это явно был НЕ К'чайн Че'малле!

Женщина пожала плечами: - Быть война. Ты ведешь. Ты и он. Ганф'ен Ацил посылать меня искать вас. Вы огонь. Гу'Ралл видит вас, полнит мою голову вами. Горение. Маяки ты и он. Ослепительно. Гу'Ралл забирать вас.

– Забирать?
– Геслер вдруг вскочил и зашатался, задохнувшись.
– Вы похитили нас!

– Я не, не я. Гу'Ралл.

– Что за Гу'Ралл? Где этот ублюдок? Я готов перерезать ему глотку, да и тебе тоже. Потом мы попытаемся найти свою армию...

– Далеко. Ваша армия много лиг вдали. Гу'Ралл лететь всю ночь. С вами. Всю ночь. Вы должны вести армию К'чайн Че'малле. Восемь фурий идти сейчас. Близко. Быть война.

Геслер подошел к Буяну и пнул его под бок.

Здоровяк закряхтел и схватился за виски.
– Отлей один, Гес, - пробормотал он.
– Еще не утро.

– Да ну?
– Геслер заговорил на фаларийском, как и Буян.

– Ты знаешь, я от горнов всегда просыпаюсь. Подлое де...

– Открыть глаза, солдат! Встать!

Буян лягнул босой ногой, заставив Геслера отступить. Он уже испытал эти удары... И тут Буян сел, широко открыв глаза, и принялся озираться.
– Что ты со мной сделал, Гес? Где... где всё?

– Ночью нас похитили, Буян.

Ярко-синие глаза моряка уставились на Келиз.
– Она? Она крепче чем выглядит...

– Ради милостей Фенера, Буян! Ей помогли. Какой-то Гу'Ралл, и кто бы он ни был, у него крылья. И он достаточно силен, чтобы нести нас всю ночь.

Глаза Буяна засверкали: - Что я говорил, Гес! Мой сон! Я видел...

– Все твои слова и видения не имеют смысла! До сих пор! Суть в том, что

женщина называет себя Дестриантом К'чайн Че'малле. Если этой дури недостаточно, вот тебе: она зовет меня Смертным Мечом, а тебя Надежным Щитом.

Буян отпрянул и закрыл лицо руками. Сказал через ладони: - Где мой меч? Где мои сапоги? Где, черт возьми, мой завтрак?

– Ты меня не слышишь?

– Слышу, Геслер. Сны. Это проклятые чешуйчатые крысы. Каждый раз видел такую на дороге - и вздрагивал.

– Крысы не К'чайн Че'малле. Знаешь, если бы у тебя была хотя бы половина мозга в голове, ты понял бы сон и мы, наверное, не попали бы в такую передрягу.

Буян опустил руки, повернул косматую голову, разглядывая Келиз.
– Посмотри на нее.

– И что?

– Напоминает мою маму.

Руки Геслера сжались в кулаки.
– Даже не думай, Буян.

– Не могу. Она...

– Нет. У твоей матери были рыжие волосы...

– Я не о том. Я о глазах. Видишь? Должен был понять, Гес - ты же часто спал с ней...

– Это была случайность...

– Что?

– То есть откуда я знал, что ей нравится соблазнять твоих друзей?

– Не она, а ты.

– Но ты сам....

– Я соврал! Я пытался тебя утешить! Нет, черт дери - я пытался тебе показать, что ты никто, а с твоей тупой башкой... Ладно, забудем. Я тебя простил...