Чтение онлайн

– Что это было? Что это было? – выдыхала я, хватаясь за его рукав. Животные притихли, и мой голос казался ужасно громким.

– Они забрали его. Воздух, - прошептал он в мои волосы. – Они играют, хотят нас запугать.

Они. Призыватели. Меняли понемногу природу, чтобы запугать. По спине пробежал холодок.

– Они здесь? – прошептала я. Теплым здесь был только Гарейн.

Он покачал головой, блуждая взглядом по окрестностям.

– Они не могут быть здесь, да и не должны. У них амулеты.

– Это была игра? Тарнек задыхался? Гарейн, клянусь, тьма поглотила бы меня! – я потянула за его рукав, чтобы он посмотрел на меня.

– Ты видела их пустоту, - Гарейн взглянул на меня. Он был слишком близко, а руки крепко держали меня. – Они могут запугать, но не могут уничтожить Тарнек, пока не разрушат амулеты. Суди сама. Вреда нет. Огни и свечи можно зажечь снова.

– Ты так говоришь, словно может быть что-то хуже.

Так и было. Гарейн тихо прошептал:

– Как чувствуют Стражи, так и Призыватели чувствуют Стража. Ты ощущаешь все острее, слышишь, видишь, чувствуешь глубже, чем остальные. И эта чувствительность помогает Призывателям найти Стража, - он убрал с моего лица прядь волос. – Они нашли тебя.

Какая чувствительность, когда я сама кричала свое имя с холма? И Призыватели шептали в ответ: «Вот ты где…». Я взглянула на него, лунный свет очерчивал его хмурое лицо, воздух покалывал.

– Я привела их сюда. После вчерашней поездки.

– Я говорил, что это опасно, - Гарейн вдруг словно вспомнил, что должен помочь остальным. Он отпустил меня и прислонил к стене. – Стой здесь, - приказал он и исчез в саду. Я слышала, как он говорил с другими на поляне, похоже, с Брантом и Лореном. Слова было слышно нечетко, но голоса их были тревожными, и я представляла, о чем они говорят. Нашлась я, и теперь все в опасности. Король сказал, что Призыватели будут использовать людей, что мне дороги.

Я прижала колени к груди, обхватив их, сдерживая ужасные мысли. Вокруг меня в комнатах зажигался свет свечей. Я чувствовала запах огня в камине…

Словно видение ужасного пророчества, огонь появился перед моими глазами, яркий, как солнце. Слышались крики, топот ног по мощеной площади. Мне было холодно, хотя вокруг горело пламя. Языки огня двигались, а затем расступились, показывая мне колодец в центре площади. Я знала это место, хотя от пожара камни на площади почернели. Мерит…

Видение резко оборвалось, Гарейн сжал мое плечо, вернувшись. Я взглянула на него, все еще пораженная видом этого пламени. Его красивые глаза потемнели.

– Как ты? Ты была… - он отпустил мое плечо и взмахнул рукой, а я вскрикнула, второе видение нахлынуло на меня.

Холодная и ужасная боль пронзала меня. Здесь было темно, лишь где-то вдали горел огонек. Я ползла к нему, кривясь от боли, пока не поняла, что огонек был сияющим шаром, обернутым черной тканью. Еще ближе, и шар оказался с тонкими золотыми, синими и зелеными нитями на поверхности. Амулет жизни, хрустальный шар. Я подняла руку. Вдруг черная полоса разбила его свет пополам, появлялись другие полосы, закрывая тьмой поверхность, пересекаясь, плетя паутину из мрака. Свет угасал, терял силу, а тело болело, и я не могла дышать…

– Ларк! – Гарейн снова схватил меня за руки, поднимая меня на ноги. Я открыла глаза и непонимающе смотрела на него. – Где ты была? – спросил он, встряхивая меня. – Ты звала его! Шар!

– Ты остановил их, - выдавила я, задыхаясь. – Как ты их остановил?

– Остановил что? – у него лопнуло терпение.

– Ты! Ты влияешь на видения! – крикнула я, от Взора было плохо.

Глаза Гарейна расширились, посветлев. Он смотрел на меня какое-то время, а потом на свои ладони, что обхватывали мои руки.

– Я влияю на тебя, - тихо сказал он. И отпустил меня.

Я съехала по стене. Гарейн опустил руки, хотя не разжал кулаки. И осторожно сказал:

– Ты сказала, что видела шар. И что они пытаются его уничтожить.

Я судорожно вдохнула.

– Черные полосы покрывали его, он угасал…

– Хукон, - перебил он.

Я кивнула, голова закружилась.

– Где он был? Где был шар? – Гарейн вел себя грубо, он не мог сдержать желания уцепиться за подсказку.

Я поежилась, ничего не понимая, на меня накатывали волны тошноты.

– Как я должна…?

– Что ты видела?

– Не знаю! Там было темно и холодно. Тряпка. Свет угасал…

– Что еще? – не унимался он. – Ларк, думай! Что еще…?

– Я не видела ее! – я схватилась рукой за колонну. – Если ты это хочешь знать, то я не видела Эрему, - плющ окружил меня. – Мне плохо.

Гарейн закрыл рот и взял меня на руку. Он привел меня к пруду.

– Сядь, - сказал он, не церемонясь, и я послушалась, рухнув на каменную ограду. Он взял тряпку, которой завязывал раньше мои глаза, намочил ее и, подняв мою руку, прижал ее к запястью, где бился пульс. – Подержи ее так немного, потом приложи к другой руке, - он повернулся и направился к кустам, а пришел с охапкой роз-колокольчиков.

– Дыши, - сказал он, поднося цветы к моему лицу.

– Я помогу, Гарейн, - Илона с Дартеном появилась из темноты. Если бы я не была в таком состоянии, то заметила бы, что в саду полно людей. Они были повсюду.

Гарейн передал цветы ей и отступил, прошептав что-то о моем видении. Теперь я видела только милую Илону, а она мягко сказала:

– Закрой глаза, Ларк, - я послушалась, а она прижала ладони к моим вискам, словно бабушка. И головокружение отступало в ее ладони, все еще сжимающие розы. Она отпустила мою голому и отряхнула с ладоней сгнившие цветы.

Я с благодарностью взглянула на нее.

– Ты целитель, - прошептала я. Это не должно было так меня удивить. – Спасибо, - мне стало лучше, хотя жужжание не унялось, оно покалывало виски. Илона, видимо, тоже это почувствовала, рука ее дернулась к уху, но она все же прижала ладонь к моей голове.

Она нежно пригладила мои волосы и спросила Гарейна:

– Они знают, что она здесь?

Гарейн кивнул, и Дартен низким голосом сказал:

– Времени мало.

– Тогда идем, - Гарейн взглянул на меня. – Не ты, Ларк. Всадники.