Чтение онлайн

Увидев, что собирается бросить в свой котел Лонгботтом, я заорала на весь класс:

– НЕВИЛЛ! Убери руку от котла!

Гермиона вздрогнула (да и не только она) и, взмахнув рукой, задела Невилла. Черт! Иглы дикобраза вылетели из руки мальчика прямо в булькающее варево, а в следующий миг аудиторию заполнил едкий густой вонючий дым, от которого все тут же начали кашлять.

Снейп сказал пару заклятий, и все рассеялось, а потом добрых десять минут кричал на Лонгботтома, объясняя всю степень идиотизма последнего и причиненного ущерба (расплавленный котел). Отняв у Гриффиндора десять баллов, профессор велел Дину и Симусу отвести Невилла в больничное крыло (того здорово ошпарило) и возвестил о конце урока, напоследок обозвав нас очередным табуном идиотов Хогвартса.

– Рон, подожди меня в коридоре, – попросила я, пытаясь впихнуть толстый учебник в сумку.

Уизли с интересом посмотрел на меня, но задавать вопросов не стал, тихо прикрыв за собой дверь. В кабинете остались только я и Снейп. Тяжело вздохнув, присела на корточки и стала собирать листья крапивы и змеиные зубы вперемешку с иглами дикобразов, просыпанные Невиллом.

– Поттер, что вы делаете? – через минуту поинтересовался декан Слизерина.

– Убираю, сэр, – констатировала я очевидное. – Это моя вина, что он просыпал иглы в котел. Мой крик напугал Гермиону, и она толкнула его.

– Это вина невроза Грейнджер и скудоумия Лонгботтома, – скучающим тоном поправил Снейп. – Вы пытались предотвратить порчу школьного имущества. Что именно сделал неправильно Лонгботтом?

– Нельзя добавлять иглы, если котел стоит на огне, – пробормотала я.

– Три балла Гриффиндору за проявление совершенно нелепых качеств, сопутствующих отбору на этот факультет, и еще по два балла за ваше зелье и зелье Грейнджер. И в следующий раз, Поттер, если вы будете подсказывать Уизли, я назначу вам отработку. И не смотрите на меня столь омерзительно слащаво. Ivanesco!

Испорченный котел и ингридиенты исчезли, и я быстро поднялась на ноги, поправляя мантию.

– А теперь вон отсюда, Поттер, – посоветовал Снейп, усмехнувшись.

– До свиданья, профессор! – жизнерадостно ответила я, замечая искорки смеха в темных глазах. Чем-то я его позабавила. Может, своими “глупыми качествами”, присущими Гриффиндору?

Так или иначе, я повесила сумку на плечо и выскочила в коридор.

– Ты чего так долго? – проворчал Рон, когда мы уже поднимались из подземелий.

– Да, кое-что спрашивала, – уклончиво ответила я, внимательно смотря под ноги (эта лестница была полна исчезающих ступеней).

– А, – кивнул Уизли. – Ладно, нам осталось две трансфигурации и свобода! Выходные!

– Наши первые выходные в Хогвартсе! Что будем делать? – заразилась я энтузиазмом друга.

– Спать! – выпалил Рон, и мы засмеялись. – А еще, в субботу вечером отбор игроков в команду по квиддичу!

– Значит, мы идем болеть за близнецов, – кивнула я. – А еще Флитвик задал сочинение на понедельник.

– Ой, не порть мне праздник, а? – попросил Рон. – Только что пережили зельеварение, в конце концов!

Я захихикала и в приподнятом настроении просидела всю совместную со слизеринцами (пятница – проклятый день, не иначе) трансфигурацию. К концу занятия моя зубочистка наполовину превратилась в иголку, что профессор МакГонагалл назвала прогрессом, а у Рона получилась заостреная щепка с ушком.

У Большого Зала нас ждали Рыжики и Тео, но мы были такие голодные, что, едва поздоровавшись, потащили их за стол.

– Ну, что? Как зельеварение? – поинтересовался Теобальд, когда я приступила ко второму.

– Супер, – честно ответила я, поливая кетчупом картофель.

– А Снейп? – недоверчиво спросил Нотт.

– Он классный!

Фред, сидящий напротив, поперхнулся.

– Прости...

– ... что?

Пока я с аппетитом жевала, Рон в красках рассказал им о нашем уроке.

– Надо же, – присвистнул Тео и посмотрел на стол преподавателей, где Снейп разговаривал о чем-то с МакГонагалл.

– Кто бы мог подумать, что сальный хрыч так расщедрится, – пробормотал Джордж. – Нам с Фредом он в среду назначил отработку у Филча.

– За что? – округлила я глаза.

– Мы подбросили хлопушку в котел Уорингтона, – гордо похвастал Дред.

– А что он сделал? – полюбопытствовал Рон.

– Родился, – буркнул Тео и как-то странно переглянулся с близнецами.

Очевидно, настоящей причины они говорить не хотели. Решив, что позже все выведаю у Нотта, я глянула на часы на его руке.

– Ой, идемте! Опоздаем к Хагриду!

Мальчишки поднялись следом за мной и привычной процессией (Тео, я между Рыжиками, Рон – замыкающий) мы вышли из замка.

– Хорошая погода, – отметила я, сощурив глаза от яркого солнца.

– Самая квиддичная, – сказали близнецы.

– Волнуетесь? – спросила я, намекая на завтрашний отбор.

– Не-а, просто...

– ... покажем, что умеем! – мотнули головами Уизли.

Я улыбнулась, глядя, как переливаются в свете солнца их рыжие волосы.

– Ты чего? – спросил Джордж.

– Ничего, настроение хорошее! – бойко ответила я и пошла вприпрыжку, радуясь, что надела кроссовки.

– Еще бы два хвостика, и смотрелось бы шикарно, – ехидно протянул Тео, обернувшись.

Вместо ответа я показала ему язык, на что Рыжики захихикали, а потом, переглянувшись между собой, запрыгали со мною вместе. Повторно обернувшись, Тео, не удержавшись от такой картины, захохотал, согнувшись пополам. Позади слышался смех Рона, а наша тройка попрыгала вперед, пока, наконец, не остановилась перед хижиной.

Дом лесничего находился на опушке Запретного леса и был окружен грядками буйно растущих тыкв. Из маленькой трубы на крыше потягивало сизым дымком, а из раскрытого окна доносился мотив какой-то веселой песни и собачий лай.

Взбежав по деревянным ступенькам террасы, я постучала в дубовую дверь. Через секунду она распахнулась, и перед нами предстал Хагрид, закрывающий собой весь проем и волкодав, весело машущий хвостом.

– Привет, Хагрид! – поздоровались мы.

– Здарова, ребята! Как жизнь? Ну, проходите-проходите! У меня и чай уже вскипел, значица! А это Клык, вы осторожно, а то слюней от него не оберете.