Чтение онлайн

— Вещай, Кошка, — коротко кивнул Торрелин, откидываясь всем своим мощным телом на спинку стула и уставившись на меня своими темными глазами.

Он словно слегка остыл, услышав меня, и я перевела дух. Амдир тоже с одобрительным любопытством смотрел на меня, а Вистра поставила локти на стол и уложила подбородок на сложенные ладони.

— Я подумала, — несколько неуверенно начала я, — что мы с вами… очень разные. Учитывая всю эту ненависть между расами, очень странно, как мы так смогли сойтись. И было бы интересно как-то это… м-м-м… показать или обыграть. И я придумала такую штуку… модель нашей системы.

Я взяла лист бумаги, карандаш и принялась рисовать. В центре расположила нашу звезду Игенру, вокруг которой вращались планеты. Вокруг неё я нарисовала четыре разных овала, расположив их в порядке увеличения.

— Вот Инегра. Вот эти овалы — это орбиты планет. Нужен какой-то переход, который будет передавать электричество от звезды к планетам вот по этим палочкам.

С этими словами я соединила овалы короткими палочками.

— А на каждой обрите поставим планету.

Теперь каждый овал обзавелся небольшим кругляшком.

— Надо просто сделать их так, чтобы электричество от звезды передавалось на орбиты, а от них его получали сами планеты, которые будут вращаться как положено.

Я выдвинула лист на середину, и мои друзья склонились чуть ближе, рассматривая мою простенькую схему.

— Интересная мысль, — задумчиво протянул Торрелин. — И действительно символично.

— Вы будете смеяться, — усмехнулся Амдир, — но я тоже собирался предложить что-то в этом роде. Только я предполагал, что какой-то источник энергии будет внутри каждой «планетки».

— Но ведь орбиты всё равно нужно будет соединить и закрепить, они же не будут висеть в воздухе, — справедливо возразила Вистра.

— Да, верно, — кивнул фригус.

— Значит, мы вот так быстро всё решили? — Торрелин приподнял бровь, оглядывая нас.

Мы втроем переглянулись и невольно заулыбались. Кто бы мог подумать, что эта задача решится так просто? Я готовилась с длительным спорам и рассуждениям, а тут… Первая же высказанная мысль — и так единогласно одобренная? Разве так бывает?

— Дайте мне несколько минут, я хочу кое-что проверить, — попросил Амдир, раскрывая ноутбук.

Никто не стал спорить, и Амдир тихо уткнулся в экран. Вистра мечтательно смотрела куда-то в воздух, иногда переводя не менее мечтательный взгляд на сосредоточенного фригуса, Торрелин расслабленно покручивал в руках свои магнитные шарики, а я просто сидела, рассматривая свой рисунок, и гадала про себя: что будет со мной дальше? Ещё совсем недавно я не думала, даже не представляла, что когда-нибудь окажусь в космосе — и вот я здесь, летаю на корабле Астрокварте среди столь любимых мною звезд. А в конце года я даже должна буду посетить другие планеты, как обещал наш куратор, господин Амбер. А что будет со мной дальше?.. Я не знала, и завеса тайны перед моим будущим казалась такой притягательной…

Резкий звук выдернул меня из мыслей. За стеллажом, где тоже располагался стол, кстати, куда больше нашего, кто-то шагал, двигал стульями и негромко переговаривался. Мы дружно скривились: мы сели в самый дальний угол как раз для того, чтобы нам никто не мешал, а тут пришли какие-то гении шуметь…

— Думаешь, никого здесь нет? — раздался из-за книг чей-то довольно мрачный, но совершенно незнакомый голос.

Вистра широко улыбнулась, да и я слегка хмыкнула. «Никого нет» в количестве аж четырех штук в метре-другом от вас!

— Если и есть, их проблемы, — жестко отозвался другой голос. — Если вдруг кого засечем, просто оставим в теле пару лишних дыр ножом, в библиотеке камер нет.

Я продолжала слабо улыбаться, но мне стало слегка не по себе. Пару дыр? Ножом? Это же значит не то, о чем я подумала?..

Вистра тоже напряглась, вжавшись в спинку стула. Амдир поднял голову, его глаза были непривычно широко распахнуты. Торрелин, сидевший как раз спиной к книжному шкафу, просто замер, сжав свои игрушки в кулаке с такой силы, что все мышцы на его руке стали особенно четкими, а вены — словно высеченными из мрамора прямо поверх кожи.

Видимо, схожие мысли овладели всеми нами.

— Фу, как жестоко, — презрительно отозвался третий голос. — Может, хотя бы сейчас постараемся обойтись без крови?

— Как получится, — флегматично ответил четвертый.

Черт возьми, сколько их там?! И зачем вообще какая-то кровь?!

Я на всякий случай прикусила губу и стала дышать медленнее и тише.

— Да ладно, до полуночи осталось минут 10, все студентики уже спят по своим кроваткам, — неприятно хохотнул тот, который предлагал делать ножом «лишние дырки». — Никого тут быть не должно.

Я осторожно коснулась своего браслета, включая функцию часов. Незнакомец не лгал: до комендантского часа в самом деле оставалось немного времени. Точнее, 12 минут, и если бы мы помчались к комнатам прямо сейчас, то успели бы добраться вовремя. Но сейчас я бы ни за что не вышла из нашего скромного закутка. Судя по напряжённым взглядам моих товарищей, они мое опасение разделяли. Торрелин даже жестко качнул головой, словно запрещая.

— Тогда начнем?

— Да, давайте уже. У меня больше нет идей, как убить чертову семейку Императора этого чертового Громариса, чтоб его вулканами взорвало наконец!

Вулкан в лице нашего ингиса чуть не взорвался прямо здесь и сейчас. Лицо Торрелина исказилось даже не злостью, а откровенной яростью, мышцы напряглись не только на руке, но и по всему телу. Нет-нет-нет, пожалуйста, сиди, не шевелись!..

Я вцепилась в его руку, заглядывая в глаза и взглядом стараясь остановить. Кожа у парня была горячей-горячей, словно он в самом деле искрился настоящим огнем. Амдир, тоже вовремя заметивший намечающуюся проблему, ухватил Торра за плечо, придавливая к стулу.

На пару секунд он прикрыл глаза, чуть подрагивая от бешенства. Потом медленно-медленно, но тихо вздохнул, раз, затем другой. Его тело чуть-чуть расслабилось. Он коротко кивнул, показывая, что пришел в норму, и мы его отпустили. Он откинулся назад, напряженно прислушиваясь. Мы, впрочем, тоже.

— К слову, младший императорский сынок как раз здесь, на корабле! Учиться прилетел, умный какой! — кто-то из этих странных незнакомцев неприятно расхохотался.

А Торрелин мрачно, очень-очень зло улыбнулся. Это была первая его улыбка, которую я увидела.