Чтение онлайн

Поначалу сердце пропустило удар, на мгновение засияла надежда. Но тут же померкла, так как я прекрасно понимала, что это неосуществимо. Финас не рискнет. Он неплохой парень, но на такое никогда не отважится. А я… я не подставлю так Эфос. Пусть мне горько расплачиваться за чужой проступок, но будет еще горше, если за мою трусость будет платить весь народ Эфоса.

— Нет, Агная. Если богиня судьбы бросила гадальные кости и увидела там мою смерть-искупление, то так тому и быть. Я не имею право предать Эфос.

Агная только быстро сглотнула ком в горле и рвано выдохнула, а потом сжала меня в крепких объятиях.

Ночь я провела без сна. Молча смотрела на усыпанное звездами небо и перелистывала книгу с древними сказаниями о могущественных драконах, которые жили здесь до того, как пришли люди. Государство драконов было огромным и процветающим. Они мудро правили, жили в мире со своими соседями. Но потом поспорили с кем-то из богов и оказались прокляты. Что это за проклятие — людям неизвестно. Но наши смельчаки-исследователи и ученые не теряют надежды когда-нибудь отыскать драконье племя.

— Ах… если бы и мне так исчезнуть, оказаться среди драконов, — пошептала я, поглаживая кончиками пальцев пожелтевшие страницы книги.

За чтением древних легенд я и не заметила, как задремала, склонив голову на грудь. Только робкий стук в дверь и голос служанки пробудили меня от беспокойного сна, в котором привиделся красивый черноволосый мужчина с сиреневыми глазами. Его руки окутывало белое пламя, а низкий голос звал… звал по имени.

Я отложила книгу и потерла затекшую шею. Криво усмехнулась. Финас не пришел даже попрощаться. А бедная моя и наивная Агная смогла предположить, что он по-геройски кинется спасать меня из пасти чудовища. На душе тяжело.

К скале, у которой оно всегда появлялось, мы прибыли в назначенный час. Я сняла все украшения. И даже сменила дорогие шелка, расшитые золотом и серебром, на простую ткань, замотавшись в нее с головы до ног. Вынула из прически шпильки, заколки, заплела волосы в простую косу.

Меня оставили в одиночестве, прямо на обрыве. Никто не смел ослушаться оракула. Но никто и не хотел видеть, как царевна сгинет в лапах чудовища. Ни родные, ни придворные. А сестрам и вовсе запретили выходить из дворца.

Первые лучи солнца окрасили край неба, растворились в море сиренево-розовой и золотой краской. Все чувства словно умерли. Еще не отступила ночная прохлада, а мои босые ступни занемели. Тело дрожало, но я стояла, гордо выпрямившись и ожидая своей участи.

Море забурлило, поднялась высокая волна. Через секунду показалось черное влажное тело, раздался дикий рев чудовища. Я сдавлено охнула, сжалась, невольно отступая.

Чудище снова заревело, я зажмурилась и втянула голову в плечи.

— Нет, не надо, пожалуйста, — прошептала еле слышно.

Но тут над головой вдруг хлопнули огромные крылья, и немая тишина опустилась на скалу. А потом сильные чешуйчатые лапы подхватили меня и оторвали от земли. Я вскрикнула и потеряла сознание.

Меня словно покачивало на морских волнах. Сознание уплывало, прийти в себя не получалось. Казалось, я вижу странный сон, но не совсем четко. Словно совсем рядом сидит Финас и ласково гладит меня по руке. Тонкие черты его лица стали мужественнее, фарфоровая кожа приобрела бронзовый загар. Золотистые кудри стали короче и выгорели от яркого солнца. Мышцы налились силой, взгляд прозрачно-зеленых глаз стал внимательным, исчезли прежняя надменность и чувство превосходства.

— Я тебя найду, Ромеда, — шепнул он, сжимая мои пальцы. — Чего бы это мне ни стоило. Обязательно найду. Убью чудовище, так дерзко похитившее тебя из отчего дома, сделаю своей женой и больше никому не отдам. Никогда.

Я сделала глубокий вдох. Хотела было ответить, только губы пересохли настолько, что не получилось произнести ни слова. Его пальцы тем временем переместились на мое плечо, с силой сжали, потянули одежду. Ткань, щекоча, скользнула по коже, обнажая верхнюю часть тела.

— Фи… нас, — все же выдохнула я.

— Да, любимая? — обжег его шепот мою шею, а сухие губы прихватили мочку уха. — Что ты хочешь сказать?

Только сказать ничего не получилось, потому что по телу словно пронеслась молния. Я охнула и распахнула глаза.

Потолок. Зеленоватый, расписанный золотыми узорами. Они же сейчас светятся, разгоняя полумрак в комнате. Окно здесь есть, но небольшое, за ним сейчас темно. Мебели толком нет: несколько сундуков, низкий столик, тахта и кровать, на которой я лежу. Кровать достаточно широкая, явно не на одного человека.

Я повернула голову и еле слышно ахнула. Рядом на кровати сидел мужчина с обнаженным торсом, покрытым шрамами. Черные прямые волосы стянуты в конский хвост, удивительные сиреневые глаза, как драгоценные аметисты из храма бога-покровителя царской семьи. Лицо словно высечено из камня. Этот человек явно не привык идти на компромиссы и слушать чужие указания, уж скорее эти самые указания отдает.

— С пробуждением, — хмуро сказал он. — Хороша же ты спать, однако.

От тона его низкого и хриплого голоса захотелось испуганно сжаться, но я попыталась взять себя в руки.

— Где я? — спросила слабым и плохо слушающимся голосом.

В конце концов, не в брюхе чудища, что уже хорошо. Если это мой спаситель, то найду, как его отблагодарить, но не стоит говорить со мной так. Все же я царевна Эфоса.

— В пещере, — ухмыльнулся он. — Если тебе интересно местоположение, то в Проклятых горах.

Я шумно выдохнула, пытаясь понять, как оказалась в такой дали. Ведь от Эфоса до них ехать и ехать! Пару дней минимум!

— Как… — начала было я — и тут же потеряла дар речи, заметив, что незнакомец опускает в глиняную миску губку, отжимает ее, а потом проводит по моему боку.

Свежий и приятный аромат трав закружил голову. Но сообразить, что это за травы, так и не удалось, ибо следующим открытием стало то, что я лежу совершенно обнаженная перед незнакомым мужчиной. Я вскрикнула и попыталась прикрыться лежащим рядом покрывалом.

— Лежать! — неожиданно прорычал он, и в сиреневых глазах сверкнуло настоящее пламя.

Я невольно послушалась, замерев перед ним, словно обессиленная добыча перед грозным хищником.

— О Кьяра Трехглавый, что ни айт, то одни проблемы! — выдохнул он. — Знал бы — оставил бы тебя там, прямо на берегу, и даже когтем не пошевелил бы ради твоего спасения.