Чтение онлайн

– Казарма справа, во флигеле!
– крикнул он ворвавшимся членам группы.

Во главе аршинными прыжками бежал Михаил - в маске, но, как и все, в камуфляжной форме и бронежилете. Квашнин не узнал в нем высокого чечена.

Вернулся в сторожку и добил раненых бандитов. "Нельзя оставлять свидетелей - золотое правило! Хоть и жаль парней", - с жестоким цинизмом подумал Квашня, испытывая чувство, скорее похожее на досаду. Впрочем, оно быстро прошло.

* * *

С того момента, как штурмовая группа ворвалась в дом, операция стала развиваться вовсе не гладко. В доме и на лестнице, ведущей на второй этаж, разгорелось настоящее сражение.

Нападавшие - десять человек во главе с Юсуповым - имели преимущество внезапности, бандиты - численное превосходство. Штурмовой группе Михаила мешала и невозможность применять оружие, кроме как для самообороны. Но у бывших десантников и спецназовцев с немалым боевым опытом за плечами баталия шла успешно.

Тем временем передовая тройка, бесшумно сняв охранника, запеленала пленницу в простыню; рот ей заклеили, чтоб не издала ни звука, и без помех спустили через окно со второго этажа на землю, миновав лестницу, где шла ожесточенная схватка. Так же бесшумно вышли за ограду, быстро проследовали к машинам и, только усадив жертву похищения на сиденье, ее распеленали.

– Ничего не бойтесь, Валентина Михайловна!
– спокойно сказал совершенно онемевшей от ужаса женщине Сергей Белоусов, дежуривший у машин.
– Мы освободили вас от бандитов. Сейчас будете говорить с мужем, только потерпите минутку.

– Алло, Астра! Говорит Двадцать седьмой!
– Он связался с оперативной группой спецназа госбезопасности, выделенной ему в помощь.
– Можете начинать.

Окончательно разделаться с опасной бандитской группой предстояло официальным органам власти. К милиции не обратились, опасаясь утечки информации, - это неминуемый провал.

Михаил дал отбой сразу, как только получил сообщение, что освобожденная благополучно следует в город под надежной охраной во главе с Белоусовым. Потерь пока нет, если не считать легких ранений, - спасают защитные шлемы и бронежилеты.

Профессионально ловко укрываясь, группа отступала к въездным воротам. Оставалось только выскочить за ограду - и спасительный ночной лес поможет уйти от преследования. Но произошло непредвиденное: к бандитам подоспела подмога. Два громоздких "лендровера", битком набитых головорезами, не въезжая остановились на площадке у ворот. Михаилу ничего не оставалось, как скомандовать:

– Всем уходить через калитки, а там - лесом к машинам! Я их задержу. Побольше холостой пальбы!

Бывалым солдатам особых разъяснений не требовалось. Короткими бросками, под прикрытием стен и кустарника, непрерывно паля из всего, что было, группа достигла леса и в нем растворилась.

Юсупов упорно отстреливался из автомата, меняя обоймы и удивляясь: как это бандиты до сих пор не раскусили, что патроны холостые? Рассчитывал он только, что выручит спецназ госбезопасности.

– Сдавайся, сука! Тебе не уйти!
– орали бандиты, но идти вперед не решались, дорожа своей шкурой.

Действовали они не спеша, спокойно; районной милиции не боялись - было кому их предупредить.

Михаил еще сопротивлялся бы, запас патронов оставался, но подвел бронежилет. Он уже был легко ранен - пуля по касательной поцарапала ногу, но хорошо владел собой, лишь испытывая слабость от потери крови. Однако, когда незаметно подкравшийся бандит выстрелом почти в упор пробил бронежилет, Юсупов потерял сознание. "О Господи! Неужто конец?.. последнее, о чем он успел подумать.
– Какое счастье, что у меня сын... Не исчезнет наш род с русской земли!.."

* * *

– Не торопитесь, не добивайте! Мне нужно от него кое-что узнать.

Этот сиплый голос... чем-то он знаком... Михаил открыл глаза, постепенно сознание вернулось к нему. Примитивная перевязка - и его закаленный организм, большая физическая сила помогли прийти в себя, несмотря на серьезное ранение и большую потерю крови.

– Так вот кто опять испортил мне всю музыку! Старый знакомый!

Над Михаилом склонился высокий человек, - лицо двоится, расплывается перед глазами...

– Что, не чаял опять встретиться? Но будь уверен - теперь в последний раз!

Козырева подняли с постели, где он нежился с очередной любовницей. Выслушал сообщение, быстро оделся и тут же выехал, послав впереди себя группу подкрепления, - вне себя от ярости, что заложницу упустили. "Ничего, обойдем Мельниченко с другого конца!
– успокаивал он себя.
– Досадно, конечно, что хорошо подготовленная акция сорвалась. Но в больших делах не без накладок".

– Как же это вас облапошили, а? Всех пора разогнать! Обленились, ожирели!
– бушевал он, распекая подручных.
– Кто этот пройдоха? Покажите мне его! Сейчас он откроет, кто нас продал! А вы пока расследуйте, как было дело, и доложите!
– распорядился он и направился в сторожку, куда притащили раненого Юсупова.

Козырев с первого взгляда узнал врага и поразился превратностям судьбы. "Сам Бог его на меня наслал, что ли, как кару за грехи?
– думал он с тревогой.
– Ведь расскажешь - не поверят!"

– Ну что, старый приятель, опять за меня взялся?
– сдерживая клокотавшую злобу, начал он, убедившись, что Юсупов очнулся.
– Не надоело мне пакостить? Или все еще мстишь за эту.... которую я к тебе тогда подослал? Так она доброго слова не стоила, - скривил он губы в гадкой усмешке.
– Ну ладно, к делу, пока ты в сознании. Хочешь жить? Тогда говори: кто нас заложил? Кто продался?

"А что? Может, поквитаться с негодяем за то, что погубил стольких ребят на кладбище?
– превозмогая боль и слабость, думал Михаил, преисполненный ненависти к продажному убийце Квашне.
– Вот ему и возмездие!" Но вступать в сделку с бандитами?.. Хоть и выдать требуют подонка, вполне заслужившего мучительную смерть... Он колебался.

В этот момент во дворе раздался шум и в сторожку втолкнули упирающегося Квашню, - тот орал и матерился.

– Все на нем сходится.
– Не глядя на хозяина, командир боевиков указал на бандита, красного как рак, яростно выпучившегося.
– Я спал, когда он ночью заявился. Но ребята говорят, что шатался повсюду. Наверно, это он собак привязал и калитки открыл. Больше некому.

– Вранье-о! Как язык у тебя повернулся?!
– взревел Квашня, пытаясь броситься на командира.

Но его крепко держали.

– А мне и разбираться не надо!
– Козырев налитыми кровью глазами смерил враз осевшего негодяя.
– Мне уже все про него известно. Вот кто жизнь себе сохранил признанием.
– И небрежным жестом указал на тяжело дышавшего Михаила.
– Все сказал, не знает одного - за сколько тебя купили.

– Ах ты, п...! Убью!
– прохрипел Квашня, пытаясь дотянуться рукой до кобуры.
– Клевещет за то, что не промахнулся. Это же я пулю в него всадил! Дайте добить гада!