Чтение онлайн

Фред передал меня Джорджу и второй тоже закружил, благодаря.

– Да ничего я не делала! Только верила, что у вас все получится! Тео, скажи им!

– Нет, Тео…

– … молчи! – отменили мою просьбу Рыжики.

– Это все ты…

– … потому что не могли же мы…

– … разрушить твою веру в нас?

Джордж, наконец, поставил меня на землю, и пришлось схватиться за его плечо, чтобы не упасть:

– Ох, голова закружилась… Думайте, что хотите, я все равно за вас рада!

– Какие вы сейчас милые… – язвительно протянул Теобальд.

– И это нам говорит Нотт с венком на голове? – возмутились близнецы.

Взглянув на Тео, забывшего снять труд рук моих, и сейчас изумленно приоткрывшего рот, захохотала и окончательно повисла на Джордже, истерично всхлипывая. Чем больше пыталась остановиться, тем больше усиливался смех и, в конце концов, ко мне присоединились все мальчики.

– Ой, как смешно, – выдавил Теобальд, но съехидничать помешал его собственный смех. – Между прочим, Кейт собирается сделать нам всем по такому.

– О да… Представьте: входим мы в Большой Зал в венках и торжественно несем Снейпу лютню, а Кейт в это время посыпает дорогу лепестками, – выдал Рон.

Мы все в шоке посмотрели на него, и Рыжики одинаково присвистнули:

– Вот это фантазия, братец!

После этого все слегли в повторном приступе, в красках представив описанное Рональдом. До замка мы добирались, все еще смеясь и сочиняя полнейшую околесицу от «церемонии вручения лютни» до подарка венков остальным преподавателям.

К тому времени, как мы дошли до башни, у меня от улыбки сводило рот, но я ничего не могла с собой поделать. Даже не знаю, было ли мне когда-нибудь так весело. Хотя, нет. Знаю. Никогда.

– Ребята! – бросился нам навстречу Невилл.

– Привет, Невилл, – кивнули мы с Роном.

– Как ты? – участливо спросила я, все еще чувствуя себя виноватой за то, что его ошпарило на зельеварении.

– Хорошо, спасибо, мадам Помфри вылечила все за пять минут! Правда, я так переволновался, что она оставила меня у себя на сутки… А сейчас я подошел и не могу вспомнить пароль… – грустно закончил Лонгботтом.

– Пароль: «Свиной пятачок», – подсказала я, крепко стиснув руку Фреда, уже собирающегося сказать что-то остроумное. – Ты извини, это из-за меня вчера все так получилось…

– Нет-нет! – замотал головой мальчик, подходя вместе с нами к портрету Полной Дамы. – Я просто слишком неловкий… Бабушка всегда говорит, что из хрупких вещей мне можно доверить только чугунный котел… А выходит, и этого нельзя….

Теперь мне пришлось сжать руку Джорджа и грозно посмотреть, чтобы точно не вздумал шутить над Невиллом.

– Свиной пятачок! – четко сказал Теобальд, и портрет отодвинулся, пропуская нас.

– Ну, ты не переживай, Невилл. Я вот тоже неуклюжая, вечно что-то с моими очками не то происходит. То уроню, то поцарапаю...

– Ладно, спасибо, что помогли пройти. До встречи, – поник Лонгботтом и направился в спальни мальчиков.

– Не смейтесь над ним! – посмотрела я на друзей.

– Ну, кто виноват, что он такой растяпа? – развел руками Фред.

– Это же кладезь для шуток! – поддержал Джордж.

Я посмотрела на Тео.

– Действительно, парень просто ходячий цирк, – не оправдал моих надежд Нотт. – Зашуганный своей бабушкой, неуклюжий, робкий… Будто сын профессора Квиррелла, честное слово.

– Сын профессора Квиррелла? – переглянулись близнецы, и вся четверка мальчишек прыснула.

– Еще бы заикание и тюрбан, и вылитый он! – добавил Рон.

Я сузила глаза и, ничего не сказав, пошла в свою спальню.

– Кейт! Ты куда? – позвал меня младший Уизли.

– Смейтесь над Невиллом, если хотите, я в этом не участвую.

– Да чего ты так заступаешься за Лонгботтома? Влюбилась что ли? – вскипел Фред.

Я резко повернулась к ним:

– Нет, не влюбилась, Фредерик Уизли, – тихо и холодно произнесла я, отмечая, как от этого тона с лиц друзей исчезла тень улыбки. – Ты никогда не был жертвой насмешек, а надо мной в магловской школе издевались три года. «Эй, смотри, идет шрамированная Поттер!» – передразнила я своих бывших одноклассниц. – «Эй, шрамоголовая!» Обхохочешься, да и только!

В носу защипало от слез, готовых вот-вот вырваться наружу, и я опрометью бросилась в спальни девочек, не реагируя на выкрики Уизли и Нотта. Залетев в комнату, завалилась на кровать и тут же задернула полог, скрываясь от любопытных глаз Парвати и Лаванды, играющих в карты за столом. Гермиона, насколько успела заметить, читала какой-то учебник, опираясь на подушку у себя на постели.

Сняв очки и скинув кроссовки, я обняла подушку и свернулась клубочком. Слезы, словно почувствовав, что их больше ничего не держит, полились из глаз, тут же впитываясь в наволочку. Не знаю, почему плакала. В конце концов, мне ребята ничего такого не говорили. Только не приняли всерьез, когда мне действительно это понадобилось. Возможно, я плакала, потому что мне было обидно за Невилла и за себя. Вспомнив все издевки, к большинству из которых приложил руку Дадли, не сдержалась и зарыдала еще громче, кусая подушку.

– Кейт, у тебя все хорошо? – послышался встревоженный голос Гермионы.

Ага. Все здорово.

– Да, все супер, – выпалила я на одном дыхании, опасаясь новых всхлипов.

– Как-то не похоже, – не отступила соседка.

– Да отстань ты от нее! – вступилась за меня Парвати. – Разве не понятно, что она плачет и ни с кем не хочет разговаривать?

Ой, класс. Через час весь Гриффиндор будет знать, что Поттер рыдает у себя в спальне. А через два – весь Хогвартс и его окрестности.

Словно прочитав мои мысли, Гермиона предложила:

– Давайте сделаем что-то вроде солидарного соглашения?

– Чего-чего? – переспросила Браун. – Грейнджер, ты переучилась?

– Нет, Лаванда. Вот представь: плачешь ты по какой-то причине и не хочешь, чтобы об этом кто-то узнал, а я, допустим, слышала твои рыдания. Захочется тебе, чтобы я все растрепала кому-нибудь?

– Э… нет, наверное, – осторожно ответила Лаванда.

– Вот я и предлагаю, заключить между нами всеми такое соглашение. Вношу первое предложение: мы не рассказываем никому личное друг друга. Все, что касается этого, так и остается между нами. Хорошо? – бойко затараторила Гермиона.