Чтение онлайн

Вдруг мы услышали, что в роще, за бугром, взвизгнула и часто залаяла собака. Она лаяла громко и как-то испуганно. Слышно было, что она гонит, потому что голос ее раздавался то здесь, то там. Налет и Касатка вскочили на ноги и стали прислушиваться.

– - Лютра подняла волка, стойте смирно!
– - сказал потихоньку отец.

Мы с братом взялись за руки и, затаив дыхание, прислушивались к голосу собаки. Скоро к Лютре, одна за другой, присоединились все гончие. Стая неслась по лесу с ужасным лаем и визгом. Где то далеко в лесу раздался выстрел. Охота началась!

IV.

Отец подобрал поводья и выбрал покороче свору. Он пристально глядел вперед через поляну и не шевелился. Сережка стоял смирно и внимательно слушал гон. Собаки, приподняв уши, замерли в ожидании. У меня сильно билось сердце и от страха дрожали коленки.

Прошло несколько минут.

Вдруг Сережка забеспокоился. Он стал храпеть и переминаться о ноги на ногу.

Отец пригнулся на седле, приподнял арап ник и, глядя вперед себя, вполголоса крикнул собакам:

– - У-лю-лю его!

Собаки рванулись и понеслись вперед лошади. Отец поскакал за ними и сейчас же скрылся за бугром...

Мы с братом остались одни под дубом.

Нам не видно было, кого травил отец, потому что бугор мешал нам видеть зверя. Отец с лошади увидел его раньше нас и поскакал навстречу. Однако, мы знали наверное, что это был волк, потому что отец крикнул собакам: "у-лю-лю его"! Так кричат охотники только тогда, когда травят волка.

Мы стояли, держась крепко за руки; и не знали, что нам теперь делать?! С поля неслись людские крики, слышался визг собак; там происходила какая-то свалка. Гончие все продолжали гонят и всей стаей носились по лесу.

А сзади нас стоял все тот же молчаливый, таинственный "Кленовый" лес. Я боялся туда оборачиваться... Там было темно! Мне все казалось, что вот-вот из темноты выскочит волк и бросится на нас.

– - Пойдем искать линейку!
– - оказал я брату.

– - Пойдем, пожалуй!
– - отвечал он.

Я заметил, что брат тоже боялся.

Мы вышли из-под дерева и стали подниматься на бугор, чтобы осмотреться. Старый овчар сказал, ведь, что Гаврило будет стоят недалеко отсюда!

Скользя по густой траве, мы уже почти поднялись на бугорок, как вдруг перед нами замелькала какая-то тень...

Мороз подрал меня но коже!

Прямо на нас, из рощи, бежал через поляну огромный серый зверь... Мы так и попятились перед ним.

– - Волк!
– - шепнул мне брат в ужасе.

Мы оба остановились и глядели на зверя, вытаращив глаза.

Волк бежал не торопясь, рысцой, поджав толстый хвост, и не видел нас. Он прислушивался к крикам, которые доносились с поля, и все оборачивал в ту сторону свою тяжелую голову. Вот он приостановился, поднялся на дыбы и, свесив передние лапы, поглядел туда, где травили. Боже, какой он был большой и страшный! Голова огромная, морда острая, шея толстая, неповоротливая!

Брат опомнился первый.

Он замахал на волка руками и закричал во все горло:

– - У-лю-лю его!

Тогда и я закричал еще громче, чем брат:

– - У-лю-лю его!

И я тоже замахал на страшного зверя своим деревянным ружьецом!

Волк услышал наш крик, оглянулся, сверкнул на нас глазами и бросился мимо, в темноту большого леса.

А мы уже во все лопатки бежали через поляну в ту сторону, где думали найти линейку, и кричали:

– - Гаврило!.. Сюда! Волк! Волк!

V.

Мы бежали так скоро, как только могли. Меня совсем обуял страх! Мне чудилось, что со всех сторон выскакивают из лесу волки и догоняют нас. Я чувствовал, что вот, вот упаду от страха и усталости!

Вдруг мы увидели, что к нам навстречу идет старый овчар. Мы бросились к нему.

– - Дедушка! Волк! Волк!
– - закричали мы ему и, подбежав, крепко схватились за его тулуп.

Старый овчар смеялся и старался нас успокоить. Он был все время недалеко за кустами и видел, как на нас вышел волк и как мы бросились от него бежать.

– - Вишь, барчук, как испужался!
– - говорил старик, лаская меня по щеке.-- Пойдем, барчуки, я вас к линейке отведу. Зачем так бояться? Не надо бояться! Она, волчица-то, еще пуще вашего испужалась, как вы изволили закричать на нее!

– - Дедушка! Разве это была волчица?
– - спросил я.

– - Ну, да -- волчица!
– - отвечал старик.

Мне стало еще страшнее, когда я узнал, что это была сама волчица, а не волк.

– - Их честь, ваш папаша, на молодого собачек спустили!
– - говорил овчар.
– - И как только отъехали, так сейчас на вас сама старуха и вышла! Только вы ее Тетерича так испужали, что ей долго на свете не прожить!

И добрый старик всю дорогу хвалил нас за храбрость и смеялся над волчицей.

Так мы дошли до линейки. Наши очень испугались, когда узнали, что с нами приключилось, и были рады, что мы вернулись целы и невредимы. А мы с братом уже совсем оправились от испуга и весело рассказывали, как волчица стала на дыбы, и какая она была большущая!

Скоро затрубили в рог, и мы поехали отыскивать охотников. Мы стали спускаться с горки в поле, и увидели неподалеку борзятников. Они собрались уже все вместе и столпились в кружок, держа лошадей в поводу. Мы все сошли с линейки и подошли к ним.

Около охотников лежало два мертвых волка. Их затравили лакей Аким и отец. Тут же лежал, вес в крови, мертвый Догоняй, собака, с которой ездил Аким. Догоняя разорвал волк. Аким рассказывал, что молодой и неопытный Догоняй храбро напал на волка спереди; сейчас же подоспел старый Лебедь и придушил волка за шею к земле. Когда Аким подъехал, то увидел, что Догоняй лежит на земле, в крови и визжит. Волк разорвал собаке брюхо... Аким приколол волка кинжалом. Догоняй помучился недолго и издох.

Нам было жалко бедного Догоняя! Он был такой веселый и так ловко умел вскакивать с разбега на крышу конюшни!

Кроме затравленных двоих волков, еще двоих застрелил в лесу садовник Иван. Все волки оказались молодые.

Охотники очень жалели, что старая волчица ушла невредимой, и удивлялись, что ее никто не видел.

Когда мы с братом рассказали, что волчица вышла на нас, то отец сначала не хотел верить.

Старый овчар подтвердил наш рассказ.

– - Как только, ваша честь, изволили отъехать, так сейчас старая на барчуков и вывалилась! Мне видать было! А эти, что изловили, все молодые, весь ее выводок! Она теперича одна осталась!