Радости и тяготы личной жизни (Том 2)
Шрифт:
– Это я переняла у своей гримерши, - оправдываясь, излишне торопливо сказала она.– Девушка то ли в Техасе выросла, то ли в Оклахоме. Я забыла, где.
– Ничего удивительного, что ты вымотана, - согласился Сэм.– Столько работала. Пожалуй, в один прекрасный день мы с тобой будем учиться расслабляться.
А ведь сегодня для этого идеальное утро, неожиданно подумала Джейд. Туман еще не рассеялся, и весь дом был окутан нежной серебристой пеленой. Сидя в тепле уютной кухни, Джейд вдруг захотела остановить время. Сэм так добр к ней. Никогда еще никто не проявлял к ней столько внимания, не одаривал таким теплом.
– Сэм...
– Да, милая?
– Можешь сделать мне одолжение?
– Любое.
И сделает. Непременно.
– Давай мы с тобой лучше будем заниматься любовью.
– Девочка ты моя!– Сэм быстро подошел к ней.– Я боялся, ты никогда этого не скажешь.
Как дети, они взялись за руки и пошли наверх, в спальню.
Матрасы на кровати тихо вздохнули, когда Джейд, трепеща в предвкушении, опустилась на них.
А Сэм все стоял рядом, все смотрел на нее, и такого лица у него Джейд никогда не видела.
– Что с тобой?
– Ничего.– Он встряхнул головой, будто возвращаясь к ней.– Я просто думал о том, как ты красива, обаятельна, умна и совершенна, и в то же время как ты нежна и беззащитна, я думал о том, какое же счастье выпало мне на старости лет.
– Это мне выпало счастье.
Джейд была потрясена глубиной чувств, светившихся в его глазах. Взгляд этот согревал, возбуждал ее.
– Иди...– она протянула к нему руки.
Он сел подле нее и начал расстегивать жемчужные пуговки ее кремового жакетика, притрагиваясь к мягкой трикотажной ткани с невероятной осторожностью, будто разворачивал самый дорогой в его жизни подарок. Прикасавшиеся к коже пальцы зажигали каждую клеточку ее нервной системы. Когда он поцеловал обрамленный кружевами вырез ее белоснежной комбинации, она задрожала.
– Какая ты нежная, какая мягкая.– Сквозь тончайщий атлас белья она ощущала жар его дыхания.., и даже закусила губу, чтобы не вскрикнуть. Нет-нет, - Сэм нашел ее рот, скользнул по нему легким поцелуем.– Не надо.– Он снял кружевную бретельку комбинации с одного ее плеча, затем с другого.– Не надо сдерживать себя. Я хочу видеть тебя всю, знать, что тебе нравится, чего тебе хочется.– Теперь он стянул к талии девушки шелковистый лиф.
– И ты знаешь, - прошептала она.
Он ждал этих слов. И дождался. И продолжал раздевать ее медленно до мучительной сладости, вглядываясь в каждый изгиб, изучая каждую точечку ее тела. Он оставил ее только на несколько секунд, чтобы раздеться самому, но и это показалось ей вечностью. Его руки возбуждали, влекли за собой его губы, язык, коснувшийся ее сухих полуоткрытых губ, обещал так много.
– Да, иди, - лишь выдохнула Джейд, когда Сэм прильнул к ее телу.
Как мягкий драгоценный слиток переливалась она в его руках. Казалось, вернись сейчас к ней способность говорить внятно, она бы взмолилась, чтобы он не медлил больше. Но голосом Джейд не владела, а Сэм все продолжал эту дивную пытку - сжимал, целовал, гладил, находя сокровенные точки ее чувственности, увлекал ее за собой в потоке страсти. И женская кожа, сияя серебристо-жемчужными переливами, стала до жара горячей, будто наполнилась пылом любви.
Джейд сбивалась с дыхания. Услышав сдавленно-томные стоны, которые она издавала, ощущая его влажные губы на внутренней стороне бедер, Сэм все же не спешил. Дразняще медленно перебирал он мягкие рыжеватые колечки меж ее ног, и это стремительно понесло ее в бездну возбуждения, граничащего с похотью.
– С самого первого дня я хотел тебя, - выговорил Сэм, - каждую ночь я мечтал о тебе. И каждое утро просыпался один.
– И я хотела тебя.– Джейд задыхалась, наслаждаясь ощущениями, которые щедро дарили его нежные, длинные пальцы.– Только не смела признаться в этом. Даже самой себе.
Тихое ее признание Сэм вкусил с той же страстью, что и сладость ее горячего и влажного лона. Он чувствовал, как жаждет она его ласк, как изнемогает от этой пытки сладострастием.
– ..Сэм... Боже... Прошу... Сэм, - срывались с ее губ слова, стоны, разум подчинялся только чувству, острейшему чувству, воцарившемуся в одной точке ее тела.
А когда его зубы на мгновение сжали сокровенный, огнем горящий бугорок, взрыв оргазма разбил ее на тысячи сияющих песчинок.
Волны наслаждения увлекали, уносили, и тут Сэм ворвался в нее.
Каждое поступательное движение требовало обратного, быстрее, дальше, будто не отпускало от себя это жаркое, бархатное, влажное женское лоно. И взойдя на грань мыслимого, в конце концов, он излил свое семя в теплоту женщины.
Чувственная близость сразу подняла отношения Джейд и Сэма на совершенно иной уровень.
И когда спустя две недели после первого их любовного слияния Сэм пригласил Джейд познакомиться с его детьми, она не раздумывая согласилась.
***
Первая встреча Джейд с детьми Сэма вышла натянутой. Все не задалось с самого начала, потому что по случайному стечению обстоятельств Джейд приехала на этот важный домашний обед почти с полуторачасовым опозданием. Целый день она провела в Напа Вэлли, оценивая имущество одного из самых преуспевающих виноторговцев в Калифорнии. Все аукционные фирмы буквально исходили слюной, вожделея о богатствах этого человека, шесть недель назад скоропостижно скончавшегося от сердечного приступа. И когда недавно вдова коллекционера обратилась к Джейд, весь бизнес от искусства содрогнулся, как при землетрясении.
Собрание изделий из слоновой кости, которому много лет посвятил хозяин, полностью соответствовало слухам, ходившим об его ценности.
Очарованная красотой и уникальностью коллекции, Джейд чуть не забыла о том, что приглашена к Сэму на семейный обед. К счастью, она вспомнила об этом в последний момент и даже подумала, что может еще успеть вовремя, если будет гнать с превышением скорости миль на десять в час и если не застрянет в какой-нибудь очередной пробке. Увы, не получилось. На 121-м скоростном шоссе, по которому она возвращалась в Сан-Франциско, произошла чудовищная авария, движение было сужено до одного ряда, машины растянулись на несколько километров.
И хотя Сэм нашел дорожно-транспортную историю с перевернувшимся грузовиком, полным спелого винограда, даже забавной, дети его отнюдь не были этим вдохновлены. На первый взгляд, старший сын Сэма Адам был поразительно похож на отца. Только присмотревшись к нему, становилось очевидным, что он излишне мягок, а вот открытости и деловой хватки, которые были свойственны Сэму, молодому Сазерленду не хватало.
– Случай просто удивительный, - вежливо-холодным тоном сказал Адам, явно намекая, что не верит ни одному ее слову.
– Я еще раз прошу прощения. Мне так неудобно! Вы не представляете, как я хотела познакомиться с вами, - с улыбкой обратилась ко всем Джейд.
– А мы так предвкушали этот обед, - в тон ей ответил второй сын Сазерленда Майкл, поглядывая на Джейд поверх бокала, наполненного мартини.– Не так часто нам выпадает случай встретиться с.., друзьями отца.
Под "друзьями" скорее подразумевались любовницы, подумала Джейд. Улыбка слетела с ее лица.
В отличие от своих братьев дочь Сэма Моника, вернувшаяся в родной город после третьего развода, даже не трудилась скрыть своей неприязни под маской холодной вежливости.