Чтение онлайн

У огромных дверей меня поджидали два пажа в розовом. Возможно, те самые мальчишки, что навещали меня вчера. Я не берусь утверждать это с точностью — уж больно одинаковыми казались они в этом нелепом одеянии. Скромно опустив глаза долу, они сообщили, что нас уже поджидают, и нырнули в распахнувшиеся двери. Последовав за ними, я убедилась, что волшебство, без которого, как я заподозрила, столь мощные створки не смогли бы раскрыться, здесь абсолютно не причем. Два дюжих привратника внутри с явным усилием толкали окованные железом дубовые двери, способные выдержать прямое попадание снаряда. К осаде они, что ли, готовятся? Или, наоборот, это средство подольше задержать гостей? Боюсь, без посторонней помощи их невозможно будет даже сдвинуть с места. Оглушительно звякнув железной оковкой, захлопнувшиеся створки окончательно отгородили нас от солнечного света, будто отсекая всяческую мысль о бегстве. Не нравятся мне такие порядки — уж слишком напоминают тюремные. Хорошо, что я в любой момент могу перенестись из этого не слишком уютного места. Съежившийся сфинкс также не выглядел излишне счастливым. Думаю, он уже не раз пожалел о своем любопытстве, заставившем его присоединиться ко мне в этом светском мероприятии. Оказывается, быть светским львом — занятие не столь веселое, как ему мнилось по неведению.

Длинные, неожиданно изламывающиеся темные коридоры сменялись лестницами и переходами. Светильники, хаотически разбросанные по стенам и колоннам, испускали резкий пронзительный свет. Отчаявшись справиться с окружающей тьмой, те, будто в отместку, до слез резали глаза неосторожным посетителям. Теперь понятна привычка пажей ходить с опущенными глазами. Об авторе столь безумной планировки у меня даже вопроса не стояло — вот где единственному архитектору королевства дали разгуляться во всю мощь параноической фантазии! Дом леди Мейтэль по сравнению с этими катакомбами кажется простым и незатейливым.

Коридор, поворот, лесенка вверх, затяжной спуск вниз, по балюстраде выходим на балкончик, огибаем несколько залов и снова коридоры и лестницы. Минут через пятнадцать меня стало преследовать ощущение, что мы ходим кругами. Встречные, увидев нашу процессию, поспешно отступали к стенам, не забывая, впрочем, отвешивать униженные поклоны. Нескрываемый страх и опущенные глаза превращали бесконечные лица, похожие друг на друга в одну гримасу лизоблюдства привычного, а оттого еще более отвратительного. Неожиданно, после одного из поворотов, я почувствовала внимательный цепкий взгляд, устремленный в мою сторону. После тупого раболепия, с которым я сталкивалась на каждом шагу, это было тем более удивительно. Приостановившись, я попыталась отыскать человека, посмевшего столь дерзко для этого места себя вести. Но, нет. Темные тени, испуганно вжавшиеся в стены, застыли, пытаясь остаться незамеченными. Трудно представить, что среди них скрывается человек, вольный так изучающее меня рассматривать. Наверное, все же почудилось.

Когда я совершенно потеряла счет, как бесконечных поворотов, так и времени, проведенного в преодолении дворцовых переходов, мы неожиданно остановились перед массивными дверями с аляповатым нагромождением золотой инкрустации. Пожилой дядечка в длинной лиловой ливрее и с длинной палкой в руках, на которую он опирался, словно уставший путник, проявил чудеса расторопности, распахнув створки, как только мы остановились перед ним. Полной скрытого достоинства походкой прошествовав в зал, будто не он только что бессильно опирался на свой посох, он бухнул им об пол и зычным голосом провозгласил:

— Леди Мейтэль со Спутником.

Ну, понятно, после такого мне оставалось только зайти внутрь. Попытаться, что ли, пройтись с такой же важностью, как встретивший нас мужичок? Да нет, не стоит и напрягаться. Судя по всему, для вырабатывания такой походки требуются долгие годы упорных тренировок.

Зал, в котором мы очутились, больше походил не на тронный, а на концертный. У противоположной от входа стены размещалось невысокое возвышение, весьма напоминающее сцену. Бархатные драпировки — ну точь-в-точь театральный занавес, и, по-моему, точно такие же пыльные. Вот только со зрительными местами вышла небольшая накладка. Сам зал был абсолютно пуст — ни кресел, ни восторженных фанов, загодя явившихся на концерт. Сидячие места в виде двух весьма скромного вида стульчиков расположились сразу под сценой, и сидящий на одном из них старичок почему-то оказался лицом к зрительному залу. Второй был пока свободен, но, боюсь, что тому, кто окажется на нем, тоже придется выворачивать шею, пытаясь разглядеть, что же твориться на сцене. А там были уже установлены декорации, да и актеры заняли свои места. Хотя, надо заметить, что художник-постановщик не слишком утруждал свою фантазию. По крайней мере, достаточно трудно догадаться, при каких обстоятельствах должно проистекать предполагаемое действо, если из всего реквизита — три дивана, установленных вплотную друг к другу, да роскошное кресло чуть в стороне. Правда, надо отдать должное режиссеру, актеров подобрали весьма колоритных. Кресло пока пустовало, но диваны были уже заняты. На них восседали… три бегемота в розовом. Никогда не предполагала, что человеческое существо, сидя на таком совсем не маленьком предмете меблировки, как диван, могут занять его полностью. Видать, мало я в своей жизни еще видела.

Я пялилась на сцену, ожидая начала действа, а три разъевшиеся до полной потери человеческого вида актрисы и дедулька внизу с явным трепетом смотрели на меня, видимо ожидая какой-то реакции. Поаплодировать, что ли? Из раздумий меня вывел не слишком вежливый толчок в ногу. От неожиданности я пошатнулась и с трудом сохранила равновесие. Было бы смешно, если бы я растянулась. Можно ли это воспринять как начало спектакля? С недоумением глянула на сфинкса — чего это он решил расшалиться? И тут до меня дошло. Кажется, когда Айлери рассказывал о королевах, он упоминал, что они полные? Вот эти огромные туши, что-то среднее между небольшими слонами и вполне упитанными свиньями, затянутые в розовые шелка — и есть королевы? А?! И о чем с ними говорить? Женские посиделки с легкой болтовней о моде и мужиках? Не думаю, что эти темы в данном обществе будут популярны.

И без того затянувшаяся пауза грозила стать просто неприличной. Сидевшая в центре королева нервно поерзала, устремив на меня вопросительный взгляд. Маленькие поросячьи глазки, потерявшиеся где-то между чрезмерно пухлыми щеками снизу и заплывшими жиром веками сверху, тщетно пытались пробуравить меня насквозь. Куцые, неровно выщипанные бровки от усилий поползли вверх, вовлекая в движение реденькие белокурые волосенки долгими стараниями завитые в локоны. Это, надо полагать, и есть та самая Золушка? С усилием удержавшись от нервного хихиканья, я представила лица диснеевских мультипликаторов, если бы тем представилась возможность увидеть вблизи эту милашку. Впрочем, сестры отличались от любимой героини детских сказок в основном мастью. Раздобревшие матроны на соседних диванчиках были жгучими брюнетками. На этом основные различия заканчивались. Сейчас эти дамы усиленно таращили на меня глаза, с каждой минутой превращаясь из флегматичных свинок в огромных жаб.

Дедушка, сидящий у подножья "сцены", поднял на меня неожиданно озорной взгляд. Казалось, он единственный, кого создавшаяся ситуация нисколько не смутила. Надо полагать, это и есть Старый Король. Я, конечно, рада, что смогла внести разнообразие в скучную и одинокую жизнь пенсионера, но что делать самой, так и не придумала. Тщательней надо было готовиться и вместо обновления гардероба стоило бы продумать собственную речь. Хотя, к такому подготовиться я вряд ли бы смогла.

Неожиданная помощь пришла из-за незамеченной мною двери сбоку от подиума. Если принимать во внимание нежное личико с капризными губками бантиком, обрамленное тщательно уложенными белокурыми локонами, передо мной была девушка. Смущал мужской костюм. Насколько я поняла, в этом мире девушкам не принято носить брюки. Во всем остальном назвать эту одежду мужской у меня не повернулся бы язык. Нежно-голубой плотно обтягивающий костюмчик изобиловал кружевами и драгоценностями. Сардельки, заменяющие королевам нормальные человеческие пальцы, также были унизаны массивными перстнями, но у этого красавчика, (убедившись в отсутствии хотя бы небольших выпуклостей в районе бюста, я все-таки решила, что передо мною парень) колечки достигали наманикюренных ноготков. Изнеженное избалованное существо с манерами типичного гея. С ума сойти! Геи в этом мире мне еще не попадались. А может, я ошибаюсь? В славные времена мушкетеров мода придворных кавалеров, блистающих при дворе Людовика пятнадцатого, также могла шокировать моих современников, но они регулярно дрались на дуэлях, доказывая свою мужественность делом. Может быть, я столкнулась именно с таким случаем и Юный Принц, (у меня все же хватило сообразительности догадаться кто передо мной), только внешне напоминает инфантильную барышню, не способную завязать шнурки самостоятельно. Вызвав сквозняк взмахом длинных ресниц, принц поднял на меня глаза. По-моему, я крупно ошиблась в оценке парнишки! Холодный расчетливый взгляд, тот самый, что я чувствовала в коридорах, просветил меня, будто рентгеном. Толпа насмерть перепуганных мурашек бросились по моей спине врассыпную. К счастью, это внеплановое обследование моих внутренностей закончилось столь же внезапно, как и началось. Взгляд переместился на сфинкса, подняв у бедняги гриву дыбом.

— Вы даже не соизволили занять свое место? — слова выражали явное недоумение, но мне почудилась в них тщательно замаскированная насмешка.

— Это место уже не принадлежит мне по праву. Да и не думаю, что королевы, — я, наконец, удостоила толстушек легким кивком-поклоном, — получат удовольствие от соседства с моим Спутником, — ободряющее поглаживание взъерошенного сфинкса была совсем не лишней — бедняга до сих пор вздрагивал, не в силах отойти от взгляда принца.

— Вы хотите сказать… — неожиданно густым басом промычала Золушка.

— Что вынуждена покинуть вас.

— А как же бал? — кажется, это проорали сразу три глотки.

— А что бал? — я недоуменно пожала плечами. Нет, мне никогда не понять эти "сливки общества". Насколько я знаю, этот бал отнюдь не первый и, возможно, далеко не последний. Так чего же они так волнуются?

— Без вашего присутствия все провалится. Это невозможно — королевский бал без крестной феи! — с трагическим надрывом сообщила мне Золушка.

— Хорошо, я останусь. Но только до бала, — они меня так утомили и заморочили, что я готова была пообещать что угодно лишь, бы поскорей закончить аудиенцию.

Королевы радостно захлопали в ладоши. Принц выдавил любезную улыбку, стрельнув из-под ресниц внимательным взглядом. Но, заметив мою реакцию, поспешил расшаркаться в поклонах.

— Мы счастливы слышать, что ваше доброе сердце не осталось равнодушным к нашим мольбам, — это у леди то Мейтэль доброе сердце? Он случайно ничего не перепутал?

— А сейчас, мне необходимо удалиться, — изобразив что-то вроде реверанса, (ну, по крайней мере, я честно пыталась повторить приседание, виденное в кино), я развернулась к двери.