Чтение онлайн

Бригадмильцы подбирают на улице вдрызг пьяного мужчину. Надо везти его в вытрезвитель. Но он кричит:

— Я мясник, я мясник!

Подумав, молодые люди решают отвезти его домой, узнать, где он работает, может, пригодится, ведь мясо — это же дефицит! Привозят его домой, дверь открывает жена. Они говорят:

— Вот, привезли вашего мужа, мясника, домой, кстати, где он работает?

А жена отвечает:

— Да какой он мясник! Он доцент в университете, но когда напьется, у него возникает мания величия!

— А вот покупка арбузов в Америке дело совсем скучное. Все они одинакового размера, одинаковой зрелости, одинаково красные, или розовые. Выбирать не надо, хочешь — покупай, а хочешь — нет. А как было в Баку? Лежат на базаре горы арбузов и все они разные — большие, маленькие. Стучишь, бывало, по арбузу, вроде бы хороший, спелый, приходишь домой, разрезаешь его, а он и не красный, и не сладкий. Нет, надо покупать на разрез!

Виктор продолжал:

— Когда моя жена собиралась покупать на базаре арбуз, она говорила мне: «Идем со мной, не могу же я тащить тяжелый арбуз!» Мы подходили к первому продавцу. Он кричал: «Арбуз хароший, сладкий, купи, хазайка!» Хватал громадный арбуз и раз-раз — разрезал его большим ножом, вытаскивая пирамидку из самого его центра. Жена пробовала и говорила: «Да, арбуз действительно красный, но не сладкий!» — и шла к следующему продавцу. Здесь все повторялось. Жена пробовала и говорила: «Арбуз действительно сладкий, но недостаточно красный!» и шла к следующему продавцу. Два предыдущих продавца, разозленные тем, что они взрезали большие хорошие арбузы, а она их не купила, с большими ножами в руках шли за нами. И я никогда не знал точно — уйду я с базара с арбузом, или меня увезет скорая помощь в больницу, а может быть, в морг?

Валя с детства была каверзницей. Причем розыгрыши, каверзы, обманы с ее стороны часто бывали весьма обидными для тех, с кем она имела дело. Когда она была в седьмом классе, она подпилила ножки стула учителя, за что ее исключили из школы. Кончала она уже вечернюю школу. В институте она решила отомстить педагогу за то, что он ей несправедливо, по ее мнению, поставил на экзамене тройку. Этот педагог был дальнозорким, когда он что-то рассказывал или писал на доске, очки ему были не нужны. Но когда он читал свои записи, которые клал на стол, то очки надевал. Поэтому, войдя в аудиторию и разложив на столе свои бумаги, он обычно доставал очки и клал их тоже на стол. Валя подкралась к столу в то время, когда педагог писал что-то на доске, и переложила его очки под стол. Когда педагог снова подошел к столу, он начал искать на нем свои очки и продолжалось это до тех пор, пока они не хрустнули у него под ногами. Конечно, кого-то обвинить в этом педагог не мог, он решил, что, случайно задев очки, уронил их на пол.

Особенно хорошо Вале удавалось воровать билеты во время экзаменов. Обычно это было нетрудно, педагог отходил от своего стола, и билеты оставались без присмотра. Сама Валя училась хорошо и не нуждалась в ворованных билетах, но делала это для своих подруг и товарищей по группе из спортивного интереса. Но однажды она вообще сделала то, что считали невозможным: она на спор украла билеты у педагога, который имел привычку не отходить от стола, а билеты держать между руками, положенными на стол. Беря свой билет, она стала что-то спрашивать у педагога, а когда он отвлекся, взяла вместо одного целых три билета. На один из них она отвечала, а два других торжественно вынесла в коридор, где ее ждали сокурсники, и, таким образом, выиграла пари.

Но, несмотря на помощь, которую она оказывала во время экзаменов, в группе ее не любили. Она часто устраивала своим товарищам различные каверзы. В те времена почти все студенты носили свои тетради и книги в дипломатах. Эти дипломаты обычно были похожи друг на друга, и любимым делом Вали было их подменивать. Придя домой, ее товарищи часто обнаруживали, что принесли с собой чужой дипломат.

Однажды она притащила на лекцию мышеловку, в которую попалась сразу пара мышей, и выпустила их на волю в аудитории. Был большой переполох, но, несмотря на нелюбовь к ней, товарищи Валю не выдали.

Еще более интересная история произошла летом, когда вся группа была на учебной геологической практике в Дашкесане. Студентов поселили в школе, которая в это время пустовала. В одном классе расположились мальчики, а в другом — девочки. В каждой комнате кровати стояли в два ряда. Единственное окно было забрано решеткой, перед окном был большой подоконник. Однако хранить что-либо на подоконнике было невозможно: местные дети, просовывали руки сквозь прутья решетки и воровали все, до чего могли дотянуться. У окна стояла кровать одной из девушек, Зои. Она всем рассказывала, что в начале, не подозревая, что сквозь решетку могут что-то вытащить, она там разложила свои вещи, но теперь ничего уже туда не кладет. Валя поздно вечером проползла через всю комнату и привязала веревку к одеялу Зои, пропустила эту веревку через прутья решетки, а конец вывела в противоположную сторону комнаты. Дождавшись, когда Зоя заснула, она и еще пара девочек стали тянуть веревку. Зоино одеяло поползло в окно. Она проснулась, стала кричать, пыталась удержать свое одеяло, но оно упорно уползало от нее. В конце концов в комнате зажгли свет, и все долго помирали со смеху. Но Зоя обиделась на инициатора этой затеи — Валю. Впрочем, Валю это не очень волновало. Она только и думала, что бы еще отчебучить. Ночью она накидывала на себя простыню и под видом привидения шла пугать девушек из других групп, живших в других классах школы.

После окончания института, Валя по распределению попала на работу в Гидрогеологическую экспедицию. В геологической партии, где она работала, она продолжала свою любимую деятельность: розыгрыши и каверзы, причем они становились все более изощренными.

Начальником одной из полевых геологических партий работал Эльдар Мамедов. Она решила над ним подшутить. Надо сказать, что Валя прекрасно имитировала голоса. Она позвонила Эльдару на базу партии в районе и, представившись секретарем начальника экспедиции, сказала, что он должен срочно приехать в Баку домой к начальнику — имеется конфиденциальная информация, что Народный контроль собирается проверять его партию. Она знала, что начальник экспедиции в это время будет в командировке, и Эльдар, приехав к нему домой, его не застанет. Так и произошло. Жена начальника экспедиции, узнав от Эльдара о Народном контроле, переполошилась, позвонила своему мужу, тот немедленно вернулся из командировки. Когда выяснилось, что все это розыгрыш, все были очень недовольны. Подозревали, что все это устроила Валя, но доказать что-либо было невозможно. Тем не менее, Эльдар Мамедов был уверен, что это ее работа.

Прошло несколько месяцев, и он обратился к начальнику экспедиции с просьбой прислать Валю на пару недель в партию, так как, дескать, его сотрудники не справляются с текущей камеральной обработкой материалов и нуждаются в помощи. Начальник экспедиции согласился, и Валя отправилась в район.

База партии располагалась на краю небольшого поселка в шести часах езды от Баку на машине. Бани на базе не было, и все сотрудники ходили мыться в единственную баню, которая находилась в центре поселка. Надо сказать, что баня была большой и неплохо по тем временам оборудованной. Здание бани имело прямоугольную форму, по краям находились раздевалки, а в центральной части здания — банное отделение. Здесь были многочисленные открытые душевые кабинки, а в центре — небольшой бассейн с фонтанчиком. Так как баня была всего одна, то в ней были «мужские» и «женские» дни, когда баней пользовались только мужчины, или только женщины. Директор бани любил выпить и, на этой почве, близко сошелся с Эльдаром, который вообще никогда полностью не «просыхал». Эльдар разработал план, к которому привлек директора бани и двух своих сотрудниц. Последние пригласили Валю пойти в баню. Был «мужской» день, но Валя, которая только приехала на базу партии, об этом не знала. Директор бани специально закрыл для обычных посетителей одну из раздевалок, в которую и пришли Валя с двумя сотрудницами партии. Валя разделась быстро, а сотрудницы умышленно раздевались очень медленно. Они сказали Вале:

— Заходи в баню, мы сейчас тоже туда придем.

Когда Валя зашла в баню, они быстро оделись и ушли.

В бане от горячей воды стоял в воздухе пар. Видимость была плохая, и Валя не сразу обнаружила, что ее окружают мужчины. Зато они ее разглядели сразу. Одни показывали на нее пальцами и смеялись, другие стали кричать:

— Дэвушка, дэвушка, какой ты красивый, дай я тебя пацелую!

— Лови ее, лови, она хочет, чтобы ей потерли спинку!

Валя вырвалась из окружения и побежала к двери. Но попала не в ту раздевалку, из которой вышла, а в противоположную. Здесь тоже было много мужчин. Они ничего не кричали, но уставились на Валю, как на приведение. Однако она уже отошла от первого шока и немного успокоилась:

— Чего глаза вылупили? Голой бабы никогда не видели, что ли?

Выбежав из раздевалки, Валя увидела какую-то комнату и забежала в нее. Это был кабинет директора бани. Там никого не было. Валя сорвала занавеси с окон и, задрапировавшись ими, как римская патрицианка, отправилась на базу партии к дому, в котором ее поселили. В тот же день она уехала в Баку. Она понимала, что все это устроил Эльдар, и поклялась отомстить ему.

Она стала писать письма на домашний адрес Эльдара от имени некоей молодой женщины, с которой якобы Эльдар был близок в районе. Каждое письмо было примерно такого содержания: