Чтение онлайн

– Я уже не в том возрасте, чтобы бежать под защиту родителей, – как можно непринужденнее улыбнулась Рита. – Так что можешь играть в интриги мадридского двора сколько твоей душеньке угодно!

– Как мне поступать, я и без тебя знаю! – снова усмехнулась Шура. – Ты пойми, у меня есть друзья: Люська, Носкова Кира... Да та же Ванилка из твоей группы! А главное – у меня есть Матюша. – При этих словах лицо Шуры на мгновение сделалось нежным, но потом на него снова вернулось прежнее выражение цинизма. – И все они готовы прикрыть меня, если что! И кстати, все тебя ненавидят...

– За что? – потрясенно спросила Рита.

– Да за то, что ты не такая, как мы! А у тебя кто? Твоя Надька? Да она собственной тени боится, куда уж ей против нас!

Внезапно Рите показалось, что весь этот абсурдный разговор – лишь тяжелый кошмар, навалившийся на нее после трудного дня. Надо только сделать усилие над собой, быть может, перевернуться на другой бок – и дурной сон сменится хорошим, наполненным пением птиц и журчанием ручьев... Девушка даже тряхнула головой, точно отгоняя наваждение, однако неприятная реальность никуда не исчезла.

– Знаешь что, Шура, – устало проговорила Рита, – несмотря на все твои светские похождения, у тебя, по-моему, очень скучная жизнь!

– У меня?! Ха-ха! – хмыкнула младшая сестра.

– Да-да! Иначе ты не развлекалась бы игрой в мексиканские страсти... Слушай, ты спала весь день, а я очень устала. Если ты мне уже все высказала, может, уйдешь, и я прилягу.

– Я уйду, – театрально провозгласила Шура, неловко поднимаясь из кресла. – Но имей в виду, что ни одно мое слово не говорится на ветер! Потому что Матюша мне объясняет, как...

Но Рита уже не слышала ее, Рита спала.

...Она проснулась от задорного щебета птиц; солнце, затопившее комнату, ярко сверкало на безоблачном небе. И девушка, в первый момент радостно улыбнувшаяся новому дню, внезапно сообразила, что оно стоит слишком высоко.

«Проспала!» Последние остатки сна мгновенно покинули Риту; проворно соскочив с кровати, девушка бросилась в ванную комнату, а затем принялась судорожно одеваться. За все четыре года, которые Рита проучилась в университете, подобного конфуза с ней еще не случалось!«Может быть, если поспешу, успею на последнюю пару», – лихорадочно думала Рита. Пулей бросившись к лифту, она едва не сбила с ног поливавшую украшавшие стену вьющиеся растения Тосю.

– С добрым утром, – приветливо пожелала горничная.

– Ты шутишь, Тося! День на дворе! – досадливо бросила Рита.

– Зоя Петровна велела передать, что завтрак на столе, – улыбнулась Тося.

– Тосенька, мне страшно некогда. Убери со стола, пожалуйста, я завтракать не буду, – бросила Рита, входя в стеклянную кабину лифта.

Однако, спустившись вниз, девушка обнаружила, что в столовой собралось целое общество: за большим овальным столом пили чай мама, Зинаида Степановна и Мария Семеновна. Поодаль от остальных, опустив нос в чашку, с мрачным видом сидела Шура. При виде сестры Рита вспомнила происшедшее ночью; первым побуждением девушки было сказать сестре резкость, но Рита тут же опомнилась и, поздоровавшись со всеми, хотела было пройти через столовую. Не присаживаясь за стол.

– Риточка, куда же ты? – окликнула дочь Зоя. – Тебе нужно поесть!

– Спасибо, мама, но я и так опоздала...

– Еще бы! – сочувственно покачала головой Зоя. – Ты так устала вчера!.. Знаешь, я думаю, что не случится никакой беды, если вы с Шурой пропустите один день. В конце концов, ты сможешь переписать конспекты у Нади.

«А Шурка все равно пропустила столько, что один лишний день никакой роли не играет», – поняла невысказанную матерью мысль Рита; слова матери показались девушке разумными, и, хотя мысль о прогуле неприятно царапала Риту, девушка послушно села рядом с сестрой.

– Сегодня вы с Шурой отдохнете, – продолжала развивать свою мысль Зоя. – А завтра вместе поедете в университет. Рита! Ты не забыла, что сказал папа? Мы с ним очень просим тебя каждый день возить сестру на своей машине в университет и обратно!

Рита согласно кивнула. «Может быть, это даст мне возможность как следует поговорить с Шуркой, а то она все время от меня ускользает!» – решила девушка. Но тут до сих пор отрешенно молчавшая Шура подняла голову и плаксиво возопила:

– Чего это еще? У меня и своя тачка есть!

Мать выразительно показала глазами на соседок – обсуждать поведение Шуры и ее посещаемость занятий при посторонних, конечно, не следовало. Гостьи догадливо переглянулись, и Мария Семеновна, очевидно желая сделать вид, что ничего не заметила, спросила Зинаиду Степановну:

– А какой памятник вы собираетесь поставить?

– Простую белую плиту, – сообщила старушка. – Сегодня и съезжу в похоронное агентство, закажу.

– Я тут видела на шоссе магазин, в котором продаются садовые скульптуры, – сказала Мария Семеновна. – Может быть, уместнее будет не могильная плита, а, допустим, греческая колонна? Знаете что, давайте съездим туда и выберем! – воодушевилась женщина. – Риточка! Вы же у нас без пяти минут искусствовед! Поехали с нами? Ваше мнение будет решающим при выборе памятника!

– Да, у Риточки безупречный вкус! – поддакнула Зинаида Степановна. – На ее выбор можно положиться!

Шура насмешливо фыркнула.

– К сожалению, дорогие соседки, – проговорила Зоя, прежде чем Рита успела ответить хоть слово, – сегодня вечером мы ожидаем гостей. И девочки будут нужны дома. Не обижайтесь, Зинаида Степановна, но я пригласила своих институтских друзей с семьями. Согласитесь, что, при всем уважении к вашему горю, отменить приглашение было бы неудобно!

– Ну что вы, я и не думаю обижаться, – ответила старушка.

Однако среди присутствующих все-таки был человек, которого смертельно обидел этот ни к чему не обязывающий разговор, – разумеется, им оказалась Шура. Еле дождавшись, когда соседки напьются наконец чаю и уйдут, девица во весь голос крикнула прямо в лицо матери:

– Я не хочу, чтобы мне указывали, что я должна делать! Не хочу, чтобы Ритка мной командовала! И видеть твоих дурацких знакомых я тоже не хочу!

– Шура! – строго произнесла Зоя Петровна. – Ты совершенно распустилась!

– Это по-твоему!

– А сама ты, наверное, считаешь, что ведешь себя как светская львица? – поддела сестру Рита; Шура бросила в ее сторону дикий взгляд.

– Имей в виду, – еще строже сообщила младшей дочери Зоя, – у нас с отцом был серьезный разговор о твоем поведении. Если ты не пожелаешь взять себя в руки добровольно, мы примем жесткие меры!

– Да ничего вы не сделаете, я уже взрослая! – пожала плечами девица.

– Во-первых, отныне никаких карманных денег. Ни гроша! – подчеркнула мать. – Во-вторых, одна из дома больше ни ногой! Ну и, наконец, когда закончатся занятия в университете, ты поедешь...