Пылающая Башня
Шрифт:
— Прячься, смертный. — Фенк закрутил башкой, но не став задавать глупых вопросов быстро укрылся за деревянным венцом колодца и пропал.
Из единственного уцелевшего дома, самого крупного в поселении, к нам вышла девочка. На вид ей было лет одиннадцать, двенадцать. Красивое, черное платье, прикрывавшее ноги чуть ниже колен. Белая блузка, с кружевами на воротнике и манжетах, длинные белые гольфы и черные лакированные туфельки. Образ ребенка завершал шикарный бант из черного атласа. Девочка переступила порог дома и словно на негнущихся ногах направилась в мою сторону.
— "Хозяин… к ней тянуться странные нити… как, то пятно на полянке, в которое я кидал зайца… Только нити, Хозяин…"
Девочка, словно во сне, вышла на середину площадки, замерла, резко подняла голову и уставилась прямо на меня немигающим взглядом. Ее рот открылся, словно повинуясь чей-то воле, и я услышал чужой, бархатный голос взрослой женщины.
— Какой интересный мальчик. И демон, что прячется на крыше сарая тоже любопытный… Ты кто? И зачем пришел сюда? — губы девочки не шевелились, голос говоривший со мной просто исходил изо рта ребенка, словно девочка была… музыкальным инструментом, на котором играл невидимый мне исполнитель.
— Я, Всполох из Вечного леса. А ты? Луэлла? — не ожидая встретить тут врагов, я на мгновение растерявшись, начал прикидывать возможные варианты развития событий.
— Да, мальчик, я Луэлла Великолепная, к твоим услугам. — Ответил мне бархатный голос. Девочка закрыла рот и взявшись пальцами за края юбки, развела руки в стороны, приседая в изящном поклоне. Это, наверное, могло выглядеть красиво, но рваные, неестественные движения ребенка, вызывали во мне лишь раздражение и тревогу.
— Отвечай, мерзкий мальчишка! — Голос женщины сорвался на истеричный визг. — Где мои люди? Где мой тролль?!
— Мы убили их. Убили всех. Я ответил тебе, колдунья, теперь и ты мне ответь. Где Хромец?
— Хромец? Ты кто такой, гаденыш? Как ты посмел убить моего тролля? Теперь ты мне должен и сполна оплатишь свой долг. — Девочка рывком вскинула руки, рот снова открылся и площадь наполняли звуки незнакомых мне магических формул. Над кистями ребенка замерцал темный туман, стремительно складывавшийся в нечто напоминавшее оскаленный череп, размером с большую тыкву.
Не знаю, чем бы все это закончилось, но вмешательство Бубы свело на нет попытки колдуньи сотворить свое заклинание. Демон, вооруженный ведром, выскочил из-за колодца и окатил девчонку с ног до головы, холодной колодезной водой. На краткий миг лицо девочки озарили живые эмоции. Удивление, шок от ледяной воды, испуг…
Буба метнулся к ребенку, ударом хвоста сбивая девочку с ног. Замелькали когтистые лапы. В сторону отлетел кружевной воротник. — "Надо снять… штуку с шеи… Хозяин." Поняв, что происходит, я рванул к катающимся по земле фигурам. Девочка оказывала ожесточенное сопротивление, лягалась и царапалась, осыпая Бубу грязной руганью и проклятьями. Демон, не обращая внимания на пинки и ногти впившиеся в щеку и ухо, все плотнее стягивал тело ребенка хвостом. — Не могу сорвать, Хозяин. Застежка сзади, на шее… — Девочка с размаху ударила Бубу головой в нос и снова попыталась вырваться. Подбежав к катающейся по земле парочке, я увидел на шее девочки до этого скрытый кружевным воротником ошейник. Буба напрягшись, перевернулся на спину, крепко удерживая брыкавшегося ребенка. Запрыгнув сверху, я наконец смог добраться до причудливой застежки из потемневшей бронзы. Несколько движений пальцами и ошейник со щелчком открылся, освобождая шею девочки от колдовской удавки.
Буба отпустил девчонку, выхватил кожаный ремешок и не раздумывая запихал в свою пасть. — Назад, Хозяин. Это еще не все… — мы не сговариваясь отскочили в разные стороны от забившейся в конвульсиях девочки. Буба превращался в лесного хищника, форму, напоминавшую волка, я зажег сферу пламени, готовясь прикрыться магическим экраном.
Тело ребенка менялось, сотрясаясь в конвульсиях. Кожа дряхлела и слезала лохмотьями, истлевая на глазах. Волосы седели и выпадали. Глаза ввалились, побелели, затянутые старческими бельмами. Ребенок старел за какие-то мгновения растрачивая, отведенные природой, молодость и здоровье. Из последних сил голова дряхлой старухи повернулась ко мне.
— Проклинаю тебя, юный Крюгер! Хромец передает тебе привет! — в слепых глазах старухи мелькнула искра безумия. И жизнь окончательно покинула иссыхающее на глазах тело. Мы еще несколько минут стояли на площади у колодца, пока ветер не развеял прах несчастной смертной.
Смертный! — ответом мне стала тишина. Пленник скрылся, спасая свою жизнь… И, наверное, поступил правильно. Пора было заканчивать с этими руинами и возвращаться.
— Здесь есть еще, что-то интересное?
— Да Хозяин, в большем доме, откуда вышла девочка… Вещи сектантов… Хозяин.
— Демон указал рукой на дверной проем и не дожидаясь меня пошел вперед. Я, чувствуя приближение опасности, не мешкая, последовал за ним. В помещении в центре располагался большей очаг, видимо, служивший хуторянам, общей кухней. Вокруг очага и вдоль стен были навалены шкуры и тряпье, служившие сектантам постелью. Буба потянул меня за рукав, увлекая к небольшой двери, в дальней от входа стене. Заглянув в дверной проем, я увидел небольшую комнату, раньше служившую спальней какой-то семье.
Обломки мебели, сваленные в углу, напоминали о былом уюте. Буба, указав лапой на две подстилки, разосланные у металлической жаровни, сам направился к груде тряпья. Мое внимание привлекли сумки, стоящие у стены за жаровней. Они отличались от остальных, основательностью и чистотой. Я присел на корточки и аккуратно, кончиком ножа развязал узел кожаного шнурка, стягивающий горловину, и заглянул внутрь. Первое, что мне попалось — сверток чистой одежды, странного вида узкие штаны, все в завязках и вырезах в совершенно неподходящих местах. Такого же вида рубаха…, наверное, ярко алого цвета, расшитая необычными узорами. Отбросив шмотки в кучу с тряпьем, я вывалил остальное содержимое на пол и бегло осмотрел. Письменные принадлежности и склянка с чернилами, кожаный планшет, закрытый на небольшой металлический замочек. Обоюдоострый кинжал с лезвием в локоть длинной.
Вторая сума порадовала очередным свертком грязной одежды и, кроме того, внутри обнаружились стопка чистых листов в отделении для письменных принадлежностей, залитый чернилами сосуд, и стянутая черной ленточкой стопка конвертов. Следующим трофеем, вызвавшим мое внимание, оказался деревянный ларец, с металлической эмблемой на крышке. Об пол звякнул, небольшой, туго набитый кошель, Буба навостривший уши, тут же предложил обязательно забрать это. В самом ларце лежали свитки, скрепленные магическими печатями. Осмотрев содержимое, я быстро распихал их по свободным карманам перевязи и почувствовал, как Буба запихивает что-то в мой заплечный мешок.
С улицы раздался душераздирающе-унылый вой. Демон, резко обернулся и побежал к выходу, я спокойно следовал за ним. После сражения с троллем во мне проснулся странный азарт, зовущий повторить… снова почувствовать то великолепное упоение схваткой и эйфорию от победы над более сильным противником. На ходу зажигая сферу пламени, я отметил, что в ночной схватке, сферы появлялись сами собой, не требуя вспоминать заученные формулы.
— Гончие… Хозяин. — Буба, обернувшись волком, припал к полу и замер, внимательно принюхиваясь к чему-то. — Много… Хозяин.