Чтение онлайн

ATN: Что вы считаете высшей точкой карьеры на данный момент?

Джонни: Карьеры? Вы говорите, как моя мама… она так говорит. «Когда ты начнешь делать карьеру?»

Том: Ага. «Почему вы выбрали эту карьеру?» Карьера – это, например, пойти в армию.

Джонни: Карьера подразумевает долго…

Том: Долгожительство…

Джонни: …и планирование. Есть что-то очень депрессивное в том, когда какая-нибудь группа говорит: «Мы хотим вместе делать музыку еще 20–30 лет».

ATN: (Шутливо) А вы не хотите?

Джонни: Я на самом деле не знаю, чем хочу заниматься. Музыка – это, конечно, хорошо, но на самом деле я ничего не планирую.

Том: Питер Бак, он сказал… в общем, мы сидели в баре, к нам подошли две девушки и попытались с нами подраться. Сначала полезли ко мне, сказали что-то такое… О… в общем, у нас был концерт в Ванкувере, я вышел на сцену и сказал: «Мы объехали весь мир, и вы – самая, блин, невежливая аудитория из всех, что у нас была» (смеется), и началась драка (смеется еще громче), и она попыталась наехать на меня из-за этого, но ничего не получилось. Потом она повернулась к Питеру Баку и сказала: «Ты парень из R.E.M.», и начала пихать его и все такое. Блин, все было очень странно! Мы просто стояли, и он сказал: «Знаешь, нужно воспитывать в себе здоровое чувство абсурда», а я решил, что это очень даже круто. А потом я сказал: «Ага, это все не будет значить ни хрена, когда ты умрешь». Он ответил: «Нет-нет, это не будет значить ничего задолго до того, как ты умрешь». И это мне запомнилось.

ATN: Так все-таки – что вы считаете высшей точкой для Radiohead?

Джонни: Я слышал, как одну из наших песен использовал канал BBC для трейлера Match of the Day.

ATN: Что это такое?

Джонни: Ну, знаете, что-то типа [объявления] вечером по BBC1. (Подражая голосу диктора) «Сегодня мы покажем матч «Эвертона». И вот под эти слова играет песня Radiohead. Обычно там ставят Tears for Fears или что-то такое… (Том на фоне изображает голосом звуки барабанов.) Сюрреализм полнейший.

ATN: А как насчет низшей точки?

Том: Пожалуй, хуже Soul Asylum ничего не было.

Джонни: Да, хреново было.

Том: Очень хреново. (Смеется) У тебя украли весь аппарат, а турне надо продолжать. Не особенно весело. Особенно учитывая, что мы только что играли с R.E.M., и после этого вот такое… Мы были очень огорчены [let down]. Неплохая связь с песней. [Одна из новых песен Radiohead называется Let Down.]

ATN: Вы стараетесь держаться подальше от бритпоповой вечериночной сцены. Почему?

Том: Сейчас, судя по всему, как раз идет вечеринка. Мы на самом деле не очень-то любим кокаин.

Джонни: А еще мы не из того города… Из Оксфорда.

Том: Ага, мы специально там поселились. Нас просто не выпускают.

ATN: Пресса уделяет очень много внимания вашему эмоциональному характеру. Как вы считаете, почему газеты так одержимы этой чертой Тома Йорка?

Том: Потому что большинство людей в моем положении научились себя вести, а я – нет, я не очень хорош в этом плане…

Джонни: Думаю, людям просто нравится, когда поп-звезды легки в общении.

Том: Как и кинозвезды. Нельзя быть темпераментным: твоя задача, по сути, отвлекать внимание.

Джонни: Им нужны эдакие «поп-звезды лайт». Л-А-Й-Т.

Том: Кто-то из R.E.M. недавно мне сказал: «Нервничай, когда понимаешь, что у тебя получается. Получается целый вечер разговаривать с полусотней людей, а потом не помнить ни слова из этих долбаных разговоров? Вот тогда у тебя настоящие проблемы».

ATN: Я где-то читала, что вы записываете интересные мысли для следующего альбома. Записали уже что-нибудь?

Том: Самое близкое к этому – я недавно писал о цвете неба в Лос-Анджелесе.

ATN: Это интересная мысль?

Том: Да, потому что накануне ночью прошел дождь, и реально было видно небо. Пока что это самая интересная мысль.

ATN: И все?

Том: Да, и все. (Оба смеются.)

ATN: Чего можно ждать от следующего альбома? Вы не планируете включить в него вещи с обратных сторон синглов?

Том: Мы обсуждали, не выпустить ли на каком-нибудь этапе альбом с малоизвестными песнями.

Джонни: Ага, они довольно хороши, но теряются…

Том: Но, с другой стороны, это даже круто. Иначе мы станем как Принс: выпускать по три альбома в год, никакого контроля качества не будет, и зрители сразу это поймут – ну, серьезно, поймут же?

Ох… М-м… (Джонни) Что нам ждать от следующего альбома? Джон? Он будет аналоговым.

Джонни: Ага, типа того, ну, немного в жанре вестерн.

Том: Аналоговый.

ATN: Вестерн?

Том: Аналоговый вестерн. Коммунистический.

Джонни: Пост-техно-готика.

ATN: Это будет что-нибудь экспериментальное, вроде ремикса Planet Telex с обратной стороны сингла?

Джонни: Думаю, мы в самом деле сделаем что-нибудь экспериментальное, но, с другой стороны, это будет совершенно не похоже на Planet Telex и… страннее, чем что-либо другое.

Том: Лучший показатель того, что мы собираемся сделать, – мы строим собственную студию, продюсируем альбом сами, и это будет жуткий бардак.

ATN: Почему вы в этот раз сами собираетесь продюсировать альбом?

Джонни: Потому что мы всегда хотели это сделать, и мы уже к этому привычны с тех времен, когда записывались в спальнях. На самом деле, процесс не так уж и отличается…

Том: Ага, мы хотим вернуть себе эту «комнатную» ментальность – словно нам по фигу, и мы вообще не беспокоимся, выйдет ли это на диске.

ATN: Где вы строите студию?

Джонни: Это секрет.

ATN: Я не имею в виду точный адрес! Ну, просто в каком городе, в каком месте…

Джонни: (Смеется) Тернпайк, 17… А, нет, это какое-то старое хранилище яблок или бананов…

Том: Там целая куча перевернутых вверх тормашками деревьев.