Чтение онлайн

– Я некрасивая, - пробормотала Лайана, - но на свете есть еще один мужчина, который согласится взять меня в жены.

– Даже не помышляйте!
– простонала Дриссила.
– Это очень жестокий и честолюбивый человек.

– И все же он меня любит. Я знаю.

– Но будет ли он всегда вас любить? Быть может, скоро вы ему надоедите, и он избавится от вас, возможно даже поместит в сумасшедший дом. Он не моргнув глазом заявит, что сделал это ради вашего же блага, моя госпожа. Он прогонит нас, ваших преданных друзей, а затем во время одного из приступов безумия заточит вас в какую-нибудь темную дыру, и вы больше никогда не увидите солнечный свет. А Солдат никогда не сделает ничего подобного. Он любит вас до беспамятства. Да, он сделал вам очень больно, но любовь его ничуть не ослабла.

– Его измене нет оправданий.

Офао кивнул.

– И все же вы обладаете даром прощения.

– У меня нет желания прибегать к нему.

Наконец слуги ушли, оставив Лайану наедине со своим горем. Принцесса испытывала смешанное чувство гнева и боли. Да, она видела, что Солдат стал жертвой двух коварных созданий, но все же она считала, что ему следовало бы принять все меры предосторожности. В его силах было избежать злых козней.

С другой стороны, Лайана сознавала, что Солдат представляет собой странную смесь силы и уязвимости. Когда она видела его в последний раз, в плену у ведьмы, он был совершенно беззащитен. Если бы она, Лайана, не обезглавила ведьму, Солдат покинул бы этот мир. Однако каким-то образом ему всегда удается остаться в живых, даже если рядом нет Лайаны, чтобы его защитить. "Если бы не мое безумие, - думала принцесса, - я была бы рядом с ним, оберегала бы его от таких существ, как этот господин и его жена".

Впрочем, если бы не ее болезнь, Солдат никогда не отправился бы в эту волшебную страну, в обитель всемогущих богов, в край чудовищ и извергов. Более того, если бы не ее безумие, вышла бы она за него замуж?

– Капитан Кафф, моя госпожа, - фыркнула появившаяся в дверях библиотеки Дриссила.

Вошел Кафф, в полном боевом снаряжении, держа в руке шлем.

– Сударыня, - учтиво поклонился он, - рад видеть, что ваша болезнь прошла.

– У нас по-прежнему зима?
– спросила Лайана, глядя на комки снега, облепившие сапоги капитана.
– Или пришло потепление?

– На улице вьюга. Я должен был присоединиться к красным шатрам, выступающим в поход на север. Снова на людей-зверей. Но погода резко ухудшилась. Говорят, еще до полудня земля будет скована льдом, и до оттепели дороги станут непроходимыми.

– О!
– воскликнула Лайана, вставая со стула и подходя к окну. Неужели все так плохо?

– Вы что, собирались идти гулять?

Принцесса покачала головой. Она думала не о том, чтобы выйти на улицу. Лайана пыталась представить себе, как сейчас в западных горах. Там переходят через перевалы Солдат и Спэгг. Бесстрашным путникам грозит гибель от голода или от холода, они могут попасть в лапы какого-нибудь горного чудовища. Пока Лайана осуждала Солдата за измену, он находился в самых опасных, самых страшных краях, пытаясь найти исцеление от ее безумия. Принцесса еще не могла его простить, но - о!
– она не могла не переживать за него.

– До сих пор нет никаких известий от вашего супруга, - сказал Кафф, не в силах сдержать злорадные нотки в голосе.
– Подозреваю, он погиб.

– Нет, он жив, - резко возразила Лайана.
– Пока что жив.

– Откуда вам это известно?

– Чувствую сердцем.

Кафф поднял брови. Однако он понимал, что, когда принцесса говорит с таким пылом, спорить с ней бесполезно.

– Надеюсь, вы правы. Сюда прилетал верхом на сове тролль. Он встретился с Малдрейком, Лордом-хранителем замков, и передал ему, что Солдат захвачен в плен.

Лайана нахмурилась.

– И что предпринял Малдрейк?

– Что? Естественно, ничего. С троллями нельзя иметь дело.

Повернувшись к капитану, принцесса выплеснула на него ту ярость, которую на самом деле испытывала к Солдату.

– Вы не хотите, чтобы мой муж вернулся домой живым! Была бы ваша воля, вы бы его убили! Не надо лицемерить.

Кафф покачал головой.

– Я не лицемерил. Да, я хочу, чтобы Солдат погиб. Но вы, миледи, хотите, чтобы он возвратился живым и невредимым. Я сказал это ради вас, а не ради себя.

Покинув библиотеку во Дворце Диких Цветов, капитан Кафф вернулся в кордегардию. Как всегда после встречи с принцессой, его охватило уныние. Лайана никак не желала выбросить из головы бредовую мысль о том, что она любит этого чужестранца, пришельца, именующего себя Солдатом. Кафф не мог понять, чем пленил Лайану Солдат. Принцесса спасла незнакомца, выйдя за него замуж. Сострадание каким-то образом трансформировалось: Лайана возомнила, будто любит человека, которого избавила от казни. Кафф был уверен, что все это не более чем разыгравшееся женское воображение.

– Почему заколдованная кольчуга не погубила его?
– ломал голову Кафф.
– Гумбольд уверял меня, что она отравит его, как только он ее наденет!

Капитан был в бешенстве. Он знал, что Лайана обладает даром ясновидения, когда речь заходит о близких ей людях. Раз она сказала, что Солдат еще жив, у Каффа не оставалось никаких сомнений, что это действительно так. Но чужестранец, отправившийся в западные горы, наверняка должен был столкнуться с какой-либо смертельной опасностью! Почему же он не надел свою кольчугу и не умер в считанные минуты с пеной на губах?..

Кафф ничего не понимал. Создавалось впечатление, что у Солдата не одна жизнь, а целая дюжина.

– Я сам приму меры к тому, чтобы Солдат никогда не вернулся в Зэмерканд, - пробормотал Кафф.
– Надо связаться с Олгатом.

Приняв решение, капитан пожалел о том, что не подумал об этом раньше. Олгат, воин-колдун, наполовину волшебник, был все же в большей степени человеком, тем не менее обладал способностью превращаться в зверей и птиц. Олгат примет обличье какого-нибудь животного, лучше приспособленного к путешествию в плохую погоду, догонит Солдата и расправится с ним. Страдающий пагубным пристрастием к вину, воин-колдун жил в трущобах Зэмерканда. Этот сильный умный человек опустился на самое дно и посещал городские таверны каждую ночь, каждый день и почти все время в промежутках. Когда он был трезвым, в единоборствах ему не было равных. Пьяный, он сам страдал от собственных кулаков.

Взяв с собой стражников, Кафф, как и предполагал, отыскал Олгата в одном из кабаков.

– Эй, пьяная морда, - крикнул капитан, - выходи на улицу!

– Поцелуй меня в зад!
– прорычал Олгат, потрясая громадными кулачищами.

После непродолжительной драки стражники стащили пьянчугу с лавки. Олгат заработал кулаками, валя каждым ударом одного из гвардейцев. Но стражников было слишком много. Кафф терпеливо дождался, пока они вытащили Олгата на улицу. Швырнув противника в сугроб, гвардейцы принялись колотить его ногами и древками пик.

– Все, достаточно, - остановил их капитан.
– Он нужен мне невредимым.

Стражники с неохотой отпустили свою жертву. Испытав на себе могучие кулаки Олгата, мечтая поквитаться с ним, они схватили пьяного великана за руки и прижали его спиной к коновязи, готовые по первому слову капитана сломать ему хребет, Олгат рычал, плевался в своих врагов, выкрикивал пьяные ругательства и грозился разорвать всех на мелкие кусочки, как только его отпустят.

– Почему ты не превращаешься в медведя?
– насмешливо спросил один из стражников.
– Вот тогда бы ты осуществил свои угрозы.