Чтение онлайн

– Зато я точно знаю, с кем не встречаюсь. Спасибо, что решил позаботиться обо мне, но это лишнее.

Музыка сменяется на мощный клубный бит, и Дэнни отпускает меня. Он ничего больше не говорит, только раздраженно вздыхает, засунув руки в передние карманы джинсов.

– Все, я домой, – говорю Аманде, которая беззаботно пьет коктейль у бара.

– Но еще рано!

– У меня голова болит.

– Ладно, дай только коктейль допью.

– Нет, не торопись, поезжай потом домой с Томом.

Мэнди съехала от меня два дня назад, чему несказанно рада ее мать.

– Что хотел Веймар?

– Поделился откровением, что Чарли – дьявол во плоти.

– Пф! Устаревшие новости у красавчика. – Аманда отставляет высокий стакан, на дне которого болтаются сладкие вишни, и поднимается, чтобы обнять меня на прощание.

По дороге домой я то и дело чертыхаюсь, крепко сжимая руль. Какая разница, что было в прошлом у Чарли? Даже если рассказы Дэнни – это правда, то какое мне дело? Зачем было мне об этом рассказывать? Как-нибудь сама разобралась бы, как мне жить.

Громче включаю музыку и встряхиваю головой, избавляясь от неприятного ощущения, что весь мир – против меня и Чарли. Хотя обобщать – это глупость, а значит, я просто паникую.

Черт.

Не хватало, чтобы Дэнни распустил слухи об оргиях в семействе Осборнов. Сержанта Салливана скоро сменит новый глава нашей местной полиции, и новичку, конечно, захочется выслужиться. И он обязательно прицепится к Чарли, если повод найдется.

Боже, за что нам все это? Каждое решение – маленький шаг внутри системной игры. Силы тлена пытаются разрушить нас, вернув в обреченную случайность. А может, я поспешила с выводами и мы из нее до сих пор не выбрались?

Бросаю взгляд в окно на холмы и навязчиво вижу тень. «Худшее позади», – настойчиво убеждаю себя, а внутренний демон ехидно шепчет: какая ты наивная, Ри, ты просто не знаешь, что ждет тебя в будущем.

И впервые я не хочу знать.

У меня начинает болеть голова, и когда глушу двигатель у дома, не сразу осознаю, что именно изменилось на улице.

Свет. У Чарли горит свет!

Я выпрыгиваю из «биттла» и мчусь на каблуках к соседскому дому. Теплый ветер бьет в лицо, и я, запыхавшись, звоню в дверь. Меня переполняет предвкушение долгожданной встречи, так что не могу устоять на месте.

– Рианна?

Вид Джейсона Осборна выбивает меня из колеи, как кеглю в боулинге, и я теряю дар речи. От разочарования на глаза наворачиваются слезы, и я смотрю вверх, прежде чем сказать вежливо:

– Добрый вечер, мистер Осборн.

– Можно просто Джейсон.

– Да-да, я помню… Рада вас видеть!

– Взаимно. Ты только поздороваться пришла?

– Да. Увидела, что горит свет, и решила проверить, все ли в порядке. Может, вам что-нибудь нужно…

– Один из твоих пирогов пригодился бы! В холодильнике пусто. Может, зайдешь, расскажешь, что случилось. До Чарли я не дозвонился.

Джейсон искренне обеспокоен, даже рубашка на нем – помятая, потому что бытовые мелочи ничто по сравнению с судьбой сына... Какие же прекрасные актеры в семействе Осборнов! Не только мать Чарли заслужила статуэтку.

– Простите, но уже поздно, меня родители ждут. Думаю, директор Хопкинс лучше все объяснит.

– Я по дороге встретил мистера… Килмора, кажется. Он тоже отправил меня к директору. Значит, придется подождать до утра.

Мы обмениваемся настороженными взглядами, не зная, кому и что известно, а потом снова дружелюбно улыбаемся.

– Спокойной ночи, мистер Осборн. Принесу вам пирог при случае, – неопределенно обещаю и спешу убраться, чувствуя спиной холодную волну чужих эмоций. Плохих эмоций.

Единственное, что в итоге меня успокаивает, это голос Чарли в 21:30. Он просит не ходить в дом к его отцу даже под страхом смерти, и я обещаю. На ночь запираю окно и задергиваю шторы, хотя привыкла просыпаться под чириканье птиц, и пью горячий шоколад, думая о том, что Чарли Осборн, вполне может статься, когда-то убил человека.

Но кто я такая, чтобы судить?

Помня наставления мистера Хопкинса, я настроилась бегать утром и вечером, поэтому просыпаюсь в 6:30 и выхожу во двор, встречая рассвет. На улице самая настоящая весна, ароматы сладкого цветения и морского прибоя смешиваются с холодом каменных гор и пыльным теплом вересковых холмов. Моя любимая пора года.

Гугл говорит, что в такой же день, десятого марта, Александр Белл, изобретатель телефона, впервые смог дозвониться до своего помощника, который сидел в соседнем кабинете. Эх. Хотела бы я 150 лет спустя успешно дозвониться до Чарли, который пропадает в соседнем городе.

Домой возвращаюсь медленно, подбивая щебенку носками кроссовок, и сразу замечаю в окне на втором этаже мистера Осборна, который курит и смотрит на меня. То есть, его взгляд проходит насквозь, словно я невидимка. И у Джейсона такой жуткий вид в этот момент, что я останавливаюсь, оцепенев. Тогда сосед, очнувшись, улыбается мне, надев маску вежливости. Искусство притворства у них в семье одобрено кодексом бесчестия, судя по всему.

Я вымучиваю приветливую улыбку и даже машу рукой. Поправляю на запястье часы с датчиком жизненных показателей и мысленно посылаю Джейсона обратно в Штаты.

В колледже мне неймется весь день. Чарли не сказал, что приедет именно сегодня, но я как на иголках. На мне белая блузка, галстук, юбка, черные гольфы чуть выше колен. Я похожа на школьницу из аниме. Даже иероглифы на ногтях держатся.

На нервах не могу сосредоточиться, и в обед питаюсь лишь воздухом и водой, сидя в столовой и слушая, как Аманда и Кэт бурно обсуждают вечеринку. Мы решили устроить ее для Чарли в доме Джерри, ибо больше негде, учитывая приезд мистера Осборна.

В какой-то момент я ощущаю покалывание в пальцах, дыхание сбивается, звуки становятся приглушенными. Я поворачиваю голову и под грохот своего истосковавшегося сердца наблюдаю, как Чарли заходит в помещение. Он находит меня взглядом моментально и задумчиво щурится, словно решает, съесть крошку Ри сейчас или оставить на ужин.

Чарли – в школьной форме, с рюкзаком. Примерный мальчик. Только непроницаемое выражение лица выдает, насколько он напряжен.

По дороге его перехватывает Джерри, выкрикивая лозунги о героях, но мы с Чарли не разрываем взгляд. Нет такой силы сейчас, которая заставила бы меня отвести глаза и выбиться из нашей особой эмоциональной волны.

Не могу подняться, чтобы пойти ему навстречу, не могу ровно дышать. Девчонки моментально исчезают, и Чарли садится напротив, упираясь в столешницу локтями и устраивая подбородок на замке из сцепленных пальцев. Изучает меня, словно не верит, что мы на самом деле встретились. Кажется, тысячи лет прошли. Глаза у Чарли яркие, как небо после дождя. Он немного похудел за прошедшие недели и стал похож на эльфа: скулы заострились, сделав выражение лица еще более заносчивым, а в усталом взгляде – тягостная вера в собственное бессмертие. Бремя героя.