Чтение онлайн

— Скажи Иштару возвращаться! Я отправлю за ней воинов и дам ему знать, когда она вернется с ребенком назад!

Стоило Шраму выйти из комнаты, как эрна упала на пол, часто задышав, стала срывать верхние пуговицы своего платья. Она задыхалась от удушающего запаха гари. Грудь словно сдавило железными тисками. Женщина почувствовала чужую голодную прожорливую ненависть к каждому живому существу на этой земле. Это безжалостная месть принадлежала воющей от боли женщине. Садира пыталась разодрать себе горло, чтобы сделать хоть один глоток свежего воздуха. Рашит пытался помочь эрне, поднять ее с пола, но она только отталкивала его от себя, продолжая впитывать чью-то боль.

Ядовитая свирепая боль разрывала ее в клочья, отчаянно защищая нечто дорогое своему сердцу. Это была борьба до последнего вздоха, пока не иссякли ее силы бороться.

Садира не видела, чья это боль, пока дымка в одно мгновение не развеялась перед ее глазами….

— Не-е-е-т!!! — заорала она, впиваясь ногтями в каменный пол.

Я ненавидела свое тело, которое исцелялось с каждой минутой, несмотря на кровоточащие раны внутри меня. Стиснув зубы, прикрывая платком часть лица от палящего солнца и любопытных зевак, прижала к груди скомканный клочок бумаги от Арви, ожидая Лабди у конюшни.

Мужчина молча вывел из стойла любимого коня, осмотрев меня, протянул мне завернутый в бумагу кусок печеного мяса.

Мотнула головой.

— Я не хочу знать, на что тебе мой конь, — порывисто погладив его по морде, пробасил Лабди, — но пока не поздно, ты еще можешь отказаться от своей опасной затеи.

Лошади были слишком редкими животными в Старом городе. А если и появлялись, то принадлежали кому-то, кто служил на высокой позиции при тэрнах или был воином в одном из отрядов мэрна.

Мы напряженно смотрели друг другу в глаза и не задавали лишних вопросов, понимая, что каждый из нас что-то скрывает. Мы не желали касаться чужих тайн, что могли утянуть каждого из нас в могильную яму.

На глазах выступили слёзы.

— Спасибо за всё, Лабди… — выдавила я, взбираясь на коня.

Он прощаясь только кивнул головой.

Порывистый знойный ветер сорвал платок с моей головы именно в тот момент, когда я въехала в открытые врата города Солнца.

Меня уже ждали… чудовище и правая рука Витара, тот, у кого не дернулась рука, когда заносил свой меч над беззащитными женщинами и детьми.

От тяжелого и мерзкого взгляда серых глаз я тут же захотела отвернуться, сбежать… Но я упрямо поджав губы, не отвела от него глаза.

— Взять! — рявкнул он своим прихвостням за его спиной.

Меня стащили с коня.

Кривая улыбка Вашта из насмешливой стала зловещей, резкий взмах его меча… передние ноги коня подогнулись, и он неуклюже завалился на бок. Поймав загнанный взгляд животного, я представила себя на его месте.

Еще один взмах меча. Отвернулась, разжимая кулак. Клочок бумаги сорвался с ладони, улетая подальше отсюда.

В горле встал ком, следуя за воином, запрещаю себе оглядываться назад.

Боль не кончалась, а тьма продолжала волочиться за мной по пятам, мечтая утащить за собой.

Боль… боль… одна боль… а может, я была ее частью? Ее началом или концом?

Я была окружена болью, холодом… и страхом.

Войдя в зал, я сразу столкнулась с острым как лезвие звериным взглядом Витара. Он на мгновение обернулся к восседавшей на своем троне жене, а затем снова повернулся ко мне. Этим взглядом можно вытаскивать нутро людей наружу, даже ничего при этом не делая. Собрав остатки своих сил в кулак, вскинув голову, прямо посмотрела ему в глаза, не замечая, как тихо смеялась Тория, закинув свою стройную ножку на другую, нервно дергая своей серебристой туфелькой. Эрна позвала к себе рабыню с малышом на руках, поднявшись с места, взяла его на ручки, оголив свою налитую молоком грудь, приложила к ней сына, бросая на меня ненавидящий взгляд.

— Зачем пришла? — высокомерный и издевательский тон мужчины вызвал к нему омерзение.

— Зачем?! Верни мою дочь!

Его глаза удовлетворенно блеснули.

— На что ты готова пойти ради этого?! — сверлящий пронзительный взгляд на меня.

— Ради этого?! На всё!

Я стояла в центре волчьего логова, и он, хищный зверь, улыбаясь, направился ко мне, его загнанной жертве.

— Раздевайся! — его приказ прокатился по телу леденящей волной.

Дернулась, как от пощечины. Он пожирал меня взглядом, следя за каждым моим движением.

Мне не хотелось даже думать, что он сделает со мной, но мысль о дочке быстро приводила в чувства.

Сглотнув, дрожащими пальцами стала расстегивать платье.

Шаг за шагом он медленно приближался ко мне, не сводя с меня взгляда, гипнотизируя. Его грациозная поступь была тихой, он двигался спокойно и уверенно.

Замирая, перестала дышать, когда мужчина замедлился и зашел за мою спину. Аккуратно убирая волосы, хрипло выдохнул мне в ухо:

— Ты правда думаешь, что я хочу твое тело после своего брата?..

Что-то внутри меня кричало, что нужно бежать, не оглядываясь, что тот, кто был позади меня, охвачен яростным безумием.

Тория внезапно подскочила со своего места, будто почувствовала, что сейчас произойдет что-то ужасное.

— Ты лишил меня брата! Отнял дочь! — зло срываюсь на крик, — а теперь просишь раздеться перед твоей женой?! — начинаю истерично смеяться, разворачиваясь к нему лицом. — Пытаешься унизить? Или твои желания кроются намного глубже этого?

— Глубже, чем тебе кажется, Амара… — своей ладонью нежно провел по моей щеке, шее, правой груди, потом схватил меня за талию и прижал к себе.

Бросая брезгливый взгляд на свою жену, рявкнул ей:

— Вышла.

Мои руки похолодели от страха, а сердце хотело вырваться из груди.

В глазах мэрна вспыхнула голодная похоть.

Я охнула от ужаса, когда он одним рывком разорвал на мне платье, пуговицы разлетелись во все стороны и покатились по каменному полу. Обнажив мои груди, потянул меня за волосы, заставляя запрокинуть голову, обжигая горячим желанием шею. Я едва сдержала слезы.

Ужас сковывал каждую клеточку моего тела, а из горла вырывались лишь беззвучные всхлипы. Какой-то частью своего существа я понимала, что сейчас должно произойти, и что я не смогу жить после того, что он сделает. Никогда мне не смыть эту грязь…Все происходящее мерзко, ужасно и неправильно, но могла ли я бросить свою дочь…

Мое сознание беспомощно билось в клетке моего тела, желая покинуть его и вырваться на свободу.

Его ладонь легла между ног, а пальцы нетерпеливо сдвинули полоску белья.

Мне было больно от того, что происходило. Я чувствовала себя оскверненной, растоптанной. Мою душу рвало на части, когда его пальцы ворвались в мою плоть, а его губы впились в мои.

Он продолжал пятнать мое тело своими руками, а я была не в силах пошевелить и пальцем.

Закрывая глаза перенеслась мыслями далеко отсюда. Я была уже не в зверином логове, а танцевала на высоком бархане отчаянный танец…