Пылающая Башня
Шрифт:
— Наши дела в Темнолесье идут согласно планам. Испытания прошли успешно, — высокая и очень привлекательная женщина спокойно смотрела в глаза барона.
— И есть результаты? Вы получили доступ к внутренним угодьям запретного леса? — Барон Фарли с интересом наблюдал за реакцией своей любовницы. Ему нравилось устраивать ей публичные выволочки, сбивая спесь с высокомерной девки.
— Частично. Нам удалось уничтожить группу егерей, защищавших проход к нужному нам месту. И получить расчетные показатели по нашему проекту…
— Значит… результата нет… — Барон с кислой миной посмотрел на своего мажордома. — Эрих… Прикажи больше не давать золота этим двоим. До моего особого распоряжения.
По ступеням старой башни, возможно первого строения, небольшого замка, ставшего негласной столицей баронских владений, поднимались двое.
— Лу, зря ты пытаешься хитрить с этим старым лисом. Это может плохо кончиться… Нам все еще нужно его золото и покровительство в Прилесье. — Хромец посмотрел на свою спутницу, скрывая довольную ухмылку. Раб Нечистого ненавидел эту высокомерную гордячку, которая так сильно кичилась своей внешностью. Однако, надо отдать ей должное, Луэлла и в правду выделялась на фоне остальных женщин своим ростом и формами, что могли свести с ума любого мужчину.
— Не переживай об этом, друг мой. Все под контролем. Вечером, я как обычно, отнесу порцию эликсира в опочивальню барона и все улажу. — На эти слова, Хромец лишь вздохнул. Вот уже десять лет, они сидели в этом дремучем краю, в окружении грязных крестьян, тупой и невежественной аристократии, чьи родословные были короче, чем сам Хромец мог вспомнить прошедших зим. Но Лу всегда справлялась с капризами барона Фарли только ей одной доступным способом. Сочетание, поистине великолепной внешности и таланта к магии разума творили чудеса.
Мужчины были попросту неспособны долго сопротивляться воле колдуньи. Хромца оберегал защитный амулет, изготовленный самой Луэллой, как часть заключенного ими контракта. Хромец был старым и опытным колдуном, давно прошедший смертельную конкуренцию, царившую на нижних кругах его секты.
Каждый мало-мальски одаренный адепт, отделялся патриархами от основного стада, подвергался всесторонним проверкам и испытаниям. Выявив, правильный склад ума, способного к точным наукам и восприятию запутанных магических формул, ребенка переводили в отдельный учебный лагерь, резко ограничивая в общении со смертными. С этого дня для одаренного, начиналась новая жизнь, полная уроков и практических занятий. Книжная магия, или тайное искусство, как ее называли в цивилизованных землях, была доступна практически любому человеку, но… Требовала особого склада ума, желания и способности к обучению, по сути являясь больше наукой нежели, сотворением чудес. Из числа учеников, объединённых в группу по возрасту, в доме Алой мудрости, до конца обучения доживали не все. Вообще, суть последнего испытания держалась в секрете, но к восьмому году учебы, почти все ученики знали, что их ждало впереди.
Кровавое испытание, серия поединков в специально построенном для этого лабиринте, полном ловушек и тайных ходов. Но смертельная конкуренция начиналась за долго до того, как двери лабиринта, открывались, впуская в свое мрачное чрево молодых адептов скверны. Первыми погибали самые талантливые, а потому опасные однокашники. Волна странных и совершенно неожиданных самоубийств и несчастных случает, начала свой разбег почти сразу, как стало известно о сути выпускного экзамена, и к концу обучения окатила выживших с ног до головы кровавыми брызгами…
Именно тогда Хромец, получил свое прозвище и вместе с первым глотком скверны, что стал наградой всем, кто выжил в лабиринте, свое вечное увечье, хромоту, от которой не помогали ни лекарства, ни заклинания, ни смена тел. Скверна даровала своим адептам силу и знания, удивительные способности и возможность подчинять своей воле смертных, через боль и страх но всегда и без исключений забирала что-то взамен. В случае Хромца, возможность нормально ходить.
С годами служения владыке, адепт понял глубокий смысл бесчеловечного экзамена. Нечистый не терпел слабости и глупости, превознося в человеческой природе, рациональность и осторожность. И те, кому впоследствии будут доверены тайные знания, сокрытые в Алом черепе — цитадели Нечистого, должны были понять и доказать свою пригодность владыке, проливая кровь друг друга.
Лестница уводила спутников все глубже, основание башни давно осталось за спинами колдунов и вот где-то внизу забрезжил голубоватый свет магических светильников. Луэлла все это время продолжала, что-то говорить, рассуждая и сдержанно жестикулируя. Подойдя к первой решетке, Хромец произнес ключ-слово, решетка с глухим щелчком вздрогнула и плавно открылась, пропуская пришедших.
Дождавшись, пока решетка встанет на место, Хромец спокойно рассматривал стражей, что охраняли проход к камерам и дверь в его личную лабораторию. Каждый из них, был посвящен в таинства культа Нечистого, и с гордостью носил на своей голове символ возвышения — красный головной убор.
— Материал был доставлен в срок, повелитель. — С почтением обратился старший караула, склоняясь в поклоне.
— Сколько?
— Дюжина, повелитель. Семь мужчин и пять женщин. Северяне сказали, что не трогали пленниц, как вы и приказывали. — Жестом руки, Хромец завершил доклад стажа, и бряцая связкой амулетов, направился к одной из дверей у дальней стены.
Луэлла с любопытством рассматривала сектантов Нечистого не переставая удивляться тому, насколько глубоко промывали разум смертным в тренировочных лагерях секты. Еще вчера, мирные и законопослушные пахари и ремесленники, а порою и солдаты, попадая в лапы секты, очень быстро превращались в одержимых жаждой власти и плотских удовольствий фанатиков, безропотно выполнявших любую волю, любой приказ вышестоящих сектантов.
Хромец наотрез отказывался говорить о методах и приемах обучения, практикуемых сектантами, все время ссылаясь на некоторые пункты договора, гарантирующие обоюдное сохранение тайн колдунов.
Очередная дверь, которую охраняли особенно тщательно, привела спутников в небольшой коридор, по сторонам которого тянулись железные решетки.
— Как видите, повелитель, мы разделили мужчин и женщин. Им дают достаточно воды и еды.
Из дальнего конца коридора донесся визгливый лай, и Хромец поспешил туда, не оборачиваясь к своей спутнице, на ходу произнес. — Выбирай Лу, пока я не начал работать с ними.
Женщина извлекла из поясного кошеля драгоценный амулет, крупный темно синий камень, заключенный в оправу из золота и серебра, и направилась к решеткам. Проходя мимо камер, колдунья монотонно читала несложное заклинание, приводившее в действие скрытые в амулете силы. Из мужчин не подошел не один. У камер, куда разместили женщин, ведьма задержалась, внимательно рассматривая двух молоденьких девочек, очень похожих друг на друга.
— Вы сестры? — Ведьма улыбнулась, кажется она нашла, то, что искала.
— Да госпожа… — с испугом в голосе отозвалась старшая.
— Так… я забираю этих двоих. — Старший караула сноровисто отпер дверь камеры и выволок в коридор испуганных девиц.
— Вымойте их как следует. И смотри мне… — Ведьма стремительно приблизилась к колпаку помахав указательным пальцем у того перед носом. — Что бы были целыми, как сейчас… а не то сам займешь их место.
Сектант, побледнев, быстро закивал головой, сноровисто снимая кандалы с пленниц.