Чтение онлайн

Регистратор Юля открыла дверь. На пороге стоял Сергей. Она его узнала с трудом, потому что улыбающимся его никто не видел. Молодой человек выглядел совсем другим. Лицо и руки без следов болезни. Что же привело его сюда?

— Я хочу снова лечь в стационар к Автандилу Алексеевичу. Я впервые так хорошо себя чувствовал все это время. Юля развела руками.

— Автандил Алексеевич в Москве. Через неделю у него назначены больные, мест, как всегда, нет… Но зачем вы хотите снова к нам лечь? Выглядите Вы хорошо.

— Хочу выглядеть так всегда. Не хочу, чтобы болезнь возвратилась. Автандил Алексеевич предупреждал, что обязательно надо долечиться: чем сильнее проявление болезни, тем медленнее она отступает.

Юля согласно кивнула головой:

— Хорошо, я запишу Вас, приходите через неделю.

Так Сергей снова оказался в стационаре у Автандила Ломсадзе. На этот раз он был куда терпеливее. Излишне говорить о том, чем закончилось его лечение. Из стационара Автандила Алексеевича все выходили здоровыми, а здоровье, как известно, — основа человеческого счастья.

Есть в жизни у человека период, о котором он всегда вспоминает с радостью, потому что это время всегда или почти всегда счастливое. Это детство. Коля был исключением из общего правила. Он счастлив не был, во всяком случае, до двенадцати лет. Дело в том, что он настолько сильно заикался, что когда пытался говорить, его не понимали ни в детском садике, ни позже в школе. На протяжении многих лет дети его дразнили. Он обижался, плакал, когда никто не видел, и совсем перестал разговаривать с окружающими, кроме, конечно, родителей. Друзей у него не было, а так хотелось иметь друга. Он все время проводил один, много читал. Но хотя и говорят, что книга — лучший друг человека, мальчик лучше других понимал, что настоящего товарища она заменить никак не может. Мама, переживающая за своего сына больше других, привела его в медицинский центр «Тибет».

— Как тебя зовут? — обратился Ломсадзе к двенадцатилетнему мальчику.

Заикание было настолько сильно, что с десяток секунд он был не в состоянии ответить. Затем, начав с «мычания», он сказал:

— Мм…мм…Коля…

Сидящая напротив него мама отвернулась и достала носовой платок из сумочки.

— А теперь не волнуйся, не торопись и расскажи немножко о себе: в каком ты классе учишься, чем увлекаешься, кем тебе в дальнейшем хочется стать…

Мальчик жалобно посмотрел на маму…

— Смелее говори, спокойно, у тебя получится.

Мальчик решился и… начал говорить гладко, свободно, без запинки, глядя на Автандила Ломсадзе широко открытыми глазами:

— Я учусь в шестом классе. Люблю читать книги, люблю смотреть телевизор и играть с котом Мурзиком. Кем я стану, пока не знаю, я не думал об этом. Я хочу, чтобы у меня было много друзей…

Коля говорил и говорил, он рассказал, что любит математику и физкультуру, не любит биологию… Он не мог остановиться, он впервые говорил так свободно. Мама не верила собственным ушам. Она сидела, боясь пошевелиться и помешать ему.

— Ну, вот, так хорошо говорить ты сможешь всегда, — сказал Ломсадзе. — Сейчас я тебе помог на время. Для того чтобы говорить так всегда, будете с мамой приходить на сеансы. И не пугайся, что первое время ты будешь продолжать заикаться. Постепенно в течение месяца-полутора ты начнешь говорить гладко и свободно, как сейчас.

Мальчик улыбнулся, глаза у него светились радостью.

— Мы будем приезжать, сколько нужно!! — воскликнула женщина.

Уже через месяц Николай начал говорить без заикания. Уходя из медицинского центра в последний раз, мама Коли сказала регистратору:

— Если бы мы знали раньше… Совершенно случайно удалось найти ваш центр…

10

Идет обычный прием посетителей. За столом в белом халате сидит Ломсадзе. Приходят, в основном, люди очень больные, с хроническими болезнями, с такими, которые, порой, видны с первого взгляда. Но вот входит среднего роста женщина приятной наружности, на вид здоровая. Автандил Алексеевич любезно приглашает ее сесть.

— Я Вас слушаю.

— Доктор, я хотела бы исправить свою фигуру. Убрать лишнее с бедер, да и ноги выше колен слегка толстоваты, на мой взгляд…

— Извините, но мы коррекцией фигуры не занимаемся. Омоложением органов — да.

— Что значит омоложение органов?

— С течением времени органы изнашиваются, стареют, как и кожа. Только кожу свою человек видит, а органы нет. У нас в медицинском центре Вы можете их омолодить. Ваше общее состояние улучшится — Вы это сами заметите.

— А кожа, доктор, кожа тоже помолодеет? Морщины исчезнут?

— Не все, конечно… Самое главное — Вы будете чувствовать себя значительно лучше.

— А выглядеть?

— Ну, раз чувствовать будете лучше, значит, и выглядеть будете лучше, — улыбнулся Ломсадзе.

Пациентка находилась в стационаре всего неделю. Как и обещал Ломсадзе, она почувствовала себя удивительно хорошо, в теле появилась какая-то необъяснимая легкость, как будто она помолодела лет на десять. Прощаясь с доктором, она сказала:

— Спасибо, Автандил Алексеевич, я чувствую себя великолепно. Результат превзошел все мои ожидания. Она неожиданно загадочно улыбнулась и добавила:

— Кстати, фигура у меня стала лучше, хоть коррекцией Вы и не занимаетесь.

Автандил Ломсадзе понимающе кивнул головой. Немудрено, что после этого случая в центр приезжали женщины, желающие стать моложе.

В поселок Песочный Ленинградской области приезжали отовсюду. Люди как-то узнавали о существовании центра «Тибет». Здесь лечились больные из Петрозаводска, Смоленска, Мурманска, из городов Прибалтики, в то время входившей в состав Союза, приезжали из Алтайского края, проделав нелегкий путь с пересадкой в Москве. Откуда люди узнавали адрес центра нетрадиционной медицины «Тибет», неизвестно, но они ехали сюда и ехали. Они знали, что здесь им помогут стать здоровыми, независимо от того, каким недугом они страдают. Поразительней всего было то, что профессор Ломсадзе лечил еще и то, на что не успел или забыл пожаловаться больной. А когда кто-нибудь заговаривал о своем больном родственнике или знакомом, перечисляя его недуги, через некоторое время с удивлением убеждался в том, что тот, о котором он говорил, чувствует неожиданное облегчение, не понимая причины этого улучшения. Уникальный метод Ломсадзе помогал человеку просто, без лекарств и видимых для себя и окружающих усилий поправляться. Сам процесс лечения оставался вне понимания пациентов, но они убеждались в эффективности этого метода на собственных примерах.

Вспомним болотную тишь размеренной жизни брежневских времен. Урывая самиздатовские сливки литературы о самопостижении: «Змеиная сила» Артура Авалона, «Пути в иные измерения» Вольфа, «Господин Гурджиев» Успенского и т. п. — интеллигенция в больших городах самоутверждалась. От штудирования подобной литературы усиливалось эгоистическое чувство собственной элитарности. Каждый из ищущих, в тишине ночи, наедине с собой думал о постижении истины, а главное, приобретении некой силы воздействия на окружающих.