Чтение онлайн

— Я бы не согласился. Я знал, какая будет для меня там работа. Они хотели изучать мои способности. А зачем мне это надо? Я хотел быть полезным своему народу.

В Тбилиси Митчелла встретили радушно, поселили в гостинице, сообщили, что встреча с жителями города состоится на следующий день вечером, предложили с утра полюбоваться красотой столицы Грузии. Митчелл был доволен, все складывалось как нельзя лучше. С утра ему провели экскурсию по Тбилиси, вечером его привезли на встречу с горожанами. Зал был полон, задавали много вопросов, народ оказался любознательным. Давно уже Митчелл не пользовался такой популярностью: американцы не особенно интересовались своим прошлым. Встреча подходила к концу. Митчелл не спрашивал о Ломсадзе, в полной уверенности, что после беседы со людьми они встретятся и, наконец, познакомятся. Ответив на массу вопросов, американский астронавт поблагодарил слушателей за внимание и только теперь обратился к представителю городских властей с вопросом.

— А где господин Ломсадзе?

К его великому удивлению, оказалось, что Ломсадзе в данный момент нет в Тбилиси. С огорченными лицами чиновники городской администрации извинились за то, что не имеют возможности познакомить его, Митчелла, с Ломсадзе. Митчеллу ничего не оставалось делать, как принять их извинения. Так исключительно по соображениям и воле чиновников не состоялась встреча участников космического эсперимента.

В то время как Митчелл встречался с жителями Тбилиси, Ломсадзе находился в Звездном городке под Москвой, в центре Подготовки космонавтов, куда время от времени его вызывали для работы уже в течение двадцати лет. Излишне говорить о том, Что в центр подготовки доступ был строго ограничен. Дорога тщательно охранялась. На пути стояли два пропускных пункта. Почти всех въезжающих охранники знали в лицо.

Звездный городок — это особый мир со своим улицами и домами, с определенным режимом, со своими правилами и даже со своими товарами в магазинах и ценами на них. Снабжение городка было отменным. Здесь можно было купить многое и по низким ценам. По городку постоянно ходил патруль, который в любой момент мог проверить документы у приезжего человека. Но главное в городке — сам центр подготовки со сложнейшими тренажерами, где будущие космонавты под наблюдением врачей проходили тренировки. Автандил Ломсадзе контролировал состояние здоровья летчиков-космонавтов перед полетом и после него. Он лучше всякой аппаратуры знал физическое и психическое состояние летчиков. Полет в космос — дело, что ни говори, опасное, и человек часто бывает в стрессовом состоянии. После встречи с Ломсадзе летчик успокаивался. Но самая страшная картина была по возвращению пилотов из космоса. Находясь в космосе, даже в каких-нибудь двухстах километрах от поверхности Земли, человек зачастую попадает в плен иллюзий. Ему кажется, что он видит инопланетян, умерших родителей или других родственников. Нарушается равновесие в психике человека. Возвращение на Землю — еще более трудный путь, нежели взлет. После пребывания в условиях невесомости человеческий организм ослаблен, поэтому сильные перегрузки во время спуска с орбиты переносятся тяжелее. Кроме того, удар капсулы о землю или воду, несмотря на то, что она спускается на парашюте, довольно силен. Испытав большие физические и психические перегрузки, космонавт нуждается в реабилитации. Эту реабилитацию и проводил Автандил Ломсадзе возвратившимся из космоса.

Отряд летчиков, проходивших тренировки и мечтавших полететь в космос, был большой. Тренировавшиеся летчики понимали, что далеко не все они побывают в космосе. Но стать космонавтами мечтали все. Кандидатуру тщательно отбирали, назначали трех дублеров. Если вдруг основной пилот лететь не сможет по какой-либо неожиданной причине, то запуск корабля не отменят — полетит его дублер.

Как-то раз неожиданной причиной стал… радикулит. Да, да, самый обыкновенный радикулит! После занятий на тренажерах, где нагрузки на человеческий организм неимоверны, будущий космонавт почувствовал резкую боль. Стало ясно, что вместо него полетит дублер. Летчик готовился несколько лет, ждал своего звездного часа и вдруг… Обидно! Другого шанса может уже не быть! На помощь пришел Автандил Ломсадзе. Он провел всего лишь один сеанс, и боль прошла. Летчик осуществил свою мечту: побывал в космосе, став известным всему миру.

Но эта помощь — лишь крупица того, чем занимался Ломсадзе в центре подготовки космонавтов. Его роль была гораздо сложнее. Он помогал в самых безнадежных случаях, когда медицина оказывалась бессильна. Как-то вернулся из космоса очередной летчик-космонавт. Реабилитационный период, медицинский осмотр… Лучшие врачи поставили диагноз: тяжелейшая форма депрессии. Из этого состояния никак человеку не выйти — ничего не помогает. Космическое пространство не изучено, и никто не знает, какое психическое воздействие оно оказывает на тот или иной организм. Иногда начинаются процессы, которые медицина не в силах остановить. Вернувшийся космонавт видел в иллюминаторе свою погибшую сестру и не только видел, но и слышал ее голос, разговаривал с ней. И такая «встреча» была не раз и не два, а на протяжении всего полета. Это было реальностью для космонавта. Как от этого не сойти с ума! Под впечатлением «реальных» разговоров с давно несуществующим на земле человеком психика летчика-космонавта сильно пострадала. Помощь Автандила Ломсадзе была уникальна. Он провел не один и не два сеанса, пришлось повозиться с потерпевшим длительное время, но психику космонавта раджа-йог восстановил полностью. Потом были почести, награды… космонавту, конечно… О существовании Ломсадзе знали немногие.

Встречался Автандил Алексеевич и с первым космонавтом в мире Юрием Гагариным. Впервые это произошло, когда Ломсадзе вызвали органы КГБ и сами привезли его к первому в мире космонавту. Со здоровьем Юрия Гагарина было, мягко говоря, неладно. Ломсадзе попросили вылечить известного всему миру космонавта. Со времени полета Гагарина в космос, где он получил приличную дозу облучения, прошло уже шесть лет. Болезнь была запущена и прогрессировала. Автандил Алексеевич мог бы приостановить процесс, но Юрий Гагарин не хотел лечиться, не видел для себя никаких шансов. Он решил прожить столько, сколько получится, но так, как он хочет, не подчиняясь ни режиму врачей, ни распорядку дня. Второй раз они встретились уже за дружеским столом. Один из знакомых Автандила Алексеевича — Ян, круг общения которого состоял почти из одних знаменитостей, повез Ломсадзе к известному шахматисту, узнав предварительно, что там будет Гагарин. Ян хотел приехать туда непременно с Автандилом Алексеевичем, знакомством с которым очень гордился. И, действительно, там они встретились. Гагарин уже был за столом, разговорчив, как всегда, прост в общении и добр. Он в жизни был мягким человеком. Общение двух Алексеевичей, Автандила и Юрия, было недолгим, Гагарин узнал Ломсадзе, к великому удивлению Яна, который, естественно, не догадывался об их первой встрече. О болезни не было сказано ни слова, состоялся обычный дружеский разговор. Болезнь уже брала свое, вероятно, Гагарин страдал от боли, поэтому пытался заглушить ее спиртными напитками. Рядом с ним находились два охранника, которые через некоторое время и помогли ему встать из-за стола и отвезли его домой.

После этого Автандил Ломсадзе еще пару раз встречал Юрия Гагарина в звездном городке, но это были мимолетные встречи. Жить первому космонавту оставалось уже недолго.

А вот Яну очень повезло, что он познакомился с Ломсадзе. Врачи неожиданно для Яна поставили ему страшный диагноз: рак кожи. Автандил Алексеевич вылечил болезнь за двадцать один сеанс. Когда Ян снова посетил врача, но уже другого, тот, тщательно изучив только что сданные анализы, сказал:

— У Вас никакого рака нет, а скорее всего, никогда и не было, потому что такая болезнь не могла исчезнуть бесследно.

Ян сразу поверил, что у него не было рака.

— Пойду… прибью того врача, который поставил мне этот диагноз и заставил напрасно нервничать, — в гневе воскликнул он, разговаривая по телефону с Ломсадзе, который находился в это время в Тбилиси.

— Сначала надо проверить, действительно ли рака не было, — посоветовал Автандил Алексеевич.

Ян — человек предусмотрительный: у него сохранился соскоб на предметном стекле, который взяли на анализ, когда ставили диагноз. Стекло с образцом ткани он вновь снес в лабораторию. Диагноз подтвердился: до сеансов Ломсадзе у Яна был рак кожи. Автандил Ломсадзе уже в семидесятые годы лечил рак.

О необыкновенном целителе знали в Китае, где издавна ценят тибетскую медицину. В плане расширения международных связей непосредственно к Автандилу Ломсадзе приехала делегация из Китайской Народной Республики. Познакомившись с его методом поближе и сразу оценив перспективность направления медицины, они предложили Ломсадзе на взаимовыгодных условиях обучать этому методу группу китайских врачей. В ответ Автандил Алексеевич сказал, что ему лично ничего не нужно, пусть Китайская Народная Республика предложит что-либо полезное его стране. Китайцы согласились, а пока они подумают, что конкретно могут сделать, пригласили Ломсадзе к себе в страну для ознакомления с условиями, которые они готовы ему предоставить.

Вскоре делегация от центра «Логос» во главе с Автандилом Ломсадзе вылетела в Китай. Встретили грузинскую делегацию радушно. Китайцы — народ гостеприимный и услужливый. Замечательной была встреча в городе Харбине с крупнейшей фирмой Северного Китая, занимающейся экспортом и импортом товаров. В мире всем известно, что Китай — небогатая страна, ввиду своего многочисленного населения, но советскую делегацию встречали на комфортабельном автобусе фирмы «Мерседес», что говорило об уважении к приглашенным. Сразу поехали в отель, из окна автобуса с интересом наблюдая за жизнью простых китайцев. В большинстве своем они были не особенно грамотными людьми, ведь в китайском языке несколько тысяч иероглифов. «Наверное, единственный народ, который не знает все иероглифы своего родного языка», — подумал Автандил Алексеевич и вслух громко сказал:

— Мао-дзе-Дун…

Он почувствовал, как все сидящие в автобусе напряглись, особенно представитель КГБ, непременно присутствующий в любой делегации, даже туристической группе, отправляющейся за границу.

— … единственный человек, который знал все иероглифы, — докончил свою фразу Автандил Алексеевич.

Все как-то облегченно вздохнули, а вместе с ними и представитель органов безопасности — ему совсем не хотелось проблем. Автандил Ломсадзе улыбнулся и, повернув голову к окну, продолжал смотреть на улицы Харбина.