Расплата за ложь
Шрифт:
– О, я знаю. Я ждала, когда ты расскажешь сплетни.
– Говорю ей.
– Не то чтобы я не хотела говорить вам, ребята, просто сейчас мне нечего сказать.
– Хорошо, но ты должна сказать мне, как только это произойдет. Я уже близка к тому, чтобы начать расследование и попытаться выяснить все самой.
Она смеется над этим.
– Поняла.
– И еще, профессор Новак дал мне распечатку для тебя, так как ты пропустила занятия, напомни мне отдать ее тебе позже.
– Конечно, - говорит она.
– Привет, дамы, - слышу я из-за плеча Девлина, когда он подходит к нам.
– Нера, оставь меня на минутку с Тайер.
– Я никуда не уйду. И пересмотри свой тон, когда говоришь со мной.
На моих губах появляется улыбка, и я стараюсь ее скрыть, делая очередной глоток пива. Нера не из тех, с кем можно шутить, и мне это очень нравится.
– Конечно, извини, - говорит он, умиротворенно наклоняя голову.
– Можно тебя на минутку?
Она смотрит на меня, чтобы принять решение, и я киваю, скрещивая руки на груди и бросая на него настороженный взгляд.
Я действительно не знаю, о чем он хочет со мной поговорить, и что-то в нем мне не нравится.
– Ладно.
– Она говорит: - Тайер, напиши мне, когда закончишь, если не сможешь меня найти, хорошо?
– Обязательно.
– Говорю я ей, и она уходит. Девлин занимает место напротив меня и молча наблюдает за мной с тем, что я могу классифицировать только как подлую ухмылку.
Я говорю первая.
– Ты ужасно молчалив для человека, который так хотел поговорить со мной.
– Ха, - отвечает он, его британский акцент звучит не сексуально, а снобистски.
– Я давно положил на тебя глаз, но ты всегда держала под присмотром своего сторожевого пса. Теперь, когда все чисто, я хочу представиться официально и составить план, как пригласить тебя на свидание.
– Ты ко мне подкатываешь?
– спрашиваю я, в моем тоне сквозит недоверие.
– Я заявляю о своем интересе, пока могу.
– Ты меня даже не знаешь.
– Замечаю я.
– Мне нравится то, что я вижу.
– Он медленно обводит меня взглядом, заставляя напрячься от дискомфорта. Мне не нравится, как он смотрит на меня, как будто я что-то, что можно украсть.
– Остальное я смогу узнать, когда ты будешь сидеть напротив меня или извиваться подо мной, подальше от него.
– Добавляет он с отвратительной улыбкой.
Он просто бредит, если думает, что это когда-нибудь случится.
Я вздергиваю на него бровь.
– Кого ты называешь моей сторожевой собакой?
– Риса, любимая. Не притворяйся, что не знаешь, что он метит свою территорию с тех пор, как ты приехала сюда.
– Не называй меня так.
– Я говорю ему, сохраняя спокойный голос, хотя то, что он называет меня «любимая», звучит для моих ушей как гвозди на меловой доске.
– Почему?
– Мне не нравится, как это звучит, когда ты это говоришь.
– Я отвечаю резкой улыбкой.
Он разражается едким смехом, и это тоже бьет по ушам: моя прежняя неуверенность в нем переходит в раздражение.
– Я понимаю, почему он хочет тебя.
– Есть ли цель у этого разговора?
– спрашиваю я, потому что я действительно не знаю, чего он от меня хочет. Кажется, он играет в какую-то игру, но я не могу ее разгадать, и это начинает меня раздражать.
Девлин классически красив, с голубыми глазами и светлыми волосами, но я суше, чем пустыня Сахара. Он ничего для меня не делает. Все, о чем я могу думать, все, что я могу видеть, - это темно-синие глаза, темные волосы, рассеченные брови и высокое, горячее тело.
Где Рис? Это из-за него я здесь, это его я хочу видеть.
– Ты продолжаешь избегать моих комментариев, - говорит он, делая шаг ко мне. Я сопротивляюсь желанию отступить, поскольку его присутствие причиняет мне почти физический дискомфорт, и продолжаю стоять на своем.
– О том, есть ли что-то между тобой и Рисом.
– Тогда пойми намек.
Это его не останавливает.
– Что-то происходит?
– спрашивает он прямо.
– Не твое дело.
Он усмехается, его рука барабанит по кухонному острову рядом с моей. Он не прикасается ко мне, но я чувствую его присутствие все ближе и ближе ко мне, как дурное предзнаменование.
Парень делает еще один шаг ко мне, и на этот раз я отступаю назад. Если бы я этого не сделала, мы бы стояли так близко, что наши груди соприкасались бы.
Я вдруг радуюсь, что мы хотя бы на людях. Что-то в нем есть такое, что вызывает у меня внутреннюю тревогу.
– Это мое дело, если я заинтересован…, - начинает он.
– Пас.
– Я вклиниваюсь.
– Ты даже не знаешь, что я хотел сказать…
– Ты собирался повторить, что я тебе уже нравилась, и, как я уже сказала, - говорю я ему, скривив верхнюю губу.
– Пас.
– Вот так просто?
– Его глаза сужаются, а фальшивая улыбка исчезает с его лица.
– Вот так.
– Я подтверждаю, бросая на него скучающий взгляд и едва удерживаясь от того, чтобы не зевнуть.
– Ты - сука.
И вот оно.
– Типично для мужчины называть меня сукой только потому, что я сказала, что мне это неинтересно.
– Я бы на твоем месте не был слишком самоуверенным.
– Он усмехается, его голос теперь злой. Я уже видела, как это происходило с мамиными парнями - они были нормальными, даже милыми, и быстро превращались в совершенно разъяренных, когда не получали своего. Это ужасает.
– Если ты с ним трахнешься, то в конце концов приползешь ко мне или к кому-нибудь еще.
– Правда что ли?
– спрашиваю я, мой тон насмешливый.
– Он попользуется тобой и выбросит. Трахнет тебя пару раз, может быть, еще раз с Фениксом для развлечения, а потом перейдет к следующей девушке, как он всегда делает.
– И я должна поверить, во что? Что секс втроем - это ниже твоего достоинства, да?
– спрашиваю я, делая вид, что меня это не трогает, и не обращая внимания на щемящее чувство в животе.
Это уже не первый раз, когда Рис и Феникс трахаются с одной девушкой одновременно, и я предполагаю, что не последний, так что будь я проклята, если позволю ему добиться от меня реакции.
– Рис не собирается… - Он начинает отвечать, но слова замирают у него в горле, когда его глаза перебегают на мое плечо.
Теплое присутствие подходит сзади и останавливается у меня за спиной, не совсем касаясь меня, но достаточно близко, чтобы почувствовать защиту.
– Пожалуйста, не останавливайся из-за меня, - говорит низкий голос из-за моей спины, в его тоне явственно слышится угроза.
– Я бы хотел услышать остальное. Что Рис не собирается делать?
Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Феникса, когда он делает шаг рядом со мной.