Чтение онлайн

Они легли спать голодными, потому что Форс твердо решил использовать оставшееся зерно для того, чтобы еще крепче привязать к себе кобылу Форс поддерживал небольшой огонь. Некоторое время он прислушивался, надеясь услышать бара банный бой, который слышал прошлой ночью. Но было тихо. Дождь наконец перестал, и юноша услышал шорох насекомых в траве снаружи дома. Послышался шелест ветерка в листве деревьев на склоне холма. Он обеспокоил Форса, этот легкий, печальный шелест. Люра тоже не спала. Он почувствовал, что она встревожена, прежде чем услышал поступь ее лап и увидел, что она двинулась к двери. Он пополз за ней, стараясь не тревожить больную ногу. Люра остановилась на наружном портике здания и смотрела в черноту руин разрушенного городка. Затем он увидел то, что привлекло ее внимание — крошечную красную точку на севере, выдававшую мерцание пламени костра. Так, значит, здесь были и другие жители! Степняки, как правило, держались подальше от развалин, помня о прежних днях, когда радиация была смертельной. А Чудища — разве они владели тайной огня? Никто не знал, насколько они были глупы или умны и была ли у них какая-нибудь, хотя бы и извращенная, цивилизованность.

Ему ужасно захотелось привести кобылу, сесть на ее спину и преодолеть расстояние до того костра. Костер и товарищ в этом беспокойном месте мертвецов — как их хотел иметь сейчас Форс! Но прежде чем он успел наполнить свои легкие воздухом, он услышал… низкий хор из тявканья, лая, воя, который поднимался все выше и выше, пока не стал озвученным бедламом. Шерсть на спине Люры под его рукой встала дыбом. Она шипела и рычала, но не трогалась с места. Крики были слышны на некотором расстоянии — в направлении огонька. Какой бы зверь ни издавал эти звуки, он ими привлекал других. Форс содрогнулся. Он ничем не мог помочь тому, кто развел этот костер. Конец наступит задолго до того, как он доберется туда через руины. А теперь… теперь уже там, внизу, была только чернота! Приветливое красное мерцание огонька исчезло.

Форс выполз на утреннее солнце. Спал он плохо, но был доволен тем, что рана его затягивалась. Впервые после того, как он встал на ноги, ему стало лучше, и он без особых усилий мог вывести кобылу попастись на склоне холма. Люра занялась делом еще до того, как он поднялся, на это указывала тушка жирного индюка. Он сварил ее и съел, понимая, что теперь он должен сесть на кобылу и проехать через развалины городка к тому месту, где горел костер, исчезнувший в ночи. А ему не хотелось ехать туда. И потому, что ему не хотелось этого делать, он быстро подготовился, поспешно собрав свои припасы. Люра вернулась и уселась на солнышке, вылизывая свой мех. Но она немедленно встала на ноги, когда Форс влез на кобылу и повернулся к центру руин. Под цокот копыт они въехали в выжженный район, где когда-то бушевал всепожирающий огонь. Там, среди закопченных камней, росли цветы: желтые, белые, голубые. А сорняки с рваными красными листьями оккупировали подвалы и старые погреба. Кошка и лошадь медленно пробирались через это запустение, пробуя почву при каждом своем шаге. На противоположной стороне выжженного пространства они увидели последствия ночной битвы. Черные птицы выпархивали почти из-под их ног. Птицы пировали на останках, доставшихся им от более могучих хищников. Форс спешился и захромал по притоптанной траве, нехотя осматривая место, на котором все это произошло. На запятнанной кровью земле лежали две хорошо обглоданные кучи костей. Но черепа в этих кучах не принадлежали человеку. Таких длинных узких голов с ужасными желтыми зубами он никогда раньше не видел. Тут перед его глазами блеснул металл, и он поднял сломанное копье. Древко его было обломлено неподалеку от наконечника. Но это копье он видел раньше! Оно принадлежало рыбаку с островка. Форс обошел все поле боя, но, за исключением копья, не нашел никаких других следов охотника. Люра выказывала к этим костям сильное отвращение, словно исходивший от них запах в высшей степени оскорблял ее. А теперь она встала на задние лапы и вопросительно обнюхала верхнюю часть кучи кирпичей и камней. Теперь он понял, что здесь произошло. Охотник не был захвачен врасплох нападением из темноты. У него было время забраться туда, где эти ночные твари не могли атаковать его все разом, и был в состоянии отбиваться от них сверху, а убитых и раненых разрывали зубами и когтями их собственные сородичи А он, должно быть, уцелел, поскольку его костей здесь не было.

Форс последний раз попинал кирпичи, просто так, для уверенности. Из-под носка его ноги выкатилось что-то круглое. Он поднял маленький, хорошо отполированный барабан, сделанный из черного дерева, с натянутой поверху шкурой, отполированной почти до металлического блеска. Сигнальный барабан! Форс машинально постучал по его поверхности, и его поразил низкий, пульсирующий звук, разнесшийся эхом по руинам городка.

Он поехал дальше, захватив барабан с собой. Для чего — он сам не знал. Просто он был заворожен этим сигнальным устройством, неизвестным его народу.

Через полчаса руины остались позади. Форс рад был снова выбраться на открытую местность. Все утро лошадь шла ленивым шагом, и Форс высматривал следы, которые мог оста вить охотник. Он был уверен, что этот человек направлялся на север; так как барабан был потерян, он не ждал больше никаких сигналов.

Следующие два дня прошли без особых происшествий Ничто не указывало на то, что степняки когда либо забредали на эту территорию земля изобиловала дичью и была раем для охотника Форс не тратил зря ни одной драгоценной стрелы, а предоставил охотиться Люре, которая наслаждалась мгновениями такой охоты. А сам он разнообразил свою диету ягодами и созревшим зерном, росшим на запущенных древних полях Они обошли еще два маленьких городка стороной при первом же взгляде на раз валины. Сырые, заплесневелые руины мало привлекали их, и Форс подумал, что могло бы случиться с ними той ночью, если бы неведомые животные застигли на открытом месте его, покалеченного. Он бы не смог залезть так высоко, как тот неизвестный Теперь нога его болела меньше, и он каждый день понемногу продвигался пешком, разрабатывая мускулы. Зуд в основном прошел, и скоро он будет в состоянии двигаться так же свободно, как и всегда. На утро четвертого дня они вышли к пустынным песчаным дюнам и увидели огромное озеро. Серо-голубым просторам воды не было конца — озеро, наверное, было почти таким же огромным, как и далекое море. Вдоль берега лежали высокие кучи выгоревшего плавника. Должно быть, недавно здесь разыгралась буря, потому что на берегу лежали также и мертвые рыбы. Форс сморщил нос, пробороздив песок. Кобыла, следуя за ним, глубоко погружалась в этот песок. Люра, изучающая рыбу, отстала от них на несколько ярдов.

Значит, во всяком случае, хоть это-то было правдой — легендарное озеро. И где-то на его берегу должен был находиться город, который разыскивал его отец Направо или налево, на восток или на запад — вот в чем заключался вопрос Форс укрылся от ветра за дюной, присев на корточки, чтобы еще раз просмотреть обрывок карты. Когда они обходили последний из маленьких городов, они отклонились на запад так что теперь им надо было идти на восток. Они пойдут вдоль берега и найдут… Идти по песку было трудно, и через некоторое время Форс сдался и отошел от берега на более твердую почву. Через пару ярдов он оказался на дороге! И, поскольку дорога шли вдоль берега, он держался ее. Вскоре показались кучи обломков. Но это ни в коем случае не были останки маленького городка. Даже его небольшой опыт подсказал это. Далеко впереди он увидел освещенные утренним солнцем поднимавшиеся в небо поврежденные башни. Это был один из городов, великих городов с огромными башнями, упирающимися в небо! И город этот к тому же не был «голубым». Он бы увидел ночью на небе признаки заражения. Его город — только его! Лэнгдон был прав: это была нетронутая сокровищница, ждущая, чтобы ее открыли для выгоды Айри. Форс позволил кобыле двигаться не спеша, он пытался вспомнить правила, которым его обучали. Библиотеки — вот что нужно было искать, и магазины, особенно те, в которых имелись склады скобяных изделий или бумаги, или еще чего-нибудь подобного. Нельзя было прикасаться к пище, даже если она находилась в герметически закрытых контейнерах. В прошлом попытки такого рода слишком часто приводили к смерти от отравления. Ценнее всего были запасы в госпиталях, но их должен был отбирать знающий человек. Опасность заключалась также и в неизвестных лекарствах. Самым лучшим для него было бы прихватить только образцы того, что следовало искать книги, письменные принадлежности, все что может служить доказательством, что он знает и умеет подбирать вещи А на кобыле он может увезти довольно много.

Здесь тоже были следы пожара Он ехал через выжженное пространство, и земля под ногами у него была сплошь покрыта черным пеплом. Но башни высоко вздымались в небо, и непохоже было, что они сильно повреждены. Если бы этот город бомбили, устояли бы они вообще? Может быть, он пришел на одно из тех мест, которые вымерли от последующих за военными действиями эпидемий? Может быть, город постепенно вымер от все убывающего числа людей, населяющих его, а не от внезапного взрыва бомбы?

Дорога, по которой они ехали, превратилась теперь в узкое ущелье между высоких руин разрушенных зданий. Верхние этажи некоторых из них обвалились и загромоздили почти всю улицу. Здесь были многочисленные наземные автомобили, в которых с комфортом разъезжали Древние. И здесь также были кости. Тот единственный череп, найденный им в старом банке, несколько потряс его, но здесь было огромное количество человеческих костей, и скоро он вообще перестал их замечать, даже тогда, когда кобыла наступала на хрупкие ребра или пинком откатывала в сторону черепа. Да, теперь было совершенно ясно, что люди умерли от эпидемии или от газов, или от лучевой болезни. Но солнце, ветер и животные очистили скверну, оставив только кости, не способные причинить какой-нибудь вред. Пока еще Форс не пытался исследовать пещеры, бывшие некогда нижними этажами зданий. Сейчас он хотел пробраться в самое сердце этого города, к основаниям тех башен, к которым шел все утро. Но прежде чем он смог достичь своей цели, на его Дороге внезапно возникло препятствие. Там была разрезавшая город надвое глубокая долина, в центре которой протекала извилистая река. Ее пересекали мосты Он вышел к одному из таких мостов, и ему стали видны два других. Но перед ним оказалась фантастическая стена из перепутанных ржавых обломков. Это были машины — не одна-две или даже десять, а сотни — плотно сомкнутых друг с другом, они должно быть, столкнулись и стиснулись вместе, управляемые людьми, спасавшимися от какой-то опасности, настигшей их. Машины, должно быть, мчались с сумасшедшей скоростью. Мост превратился в гигантское скопище машин Форс, может быть, и сумел бы пробраться через них, но кобыла этого сделать не смогла. Лучше всего было бы спуститься в долину и пересечь реку там, потому что, насколько он мог видеть, и другие мосты тоже были забиты изъеденным ржавым метал лом К реке спускалась одна боковая дорога, и ее тоже заполняли машины. Люди пошли по этой дороге, когда закупорило мосты. Но они трое — лошадь, кошка и человек — сумели проложить себе путь и добраться до уровня реки. Там ржаво-красными линиями протянулись рельсы, и на них стояли поезда первые поезда, которые он когда-либо видел. Два из них столкнулись, локомотив одного поезда врезался в другой. Тем, кто из города пытался выбраться поездом, повезло не намного больше, чем их собратьям в застрявших наверху автомобилях. Форсу трудно было представить себе, каким был тот последний день панического бегства. Поезда, машины — он знал о них только из древних книг. Но ребятня в Айри иногда ворошила гнезда черных муравьев и наблюдала, как они кишели и носились там взад и вперед. Так, должно быть, кишел и этот город — но немногие тогда сумели выбраться оттуда. А те, кому это удалось — что с ними стало потом? Что могло помочь кучке охваченных паникой беглецов, рассеянных по сельской местности и, наверное, падающих замертво от заразы во время бегства? Форс дрожал, выбирая себе дорогу рядом с обломками поездов. Но ему повезло, он нашел узкую тропку через эту мешанину. На реке скопились баржи, они отплыли от берега и затонули, образовав ненадежный мост. Лошадь, человек и кошка начали пробираться по нему, пробуя дорогу перед каждым своим шагом Посредине реки был разрыв, через который струилась вода. Но кобыла понуждаемая каблуками Форса, бьющими о ее ребра, перепрыгнула через него, и Люра перемахнула со своей обычной легкостью. За рекой они вышли на новые темные улицы с пустыми глазницами окон в зданиях, а затем на дорогу ведущую круто вверх. Они стали подниматься по ней и скоро наконец оказались неподалеку от башен Птицы кружились над их головами крича резкими тонкими голосами, и Форс мельком заметил коричневатое животное, скрывшееся из виду в проломленных дверях Потом он вышел к стене, частично состоявшей из стекла чудом уцелевшего, но с годами настолько запачканного пылью и нанесенной ветрами грязью, что он не мог разглядеть, что находится за ним. Он спешился и прошелся мимо стекла, проведя руками по этой странной поверхности. Секрет изготовления такого превосходного стекла был утрачен вместе со многими другими секретами Древних. То, что он увидел за стеклом, чуть было не заставило его отпрянуть, пока он не вспомнил рассказы Звездных Людей. В затененной пещере стояли не сами Древние, а их чучела, которые они выставили в магазинах для демонстрации одежды Он прижался носом к стеклу и во все глаза уставился на трех высоких женщин и все еще обволакивающие их драпировки из сгнившей ткани. Он знал, что любая ткань рассыплется от малейшего его прикосновения. Она всегда превращалась в пыль в руках любого пытавшегося взять ее разведчика..

Вокруг него были и другие пещеры витрин, но все они были без стекол и пусты. Через них можно было попасть в помещения магазинов. Но Форе еще был не готов отправляться туда на поиск, и, вероятно, там было немного того, что стоило бы увезти Здание слева от него было увенчано высокой башней, устремившейся в небеса выше любой другой поблизости от нее. С ее вершины человек мог бы увидеть весь город, узнать его размеры и осмотреть прилегающую к нему местность. И он знал, что у Древних в таких зданиях были подъемные машины энергия для которых давно иссякла Там могло не оказаться никаких лестниц, а если они и были, его охромевшая нога все еще была не готова для таких восхождений Может быть, перед тем как покинуть город это было бы великолепно, сделать набросок города, каким он был виден с этой башни Получился бы великолепный доклад, который намного бы увеличил его надежды на будущее в Айри Он мечтал встать перед старейшинами Совета и доказать, что отвергнутый мутант совершил то, для чего других учили всю их жизнь. Когда он думал об этом, у него теплело внутри Новый город тот, который искал его отец — весь нанесенный на карту и исследованный, готовый для систематических поисков айринцами — что мог попросить в награду человек, сообщивший об этом? Да почти все, чего он хотел…

Форс медленно продвигался дальше, теперь пешком, ведя кобылу позади, и с Люрой, бежавшей в разведке, впереди. Ни одно животное не проявляло желаний забредать сюда. Звуки катившихся камней, крики птиц все еще жутко разносились по пустым зданиям Впервые Форсу захотелось иметь товарища одной с ним породы. В том месте, где были одни лишь мертвые, неплохо было бы услышать голос живого человека Солнце висело над головой, отражаясь от полки в передней части одной из лавок. Форс перемахнул через полосу вделанного в бетон железа, чтобы обследовать эту лавку Там лежали кольца, целые ряды их, сложенные блестящими белыми камешками вверх — бриллианты, — догадался он Он выбрал их из пыли и сopa. Большинство из них были слишком малы, чтобы он смог надеть их на любой из своих пальцев, но он решил взять с собой четыре самых больших кольца с камнями — смутно надеясь удивить ими молодежь в Айри. Среди них было одно кольцо с более широким ободком и темно-красным камнем. Это кольцо он надел на свой безымянный палец, и оно настолько хорошо подошло, словно было сделано специально для него. Форс повернул его на пальце, недовольный темно-бордовым оттенком камня. Казалось хорошим предзнаменованием найти это кольцо, которое умерший мастер сделал словно специально для него. Он будет носить его на счастье. Но пища была бы для него более полезной, чем вновь заигравшие на солнце камни. Кобыле нужно есть, а здесь пастбища им не найти. В этом районе были только дикие руины. Он должен направиться к краю города, если хочет найти подходящее место для лагеря. Но только не возвращаться через долину поездов. Лучше будет исследовать протяженность города, попытавшись добраться до его противоположной стороны если он успеет сделать это до ночи. Форс не останавливался, чтобы обследовать еще какие-нибудь магазины, но он мысленно отмечал те, в которые следовало бы нанести визит Пробираться по зава ленным улицам приходилось медленно, жара струилась от стен зданий, пот капал с его лица, Одежда приклеивалась к телу Он вынужден был снова сесть на лошадь, начала болеть нога, и беспокоила пустота в желудке.

Через три часа непрерывного путешествия они достигли края очаровательного леса, или по крайней мере, он показался им таким Это был оазис зелени, пробившейся сквозь безжалостную жару и бесплодие развалин. Некогда это был парк, но теперь он превратился в настоящий лес, который Люра приветствовала радостным, восторженным мяуканьем. Кобыла тонко заржала, ломясь сквозь кусты, пока не вышла на то, что, несомненно, было звериной тропой, ведущей вниз, по пологому склону. Форс спешился и позволил кобыле идти дальше, и та перешла на рысь. Они достигли конца тропы, которая упиралась в озеро. Кобыла зашла по колено и уткнула нос в зеленую воду. Длинная красно-золотистая рыбина уплыла прочь от кобылы, замутившей воду Форс опустился на широкий камень и стащил сапоги, чтобы окунуть горящие ступни в прохладную воду. С озера подул ветерок, обсушивший его влажное тело, и поднял опавшие листья кустарника, росшего вокруг озера. Форс посмотрел на другой берег. Напротив него шли вверх широкие белые ступени, потрескавшееся и заросшие мхом, и он заметил чуть виднеющееся здание, куда вела эта лестница. Но все это он мог обследовать и позже. Сейчас ему хотелось просто посидеть на холодке. Кобыла вышла из озера и набила полный рот длинной сочной травой Утка закрякала и вылетела из-под ее копыт, села на воду и быстро поплыла к лестнице.

Вечер был долгим, но сумерки вокруг того укрытого озера были короткими. Пока еще света было достаточно, чтобы видеть, Форс рискнул зайти в высокое здание с колоннами наверху лестницы и обнаружил, что ему все еще везет. Это был музей — одна из тех сокровищниц, которые очень высоко котировались в списке находок, разыскиваемых Звездными Людьми Он бродил по комнатам с высокими потолками, его сапоги оставляли грязные следы на светлой пыли, иссеченной следами мелких животных. Он стряхнул пыль с ящиков и попытался прочитать по буквам замазанные и расплывшиеся надписи. Гротескные головы злобно и слепо глазели сквозь мрак из изъеденных червями рам — все это некогда было картинной галереей. Но темнота погнала его к убежищу во внешнем дворе. Завтра у него будет время оценить то, что находилось внутри здания. Завтра… да у него же было неограниченное время для обнаружения и анализа всего, что находилось в этом городе! Он пока даже и не начинал исследования.