Чтение онлайн

— А теперь, — он отпускает меня, отступает на шаг. — В душ. И чтобы через полчаса была внизу. Завтрак готовить.

— Ни за что!

— Ты моя пленница, забыла? А пленницы кормят своих похитителей.

Я лишилась девственности с этим озабоченным, жестоким кавказцем!

Отдалась ему, как потаскушка…

Он просто вынул из меня душу и опошлил ее этим грязным, жестким, но таким… ааах… вкусным сексом.

Меня будто надвое разрывает.

Это плохо.

Очень плохо…

И это было прекрасно!

Тамерлан разворачивается и уходит. Не оборачиваясь.

— Полчаса, запомни! — говорит напоследок.

Между ног все еще липко.

Он прав. Проклятый, ненавистный кавказец прав.

Мне понравилось.

Кажется, мои мечты о чистой и правильной любви не имеют ничего общего с тем, что мне по-настоящему нравится.

Мне нравится… жесткий секс?!

Кошмар!

Подобные откровение и открытия о себе… пугают.

Неужели я совсем-совсем не знаю себя?!

Но это самое страшное.

Этим же вечером…

Гремят ключи. Тамерлан возвращается злой.

— Он не приехал, Сахарная. Твой брат. Не приехал!

Смотрит в глаза.

— Ты все еще веришь, что он не вырыл тебе яму?! Ты все еще считаешь его хорошим? Тем, кто не предаст? У меня для тебя плохие новости… Это так!

Тамерлан

Неделя.

Семь дней, как эта девчонка живет в моем доме. Семь ночей, как я не сплю спокойно.

Каждое утро просыпаюсь с мыслью о ней. Каждую ночь борюсь с желанием войти в ее комнату и снова взять!

Брат Алены так и не объявился, мои люди не могут его найти!

Мурат нервничает. Мечется по кабинету, как зверь в клетке.

— Тамерлан, ты понимаешь, что нас скоро на куски порежут? — шипит он, сжимая кулаки. — Заказчику нужен результат. А ты в горах и нянчишься с какой-то девкой!

Сижу в кресле, смотрю на него и молчу.

Думаю.

Непростительная ошибка.

Брат Алены украл ценный груз.

Тот, что не принадлежал мне, тот, что был в заказе на перевозку!

Эта ошибка может дорого мне обойтись.

Если не верну утраченное, с причитающимися процентами, останусь без всего. Придется продать, отдать, расплатиться по долгам кровью и потом.

Или просто жизнью.

Зол так, что готов рвать и метать.

Кто-то из своих стал источником утечки информации.

Потому что графики и подробности перевозок хранили в секрете.

О том, что именно перевозилось, знал ограниченный круг людей.

Проверил их всех, крысу так и не нашел.

Мурат останавливается, смотрит на меня в упор.

— Есть вариант, — говорит он тише. — Отдать девчонку. Пусть немного отведет душу, зло на ней сорвет. У нас появится шанс поискать внимательнее. Отдай ему. Закроет часть долга.

Внутри все закипает.

Пожар мгновенно вспыхивает, как бензин от брошенной в него спички.

— Она столько не стоит, — отвечаю специально нейтральным тоном, хотя в груди бушует ураган.

Отдать ее?!

Нет!

— Этот долг не закроет и десяток таких.

Мурат смотрит с прищуром. Видит, чувствует что-то.

— Ну да, конечно, — тянет он. — Только ты поселил ее у себя, охрану приставил, как будто она — самая ценная женщина на всем белом свете. У нее, что, дырочки особенные? Не как у всех?!

Его любопытство для меня как ожог от кислоты.

Бесит!

Отворачиваюсь к окну.

Смотрю на горы, на облака, цепляющиеся за вершины.

Пытаюсь взять эмоции под контроль и не вспылить на Мурата.

Не сорваться и не набить ему морду.

На своих, верных, точно не стоит.

Злюсь еще и потому, что Мурат подметил то, в чем я даже себе признаваться не желаю.

И еще потому, что сам себя ненавижу за то, что мне это понравилось.

С ней.

Да что в ней такого?! Обычная, просто сочная!

Пышная.

Сладкая.

Наивная…

И дерзкая.

Чистая со своей этой верой в людей…

И очень горячая, чувствую, может быть плохой девочкой в постели…

Хочу ее снова!

Мысль о том, чтобы отдать ее кому-то, вызывает такую ярость, что хочется разбить морду!

В фарш…

Просто за то, что посмел предложить подобное.

Она — моя, думая ревностно.

Моя и точка!

В кабинет входит Руслан, один из преданных мне людей. Лицо напряженное.

— Тамерлан, пришли сведения, — говорит он, протягивая планшет. — По тому делу. Проверили тех, кого ты просил. Обнаружили кое-что интересное.

Вчитываюсь.

Это меняет все.

Удалось достать переписки.

Сопоставили с камерами видеонаблюдения, с показаниями тех, кто рядом крутился…

Все сложилось в очень интересную картину!

Такого… я точно не ожидал!

Но главный вывод я для себя сделал: Алена точно не виновата.

Ни в чем.

Я смотрю на экран, и в голове проносится все: как я ворвался в ее жизнь, как похитил, как унижал, как заставил раздеваться, как трахнул спящую.

Выходит, она правду говорила.

О себе!

О том, что она не при чем.

Абсолютно!

Подруга подставила… Свой интерес у нее в этом деле имеется.

Брат?

С ним чуть сложнее.

Руку свою он все-таки приложил, подворовывал.

Но…

Не так, как я думал ранее.

Совсем не так! е

А я ей не поверил.

Сжимаю планшет так, что трещит пластик.

Я обошелся с ней, как с последней дыркой.

Говорил так, будто она — одна из шалав, с которыми я дело привык иметь.

Но она… другая.

Настолько отличается от привычного круга женщин!

Я даже не поверил, что можно быть такой в двадцать шесть лет.

И речь не только про невинность, которую я сорвал.

Я про ее чистоту.