Радости и тяготы личной жизни (Том 2)
Шрифт:
– Не подходи, - шепнул он, легонько покусывая ее шею.
Но Джейд так и напряглась в его объятиях.
Телефон все звонил.
– Пожалуй, я послушаю, кто это. Сейчас самое горячее время. Боюсь пропустить что-нибудь важное.
Джейд не сказала, конечно, что весь день сидит как на иголках, ожидая известий о Белл.
– Алло!– Ее плечи опустились.– Да, конечно, - бесцветно сказала она.– Спасибо за звонок. Да. Я отправлюсь завтра же утром.
Повесив трубку, Джейд повернулась к Сэму и уткнулась лбом в его грудь. Она будто хотела насытиться силой и уверенностью этого человека.
Известие о матери было одновременно и хорошим, и плохим. Хорошо, что Белл нашли живой, плохо, что ей пришлось сделать операцию, наложить массу швов из-за автомобильной аварии, в которую она попала.
– Сэм, ты, конечно, возненавидишь меня, но...
– ..Но ты отменяешь нашу поездку в горы на уик-энд, - закончил Сэм. Ему пришлось подавить досаду и огорчение; он напомнил себе, что любит эту женщину со всеми ее причудами, включая работоманию.
А ведь он отложил деловые переговоры, примчался, преодолев три тысячи миль, чтобы провести с Джейд два чудесных дня! Впрочем, удивлен он не был. Уже не в первый раз их планы рушились из-за неожиданных таинственных поездок Джейд. Поездок, которые она категорически отказывалась обсуждать. Иногда говорила просто - "Мне надо ехать", иногда - "Уехать по личному делу", а иногда вообще не утруждала себя никакими объяснениями. И все же Сэм убеждал себя, что когда-нибудь Джейд доверится ему и откроет свой секрет.
Сейчас Джейд, конечно, видела, как он огорчен. Она погладила его по щеке, загорелой и обветренной во время полетов на личном одноместном самолете.
– Обещаю, как только торги закончатся, я устрою нам с тобой дивный уик-энд.
А Сэму хотелось накричать на нее. Вытрясти из нее ответ, что - или кто?– был ей важен больше, чем он. Он жаждал узнать - "Куда, какого черта, ты едешь? Зачем?" Однако прекрасно понимал, что с Джейд такой фокус не пройдет. Так что не задавай вопросов, старина, или она уйдет из твоей жизни, твердил он себе.
Но любовь, несмотря ни на какие разочарования и обиды, продолжала жить. Сэм обнял Джейд.
– У нас есть время пообедать вместе?
– Если честно, - мягко шепнула она, - есть мне не очень хочется. А тебе?
Джейд жила как бы в нескольких ипостасях - любящей матери, предприимчивой деловой женщины, сногсшибательной красавицы. Сэм любил ее всякую. Но именно такая женщина, которая смотрела на него сейчас, мягкая, беззащитная, владела его сердцем в первую очередь.
Взгляд ее сейчас звал за собой, звал предаться любви, и Сэму показалось, что ей не просто хочется окунуться в волны чувственности, ей это необходимо.
Не говоря ни слова, он взял Джейд на руки и понес наверх, в спальню, где хотя бы на короткое время сумел изгнать терзавших ее злых духов и демонов.
***
За день до начала аукциона Джейд все-таки решила отдохнуть; она сидела дома, стремясь унять волнение пересаживанием комнатных гераней.
В небольшую оранжерею неожиданно вошла Эдит.
– К вам пришли, Джейд, - с удивлением сказала она. Гость был Эдит незнаком, прежде он в доме не бывал.
Не Сэм и не Нина.
– Кто же это, Эдит?– вытирая руки, спросила Джейд. Одета она была явно не для приема посетителей - узенькие шорты и свободная майка.
– Это я, - раздался знакомый голос, и за спиной Эдит появился Рорк.
Джейд побледнела - такова была ее первая реакция. В следующее мгновение она быстро посмотрела наверх: дверь в комнату Эми была закрыта, сегодня четверг, девочка в школе, слава Богу.
– Может быть, приготовить для вас и вашего гостя чай со льдом и с лимоном?– предложила Эдит, вглядываясь в лицо Джейд. Разумеется, она не могла не заметить ее реакцию на появление Рорка.
– Нет, благодарю вас, Эдит, - выдавила Джейд. Сухие губы едва слушались ее.– Мистер Гэллахер зашел ненадолго.
Эдит ушла в глубь дома. Джейд повернулась, с трудом заставив себя посмотреть Рорку в глаза.
– Вот это сюрприз, - сказала она.
– Прошу прощения, что побеспокоил тебя дома, - заговорил Рорк.– Но необходимо, чтобы ты одобрила некоторые поправки. Все дело в лестнице и в противопожарной безопасности. Я не застал тебя ни в офисе у Сэма, ни в твоей конторе в галерее искусств, вот и решил зайти сюда В общем, внутренняя лестница в том виде, как ты предлагала, слишком узка, не отвечает требованиям безопасности. Но, может, ты согласишься с изменениями, которые внес я? Собственно, с этим я и пришел.
Джейд взяла у него чертежи и наброски, разложила на стеклянной поверхности столика. Руки ее были перепачканы землей для комнатных цветов.
– О, свободнонесущая?
– Да, открытые ступени зрительно расширяют пространство. Материал тонированная сталь. Красная.
– Интересно. Но почему именно красная?
– Давай ты не будешь ничего решать, пока своими глазами не увидишь. В конце концов, если тебе так уж не нравится цвет, можно перекрасить.
– Похоже, в этом что-то есть, - пробормотала она, перебирая наброски.
– Значит, завтра - большой день?
– Извини, что?– подняв глаза от чертежей, Джейд увидела, что Рорк смотрит на нее тем знакомым взглядом, от которого дыхание перехватывает.
– Я про аукцион.
– О!– Жуткое нервное напряжение так и пульсировало в ней; изо всех сил она пыталась отвести глаза от его губ, но не могла...– Да.
Завтра начало.
– Нервничаешь?
– Ужасно.
Вслух они говорили о делах, а про себя - совсем о другом. Их глаза начали свой разговор - на таком знакомом обоим языке - Ты, как всегда, будешь великолепна.– И вдруг Рорк словно переключился.– Интересно, как долго ты сможешь разыгрывать это представление?
– Какое представление?– едва владея голосом, откликнулась Джейд.– Не понимаю, о чем ты говоришь.
Ей сейчас просто необходимо было сбежать от пристального взгляда Рорка. Она встала с кресла и отошла в дальний угол открытой оранжереи Полуденное солнце превратило ее волосы в медный поток с вкраплениями золотых нитей.
– Поправки твои я принимаю. Чем больше я думаю над ними, тем больше мне нравится идея тонированной стали. Красная лестница...
– Да черт с ней, с лестницей - Рорк быстро подошел к ней, взял за плечи.– Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Я говорю о том, как ты притворяешься, что мы с тобой прежде не существовали, что не было ничего...
– Рорк, я прошу тебя. Ты женат.
– Спасибо, я знаю, - сказал он.
А про себя подумал, что недолго осталось жить его браку. Он обречен на крах. И хотя он с самого начала знал, как предана Филиппа отцу, все же не подозревал, насколько сильны эти чувства. Невыносимым оказался факт, что Филиппа ставила Ричарда Хэмилтона всегда на первое место в своей жизни. Все остальное - потом.
Даже муж. Скорее, особенно муж.
– Но это ничего не меняет, - сказал Рорк.– Я все равно хочу только тебя. Так же, как ты - меня.