Чтение онлайн

Но в ответ Энтони лишь улыбнулся с неожиданно обезоруживающим видом и сказал:

— Послушайте, леди. Я просто обнаружил, что еда превосходна и в ней нет чеснока или орегано, за что мой желудок сказал спасибо, спасибо, спасибо, чего не происходило уже пару лет. Кстати, я не собираюсь совать нос не в свои дела; я просто хочу помочь. Что будет с вами после завтрашнего дня?

Элинор уставилась на бутылку с соевым соусом так, словно раньше не видела ничего подобного. И медленно ответила:

— Жизнь продолжается. Это ведь чистой воды штамп. Мы открываем магазин, мы поедем на аукционы, мы будем заключать сделки с клиентами, и преуспеем в делах.

— Значит, перемен не планируется? — Заметить бы ей, что его голос зазвучал очень, очень вежливо.

— А зачем? У Джулии все стояло на прочных рельсах. К чему тут перемены?

— Как насчет наследников?

— В делах? Только я.

— Вы наследница?

— Я партнер.

И перспективы наконец-то открылись перед Энтони Мондейном. Исходная проблема, которая возникла у него с Джулией и явилась причиной его появления в этом маленьком городишке, сама по себе начала разрешаться. Элинор была партнером — следовательно, теперь она владела всем бизнесом. А это антикварный магазинчик, который дает возможность заработать кучу денег, конечно, если бы в дело вмешался Энтони Мондейн.

Несокрушимого, вечно насмешливого противника, каковым являлась Джулия Бонфорд, больше не существовало.

Все, что требовалось теперь, — только обеспечить вассальную зависимость Элинор Райт. И, кажется, это не составит большого труда. Во всяком случае — не для него. Прости, Господи, да он даже женился бы на ней, если бы была такая необходимость. И «Антиквариат Бонфорд» преспокойно раскинется на обюсонском ковре, как бы идиотски его братец не кривил губы.

И с усилием, таким огромным, что Энтони показалось, что его сердце сейчас выпрыгнет из поросшей темными кучерявыми волосками груди, он спокойно сказал:

— Что ж, поздравляю. Я не знал об этом.

— Ах вот как? Наши партнерские отношения начались не один год назад. Исключение составляло место жительства. Но я действительно не знаю, кому достанется дом. — И она улыбнулась, несмотря на то, что это стоило ей усилия. — Я могу лишиться дома. Мэтт Логан должен сказать мне завтра, после того, как все формальности будут соблюдены. Но у меня нет проблем. В магазине есть задняя комната на первое время, и масса предложений об аренде. Я только лишь надеюсь, что смогу управлять делами так же хорошо, как Джулия. Она многому меня научила, и я буду очень стараться.

— Но ведь вам надо нанять кого-нибудь? Я мог бы дать рекомендации…

Но Элинор прервала его, покачав головой, и шелковая серебристая прядь волос скользнула на ее красиво изогнутые брови.

— О нет. По крайней мере, не в первое время. У меня есть Бен и Мэри Энн. Этого достаточно. Сейчас.

Он пожал широкими плечами и принял ее слова.

«Сейчас, — подумал он, эхом отзываясь на ее ответ. — Но не стоит недооценивать меня, леди, когда я хочу чего-нибудь…»

Вслух же произнес:

— Как насчет десерта? Кажется, я припоминаю, что здесь подают фантастически вкусный яблочный пирог.

Она снова покачала головой и взглянула на часы.

— Нет, благодарю. Вы и так прекрасно накормили меня. Теперь мне лучше. И я не буду задерживать вас дольше; пожалуйста, отвезите меня к моей машине.

— Вы не задерживаете меня, дорогая. Я снял комнату в мотеле на пару ночей, и, если потребуется, я могу продлить срок. Кроме того, едва минуло девять. Ну, пойдемте. Нам обоим необходимо отдохнуть. У меня тоже выдалась трудная неделька.

В душе Элинор боялась возвращаться в тихий пустой дом. Пока Энтони оплачивал счет, Элинор отправилась в уборную.

Взглянув на себя в зеркало, она воздержалась от того, чтобы воспользоваться губной помадой. С чего это? Если ему была нужна обольстительная девица, то пусть он бросает ее и отправляется в близлежащий бар.

Вошла круглолицая официантка, свертывая свой фартук, и, встав перед зеркалом, принялась красить губы.

— Привет, — сказала она. — Как зовут Ромео, Элли? Он выглядит так, словно вышел из кадра какого-нибудь старого фильма с Цезарем Ромеро [10] . Просто класс.

— Делец-антиквар, — ответила Элинор, включая сушилку для рук. Раздалось жужжание.

— Для старого джентльмена он не так уж плох.

— Я передам ему, — соврала Элинор, но, выйдя за дверь, рассмеялась впервые за последние несколько дней.

Энтони ждал у выхода, держа в руках их верхнюю одежду и совершенно не обращая внимания на восторженные взгляды, которыми одаривали его шесть молодящихся леди, наслаждающихся яблочным пирогом за угловым столиком. Их ресницы взлетели к самым бровям, а сами они наклонились, как заговорщики, друг к другу, когда Энтони взял Элинор за руку и вывел за дверь.

Элинор мягко произнесла.

— Клуб вдовушек.

— Что?

— Клуб вдовушек. Я о тех девочках за столом. Завтра они перемоют мне косточки.

— Это зависть, без сомнения.

— Может быть. Или необходимость в информации.

— В информации?

— Если я отбила вас у кого-то, то игра стоит свеч.

— Команда сплетниц.

— На чужую территорию они вторгаться не станут. Это вопрос этики. На самом деле они отличные девчонки. Просто одинокие.

— Это, — сказал Энтони, распахивая дверцу автомобиля, — не является их оправданием.

Широким шагом он обошел машину и уселся на свое место. Одежду он бросил на заднее сиденье и завел мотор. Казалось, что его красивый профиль отчеканен на фоне огней ресторана. Элинор увидела, как вдовушки наблюдают за ними в окно. Да, конечно. Расследование состоится.

И, вероятно, они не поверят, что ей наплевать.

— Дождь закончился, — сказал он, выезжая на освещенную улицу. — Я отвезу вас к озеру. Говорят, это место популярно у вашей молодежи. Может, они подскажут, что нам делать дальше…

Энтони шутил. В ответ она сказала:

— Сейчас будни. Они собираются там по субботам и воскресеньям.

Но больше не возражала. Пустой дом страшил ее. В этот момент Энтони Мондейн казался ей мирной бухтой в разгар шторма.

По пути они мирно обсуждали мебель в стиле Чиппендейл [11] , и восточные ковры, и внезапный невероятный интерес к изделиям из стекла времен Великой депрессии [12] . Она рассказала ему об одной пожилой леди из городка, которая в ответ на вопрос какого-то многословного восторженного гостя о том, что она делает с шестью подлинными стульями, изготовленными Хепплуайтом [13] , сухо ответила: «В основном я на них сижу».