Раскоп у Волчьей сопки
Шрифт:
Страх не отпускал. Вера перестала раскачиваться, замерла и долго не решалась сдвинуться с места. Ей казалось, что даже дыхание слишком шумно вырывается из груди.
Когда первый шок прошёл, Вера развернула спальник, набросила его на себя сверху, спряталась в нём, как в домике. Включив фонарик, она взяла блокнот. Чтобы убедиться в реальности происходящего, написала пару строк, сумбурно описывая прошедший день. Вгляделась внимательно в записи. Строчки тесно лепились друг к другу, они существовали. Вера перелистнула страницы и, сама не зная зачем, стала читать дурацкую детскую считалочку, которую Алла выдавала за заговор. Она читала, пока не выучила строчки наизусть. Это действие успокоило её. Вера полистала страницы ещё и вдруг подумала про Сашу.
«Он не знает, что по лагерю бродит Алла. Кем бы она теперь ни была».
К леденящему чувству ужаса присоединился страх за Сашу.
«Куда теперь пошла Алла? И что вообще ей надо?»
Вера отложила блокнот, выключила фонарик, прислушалась. Снаружи было тихо. Преодолевая страх, высунула голову из палатки. Поляну заливал серебряный лунный свет, как в ту ночь на раскопе. Можно было разглядеть каждую ветку на соседней сосне. Алла ушла. Вокруг царила тишина, даже ветер смолк. Вера полной грудью втянула свежий ночной воздух и мысленно сказала себе: «Ну всё. Не дрейфь!»
Она вылезла наружу и пошла крадучись, стараясь ненароком не наступить на какую-нибудь ветку. По пути к Сашиной палатке Вера услышала странные звуки, замерла. Из самой большой палатки, где жили трое парней, доносилось еле слышимое причмокивание. Вера осторожно приблизилась, присела за стволом сосны и затаилась. В палатке явно что-то происходило. Брезентовый бок её чуть подрагивал от движения. Несмотря на тёплую летнюю ночь, Веру пробрал озноб. Различить что-либо внутри не удавалось. Тут Верино внимание привлекло движение у полевой кухни. Поодаль, за навесом, двое слились в страстном поцелуе. Вера, как могла, тихо попятилась, стараясь спрятаться меж деревьев за палатками. Прижавшись к земле и обняв шершавый ствол, она смотрела во все глаза. В лунном свете два силуэта прижимались друг к другу. Рыжие волосы девушки закрывали лицо парня. Вера узнала Сашину ветровку. Сердце её замерло, пропустило удар.
Парочка чуть повернулась, и Вера по фигуре поняла: это Виталя. Он как-то странно обмяк в объятьях Аллы, опустил голову набок. Вера наконец разглядела, что Алла прижималась не к губам парня, а к шее. От увиденного холодок побежал по спине.
Вдруг Алла оторвалась от Витали, заозиралась. Издали Вере показалось, будто Алла облизывает губы длинным острым языком. Ледяной комок внутри готов был превратиться в крик, как вдруг холодная ладонь зажала Вере рот.
– Ш-ш-ш, это я, – прозвучал тихий голос Артёма прямо над ухом.
Вера замерла.
– Только не ори, – прямо в ухо прошептал Артём и убрал ладонь.
Вера круглыми, как блюдца, глазами посмотрела на него.
Артём беззвучно, одними губами, спросил:
– Видела?
Вера медленно кивнула.
Артём мотнул головой в сторону зарослей, потом прижал указательный палец к губам, затем большим провёл по горлу. Жесть был недвусмысленный. Но Вера покачала головой. Парень схватил её за руку и потянул.
Вдруг Артём посмотрел через Верино плечо страшными глазами. Лунный свет ярко очертил его напуганное лицо. Вера обернулась. Аллы не было. Виталя, как лунатик, брёл к своей палатке.
– За мной быстро, – прошептала Вера и побежала.
Через минуту ребята нырнули в Верину палатку. В тесной темноте они прижимались плечами и затравленно озирались. Вере чудились шорохи снаружи. Они долго сидели в тишине. От неподвижности у Веры всё затекло. Когда снаружи стало спокойно, Вера нарушила молчание.
– Какого чёрта? – прошептала она.
– Хотел бы я знать, – также тихо ответил Артём.
Веру немного трясло.
– Не бойся, они не зайдут без приглашения, – добавил Артём.
– Они? – удивилась Вера. – Кто они?
– Упыри, – зло прошептал Артём. Он помолчал немного, а потом спросил: – Ты же видела, как Алка кровь сосет?
Вера ошарашенно молчала, сомневалась в том, что видела. В темноте угадывались лишь очертания лица Артёма.
– Веришь мне?
Вера кивнула.
– Алла. Кто ещё? – тихо задала вопрос Вера.
– Зубр.
Вера никак не могла избавиться от ощущения, будто ей всё это снится. Словно она наблюдает за собой со стороны. Нелепые ситуации сменяли друг друга, как в кошмаре, что снился ей накануне.
– Вер, ты чего? – Артем потряс Веру за плечо. – Я тоже офигел. Думал сначала, что того, ку-ку.
– А Виталя? Он тоже теперь? – дрожащим голосом уточнила Вера.
– Не. Алка вчера ещё к нему присосалась. Видел. А утром он как ни в чём не бывало.
– Почему ты никому не сказал?
– Вер, ты чё? Кто мне поверит? – зашептал Артём. – Как, вообще, такое сказать? Я сначала думал, что умом тронулся. А потом, что они все за одно. Рыбаков на утро не помнит ничего. А Алка мне: «Ты, Коновалов, из бидона перебрал, вот и порешь чушь». Мне даже Лёва не поверил, ржал, как конь. А потом Зубр пропал, – он резко замолчал, задумался. – Он из леса когда вышел, я сразу понял: что-то не то. Рожа у него, как у Алки стала.
– Ш-ш-ш, – шикнула Вера.
Снаружи что-то зашуршало и смолкло.
Вера в уме сопоставляла факты.
– Что случилось на раскопе? – задала вопрос.
– Не знаю, – прошептал Артём.
Вера вопросительно посмотрела на него. Тот нервно ерошил волосы, уперев локти в колени. В тесной палатке Вера плечом чувствовала эти движения.
– Перестань, – нервно попросила она.
– Они вампиры, – как зачарованный повторил Артём. – Сама посуди, пьют кровь только ночью, днём точно как люди, не могут войти без приглашения.
– Нельзя так говорить, – перебила Вера. – Про Зубра мы не знаем.
Артём усмехнулся.
– Почему ты думаешь, я по кустам прячусь? Зубр у нас в палатке, – не дожидаясь ответа, сообщил Артём.
Вера принялась ладонями тереть щёки, словно это могло помочь избавиться от наваждения.
– Что было на раскопе, когда вы дежурили с Аллой? – шёпотом повторила она.
Артём вздохнул и, повернувшись к Вериному уху, начал рассказывать:
– Пришли, поставили палатку. Алка коврик забыла. Ну я пошёл за ним. Не хотел идти, да Алка ж упрямая. Упросила. Я пришёл, помнишь?
Вера кивнула.
– Ну короче, обратно я пошёл не сразу. С Лёвой языками чесали. Зубр сгущёнку жрал, ну я тоже зачерпнул, – продолжил Артём. – Короче, прихожу на раскоп, Алки нет. Я походил, поискал. Подумал, решила меня разыграть, зараза. Мы поцапались ещё, пока палатку ставили. Короче, залез в палатку и потом заснул. Просыпаюсь, Алки всё нет. Пошёл в лагерь. Это к утру уже было. Куда бы она ещё попёрлась? Не в лес же? – Артём резко замолчал.
– Ну? А дальше? – поторопила Вера.